Учитель поневоле. Курс выживания - Евгения Решетова

Сколько я так на него таращилась – непонятно. Но идеалу это надоело, он подошел ко мне, скривился, разглядывая сверху вниз, потому что я ростиком ему даже до груди бы не достала, и капризно протянул:

– И что мне с вами делать? Мне еще одна женщина в доме не нужна! С вами столько хлопот… Готовить? Нет, – он задумчиво постучал длинным пальцем по пухлой нижней губе. – Нет, Гриза отлично справляется с готовкой, как повар она незаменима. Уборка? Хиловата, – оглядев меня, вынес вердикт. – Для работы в саду и на конюшне тоже не подойдешь. В мастерские? О, нет! Допускать женщину до столь важного дела? Исключено! – а этот красавчик уже бесить начинает. И не слабо так. – Женщина, у тебя вообще есть профессия? Или ты только и способна на проявление любопытства?

Вот же гад! Ну, я тебе покажу!

Улыбнулась, встала в позу, типа, посмотри, я не последний человек в округе, максимально задрала подбородок и ответила:

– Я преподаватель теории боевой магии в Ситарской академии, лучшем из образовательных учреждений!

Выкуси, шовинист необразованный!

– Да? – его не очень впечатлили мои слова. – Учитель, значит. Ну, хоть что-то. Будешь с моими детьми работать, пользу принесешь.

– Что? Верни меня, где взял!

– Женщина, ты в моем доме. А я не имею привычки разбрасываться своими вещами. Привыкай, теперь ты тоже будешь здесь жить. И если повезет, то долго и почти счастливо.

Он нехорошо усмехнулся, разом превращаясь из красавчика в жуткого и противного урода. Но всего лишь на короткое мгновение. Моргнула и его красивый образ вернулся. Только теперь мне было ясно – это ширма, фальшь, иллюзия. Он ненастоящий. И мне стало очень страшно. Плюс к увиденному добавились слова о «долго и счастливо». И что-то мне подсказывает, что есть варианты похуже, только знать мне о них совсем не хочется.

Он повернулся ко мне спиной. Стена перед ним разъехалась в стороны, открывая проход. Да уж, отсюда только с танком сбегать – идти напролом да таранить. А уж с моим уровнем магии я могу долго все эти ходы-выходы искать. Крыс возмущенно завозился, словно намекая, что нам бы домой, но местный царек недовольно притопнул ногой, даже не оборачиваясь ко мне, и заявил?

– Мне долго ждать? Если хочешь, оставлю тут, но я захожу в эту комнату только тогда, когда срабатывает ловушка, а это бывает очень редко. Последняя женщина появилась в моем доме три месяца назад. Будешь жить тут?

Три месяца? Нетушки, я с голоду помирать не намерена! Хусечка умный, поймет, что меня нужно спасать, а я пока в нормальных условиях поживу, не буду оскорбленную гордость из себя строить.

Ну что, в конце-то концов, может со мной произойти такого страшного?

Ускорилась и еле успела протиснуться в закрывающийся проход. Похоже, местная магия была настроена только на своего хозяина. Печально, не сбежать при таких условиях.

Я шла за ним, чуть ли не вприпрыжку. Ну, а что? Рост у него высокий, ноги длинные, шаги широкие. С трудом его догнала, хотела уже дернуть за край богатого камзола, но передумала и обошлась словами.

– А… Это… Как вас зовут? Если мне уж придется у вас жить.

– Невериус Патараоли, но ты будешь называть меня «ваше благородие» и никак иначе. И не надейся, что твоя жизнь будет простой. Я не позволяю своим слугам наслаждаться тем, что они не заслужили. Каждое благо нужно заработать тяжким трудом.

Мы вышли в большой холл. Там уже стояли две девушки в серых платьях, на головах у них были чепцы, как в старые времена, что выглядело совсем уныло.

– Ваше благородие, – поклонилась одна.

– Завтрак готов, – тихо произнесла вторая.

Выглядели они совсем грустно. Не могу точно сказать, но счастья в их глазах не было вообще. Не хочу я стать такой, как они. Но всему свое время, немного подожду и начну искать выход. А там и Роднес придет меня спасать…

Варька! Хватит надеяться на кого-то! Ты сама маг, вот и делай то, что необходимо сама!

Но даже самовнушение не помогало – слишком уж уныло было вокруг. Депрессивный дом и несчастные жители, а мне предстояло стать одной из них.

– Рара, у нас новая служанка, – Невериус махнул на меня рукой, хотя это было необязательно, новеньких, кроме меня, ту не наблюдалось. – Устрой ее на ночлег. Да… Как твое имя? – спросил он.

– Варвара, – решила не заморачиваться.

– Значит, Вара… Гоблинское имя, как мерзко. Впрочем, меня твое происхождение мало волнует! Детей учила? Рара, покажешь ей детей, прошлая с ними не справилась, может, эта сможет. Завтрак подали в синей зале?

– В голубой, – испуганно ответила вторая девушка.

Первая торопливо схватила меня за руку и потащила прочь.

– Я приказывал – в синей!

– Простите, ваше благородие, – склонила та голову.

В руках мужчины возник хлыст, который он выхватил из-за пояса. Но что произошло дальше, я не увидела. Рара выволокла меня из холла и потащила вперед, не дав даже времени, чтобы оглядеться и что-либо спросить.

Но как же я могу остановить свое любопытство, которым так возмущался Невериус?

– Рара, ты можешь мне рассказать, где я, кто это Невериус и что вообще тут происходит?

Девушка мотнула голой, отказываясь говорить, и только ускорила шаг, будто стремясь оказаться как можно дальше от комнаты, где остался ее хозяин со служанкой. Так, а я вот, кажется, уже решила, чем здесь займусь. Надеюсь, Хуся будет искать Арсию – ну, и меня по пути – а моя магии найдет выход здесь. То есть, я спасу этих бедняжек, пока не знаю, от чего, но точно спасу!

Декор стен становился все угрюмее и серее. Белый и черный исчезали, смешивались, превращаясь в печальную пародию на прекрасный стальной цвет. Высокие потолки опускались, свет мерк, будто мы Рарой спускались под землю, где солнечные лучи были лишь сказкой или мифом.

– Ты теперь служишь лучшему из людей – господину Патараоли, – она осмелилась заговорить только тогда, когда за нами закрылась дверь в тесную каморку, которую, я так полагаю, выделили мне в качестве спальни. – Его слово – закон. Если он чего-то желает, это должно быть исполнено немедленно. Никаких споров и увиливаний. Есть работа, и она должна быть выполнена в срок или раньше срока. Не справишься, будешь наказана. Попросишь о помощи – будешь наказана. Не захочешь выполнять – будешь наказана. Эта комната твоя до тех пор, пака ты ему служить. Ванна в этом же крыле, последняя дверь слева. Ее открывают с первым лучом солнца и закрывают после обеденного гонга. Не успеешь помыться, будешь наказана, его благородие ненавидит грязь. И да, комнату свою