Бывшая генерала дракона (СИ) - Юраш Кристина

- Это почему же ты не дашь разрешения? - спросил я, видя, как нахмурился Вэндэл.

- Понимаешь, - мальчик посмотрел на меня. - Чтобы быть с мамой вы бросите свою невесту. Она будет очень расстроена. И, быть может, будет сильно плакать и убиваться. И раз вы с такой легкостью бросили невесту, то вы же с такой же легкостью можете бросить и мою драгоценную.

Логика ребенка просто поражала.

- А я не хочу, чтобы она плакала, - добавил Вэндэл, рассматривая свои туфли. - Вдруг когда я вырасту, я буду далеко, и не смогу ее утешить!

- То есть, ты считаешь меня предателем? - спросил я, глядя на Вэндэла.

- Я … Я считаю вас подлецом, который способен предать свою невесту, - ответил Вэндэл. - И если бы вы бы не были моим другом, я, быть может, промолчал бы. Но я хочу, чтобы вы исправились.

Глава 31

Я смотрела свое отражение и на розы.

Вид у меня был растерянный и несчастный. Выглядела я, как бледная моль, которой шерсти год не давали.

- Ну что ж! Пора приступать к работе! - скомандовала я себе. Получилось что-то вроде: “Соберись, Хнытик!”.

Работа предстояла огромная. Создать реалистичную иллюзию, ничем не отличающуюся от живого человека.

Выйдя из комнаты, я схватилась за портрет и осмотрелась. Пока никто не видит - я Терминатор.

Портрет поехал в комнату, а я вытерла накопившиеся слезы и принялась за работу. Времени оставалось немного.

Долго всматриваясь в портрет, я подмечала детали, которые важно было не упустить… Родинки, ленточки, складки. Я старалась запомнить образ до мельчайших деталей. А потом закрыла глаза и села в кресло, выставив вперед руку. Сконцентрировавшись на образе, я пыталась мысленно воссоздать его.

Потом открыла глаза.

- Так! - выдохнула я, осматривая результат.

Пока что получалось, что Амбер родился в семье в дружной ассоциальной семье запойного алкоголика и наркоманки. Папа выглядел так, словно уже накатил, а мама так, словно уже приняла. Огромные синяки под глазами свидетельствовали, что ЗОЖ в этой семье - ругательство.

- Фигня! Переделываем! - взмахнула я рукой, развеивая иллюзию. Она рассыпалась, а я начала сначала.

Я пыталась представить, как оживает портрет, как мужчина смотрит на женщину, как она улыбается… Я пыталась представить нежность в их глазах. Мама Амбера может и расплакаться, если что.

Пробуем еще раз!

Ой!

Я закрыла глаза, а когда открыла, то увидела, что папа с мамой слиплись. Получился такой “папомам”!

Да что ж такое!

- Еще разочек! - фыркнула я, развеивая “папомама”.

Я снова всматривалась в портрет, вглядывалась в глаза, пробегала глазами по деталям.

О! Вот это я понимаю!

Я даже обрадовалась, видя красивую иллюзию, которую не отличить от живых людей. И тут папа улыбнулся, поглаживая жену рукой с шестью пальцами.

- Пальцы! - рычала я. - Проклятые пальцы! Так, пробуем еще раз!

Я снова сосредоточилась, как вдруг увидела крошечного генерала. Такого микромужчину и огромную женщину. Почти до потолка.

Наверное, поэтому я не люблю, когда кто-то присутствует при моей работе! С целой психикой не уйдет никто.

- Нет! Нет! Нет! - злилась я, выдыхая и массируя виски. - Еще разочек!

Я открыла глаза, видя, как у родителей Амбера поменялись головы.

Вот что бывает, когда расстроена и не можешь сосредоточиться!

С шестой попытки у меня получилась вполне себе приличная иллюзия. Я мысленно заставила их протянуть руки и пересчитала пальцы. Потом они открыли рот, демонстрируя зубы. Вроде бы нормальные… Уши тоже… Не как в тот раз…

Я чувствовала себя врачом, к которому на прием пришли два мутанта.

Ну, вроде бы получилось. Теперь нужно заставить их двигаться…

Ну, пусть от станцуют!

Я сосредоточилась, видя, как мужчина галантно взял за талию женщину. И они стали медленно кружиться в танце. Добавим шуршание платья и радость на лицах!

От радости или переполнявшей любви, мужчина выкатил длинный рулет языка, похожий на те, которым маленькие ящерки - геккончики ловят мух.

- Сначала! - скомандовала я, на всякий случай отхлебнув воды из графина.

Надо успокоиться, вдохнуть и выдохнуть, пройтись, отвлечься…

Бывало такое, что качественная иллюзия получалась с первого раза, а бывало, что раза с двадцатого. Все зависело от настроения и самочувствия чародея.

Десятая попытка успехом не увенчалась! Я не могла понять, в чем дело! Откуда, мать его, берется этот длинный язык? Из каких глубин подсознания он вылезает?

Время шло, а я понимала, что не успеваю. А если я не успею, то потом пойдут слухи. А слухи мне не нужны!

- Так! - приказала я иллюзии, отпивая еще глоток воды. - Рот не открывать! Мадам! Теперь ваша очередь!

Я стала воспроизводить образ с портрета, видя, как оживают глаза, взгляд становится осмысленным и немного печальным.

Я выпила еще воды, с сожалением заметив, что графин почти пуст.

Сидя в кресле, я управляла иллюзиями. Они улыбались, танцевали, обнимались и целовались. Но целовались они страшно.

Казалось, мужик сейчас откроет рот пошире, и полностью засосет ее лицо.

- Нет, я понимаю, что ты мужчина - темпераментный, - вздохнула я, разлучая влюбленных. А то у меня складывается впечатление, что он ее всосет в себя, как пылесос.

Я понимаю, но от поцелуев, пожалуй, мы воздержимся.

Такое часто бывает, что какие-то обрывки фильмов, книг, воспоминаний и монстры из подсознания, которые обычный человек видит только в кошмарах, невольно выползают наружу!

Время показывало: “Пора!”. И я вздохнула. Приняв ванну, я быстренько привела себя в порядок, надела невзрачное платье, которое обычно использую, чтобы контролировать иллюзию незаметно. Раньше я пользовалась заклинанием невидимости, пока однажды не грохнулась в обморок. А заклинание не сняла. Бедный лорд Грассгофф ходил и шарил по полу, чтобы найти меня. Потом он невидимую нес в сторону кровати, укладывал. Пару раз так получалось, что голова у меня оказывалась на том месте, где должны быть ноги. Однажды я очнулась, видя, как мою невидимую ногу уговаривают принять антидот и лекарство.

Я снова задумалась о лорде Грассгоффе. Но в груди, кроме невероятной благодарности, разливалось уютное тепло и чувство вины…

- Дорогая моя! - послышался стук в двери. - Нам пора делать сюрприз!

Она вошла в комнату, видя сына и невестку, которая прижалась к нему.

На мгновенье она застыла, поднесла руку к лицу.

- О, богиня, - прошептала герцогиня. - Неужели! Это он! Он!

Она повернула ко мне лицо, а по ее щекам потекли слезы.

- Я… я… могу обнять сына? - прошептала она, а я кивнула. Я уже тискала их, зная, как ведут себя родственники. Дрессированная иллюзия сам подошел и обнял маму.

- О, вы сделали меня самой счастливой, - шептала графиня, трогая рукой медали сына. - Я не знаю, как вас благодарить…Я уже не верила, что наступит день, когда увижу его.

Я понимала, подарок был для нее. Она пригласила меня ради этого момента, а все остальное - ерунда. Пустяки для гостей. Самым важным было - обнять сына.

Слезы пощипывали глаз, а я утерла их, видя, как сын улыбается матери. На мгновенье я представила, что потеряла Вэндэла. И мне стало страшно.

- Вы… вы… - повернулась ко мне герцогиня. - Вы просто… волшебница. Я… не могу подобрать слова, чтобы сказать, какой счастливой вы меня сделали! Увидеть сына после такой долгой разлуки, иметь возможность его обнять - это настоящее счастье для матери… О, я просто… Простите меня…

Герцогиня заплакала, уткнувшись в грудь сына. А тот водил руками по ее спине. Я сконцентрировалась, видя, как герцогиня поднимает глаза. Сын улыбнулся и погладил маму по прическе.

- Он всегда так делал! - задохнулась от восторга герцогиня. - Я не знаю, откуда вы знаете!

Все дело в том, что я промахнулась немного. Уж больно огромной была прическа. На самом деле рука должна была лечь на плечо, но из-за прически, я чуть не подрасчитала.