Разрушительница Империй - Лина Эвери

не умеет, магией владеть тем более — её жизнь была под угрозой! Она умоляла Виктора помочь ей, и он помог — но цена оказалась выше, чем они полагали.

Но это все же не тюрьма и не казнь, успокаивала себя Лена. Ей было жаль, что Виктор потерял свое звание генерала и война пройдет мимо него, но с другой стороны… Здесь безопаснее, чем на поле битвы. И видеть его рядом, даже хмурого и закрытого, было усладой для души.

— Я допускала много ошибок, — призналась Лена. — Мои импульсивные решения поставили под угрозу вас, вашу мать… Я натворила дел, а вместо наказания получила это.

Она обвела рукой свою спальню.

— Но вы ведь не рады этому.

Лена закусила губу. Их последний разговор был жалким всплеском эмоций, которые она не смогла сдержать.

— Это не то, чего я хотела, — согласилась Лена. — Но выбора у меня не было.

— Но сбежать больше не хотите?

— Мой опыт говорит, что это не особо помогает, — хмыкнула она. — Да и не смогу я.

Пока не удастся снять это кольцо — Вейлор же говорил, что благодаря нему может знать, где она находится.

Но Лена всерьез не думала о побеге — ей было совестно оставлять принца после того, как он её выручил. Даже несмотря на то, что он себе позволял после.

И она все еще должна дождаться Джона.

— А если бы вы могли… куда бы сбежали?

Виктор спросил это искренне и Лена ловила каждую секунду, пока он снова не превратился в сурового вояку, а был тем, каким она его запомнила — добрым и храбрым генералом Галанисом. Который рискнул всем, чтобы спасти её! И защищал до последнего.

Да, Лена чувствовала, что он изменился. Одинокие дни в тюрьме были поводом для раздумий, и Виктор правильно понял, что Лена виновата во всем. Если бы она не попросила его… Если бы сидела тихо и просто приняла судьбу, то Виктор не потерял бы любимую службу и не стал бы на какое-то временем предателем Империи.

Лена извинялась, но знала, что это бессмысленно.

— Я хотела бы вернутся в библиотеку, — произнесла Лена шепотом, хотя подслушать их мог лишь ветер, а огонек покинул её руки и парил у окна. — Знаю, это невозможно… Но мне там было хорошо.

— Я знаю. Вы горели своей работой.

— И горю до сих пор, но вряд ли смогу туда вернутся. Теперь я стану Императрицей.

— Вы станете хорошей Императрицей.

— Императрица поневоле — разве я смогу быть хорошей?

Огонек слабо дернулся, едва не потухнув.

— Вам не стоит погружаться в уныние. Война еще не здесь, вы в безопасности, и я… я рядом с вами, как и принц Вейлор.

— Я рада, что вы рядом, — заглянула ему в глаза Лена. — Я знаю, что вам это все чуждо и быть моим сторожевым псом явно не то, о чем вы мечтали…

— Госпожа, — перебил её Виктор. — Я доволен всем, что имею. И хочу лишь знать, что вы тоже.

Нижняя губа Лены слабо задрожала.

Трудно было признаться, что она недовольна, когда сидела посреди огромной спальни, которая целиком и полностью принадлежала ей. Вместе с дорогими платьями из самых редких тканей, персональной ванной и десятком служанок, что бегут по первому зову.

Но она недовольна. Нет и еще раз нет — каждый раз, засыпая на широкой постели, она вспомнила свою маленькую, но уютную, напротив такой же кровати Соландж. Но теперь это так далеко, что уже кажется неправильным из-за этого горевать… Но Лена не могла просто забыть и стереть из памяти то время. Перемещение в другой мир напугало её, но она думала, что этот мир принял — порадовав исполнением мечты работать там, где её знания ценятся, а книги не считают пережитком прошлого.

Она ничего не ответила, а огонек погас.

— У меня есть идея, — Виктор подошел к её кровати и дернул за шнурок для вызова слуг.

— Зачем? Они спят уже давно! — возмутилась Лена.

— Некоторые не спят. Дворец живет и ночью, госпожа, подготавливаясь к новому дню.

Он оказался прав — спустя несколько минут к ним заглянула одна из служанок.

— Госпоже не спится — вели на кухне подготовить чай с пряным ирисом и медом, — приказал Виктор. Он говорит спокойно и по делу, без того презрения, что вечно звенело в голосе у Властилиона, когда он говорил с прислугой.

Девушка послушно поклонилась и убежала.

— Чай? — не поняла Лена.

— Моя мать всегда заваривала чай, когда у нее было неспокойно на душе. Приятный аромат заглушает тревоги — так она говорила.

— Вам это тоже помогает?

Виктор замялся всего на мгновение:

— Иногда.

Служанка вернулась быстро, неся позолоченный поднос с двумя чашками и заварным чайником. Она оставила его на прикроватном столике и вернулась к своим обязанностям.

— Попробуйте, — Виктор галантно налил ей чаю и добавил пол-ложки меда.

Лена приняла горячую кружку и чуть подула на пар, исходящий от нее. Аромат проник в её нос мгновенно — сладкий и успокаивающий.

Она вспомнила бабушку — та тоже любила заваривать чай. Никаких пакетиков, лишь любимый чайник, переживший кучу заварок и идей. Они любили в холодные дни сидеть перед телевизором и пить чай, болтать обо всем и не думать о проблемах. Тогда весь мир замирал и были лишь они. Лена сделала глоток, и сахарная сладость заполнила горло, действительно успокаивая её изнутри.

Я решу все завтра, поняла она. А сейчас не стоит лишний раз переживать и мучать нервы.

— Большое спасибо, — расплылась в расслабленной улыбке Лена. — Не думала, что это поможет.

— Я всегда к вашим услугам, госпожа.

— Пожалуйста, Виктор. Называйте меня Хелен, как раньше. Хотя бы наедине.

Виктор колебался.

— И выпейте со мной чаю. — Лена указала на вторую чашку.

— Только если это успокоит вас.

— Конечно.

Они так и сидели на подоконнике в тишине, пили чай и Лена надеялась, что самое трудное позади.

Глава 10

Лена проснулась полная сил — словно бы ночное чаепитие с генералом вдохнуло в нее новую жизнь. Виктор оттаял к ней и это было важнее всего — он пожелал ей доброго утра с улыбкой, холодная маска потихоньку спадала с его лица. Все, чего хотела Лена — иметь друга при дворе, хоть кого-то, кому она может доверять. Да, Виктор не знает о ней всей правды, но Лена чувствовала — скоро она и ему откроется.

Но все же хорошее настроение долго не продержалось. Лена решила выйти на прогулку и сразу встретила взгляды, полные настороженности