Замки роз: нерассказанные истории (СИ) - Снегова Анна

Осторожно прикрыла дверь, вернулась к постели, сбросила обувь, торопливо переоделась в ночную сорочку и забралась скорее под одеяло, свернулась калачиком. Уснула как-то незаметно. А когда проснулась…

За окном ослепительно светило солнце. Стены Замка отвечали им искристо-сахарным сиянием, так что мне даже пришлось поморгать, чтобы прогнать блики.

Полное ощущение, что какая-то беда прошла стороной.

Я ещё не подозревала, что помимо воли улыбаюсь дню, который навсегда изменит мою жизнь.

Пока же просто сидела в постели, улыбалась и думала о том, что все-таки нарушу, пожалуй, свой первоначальный малодушный план просидеть в комнате остаток поездки, выйду на свежий воздух. В такой солнечный день сидеть под крышей казалось кощунственным.

Первый сюрприз меня встретил, как только я спустилась – не без опаски – по лестнице в холл.

Огромный пёс золотистого окраса, с подозрительно умными для животного глазами. Он сидел у подножия лестницы и смотрел на меня, склонив лохматую голову.

Это вообще нормально – чтобы собака была величиной с медведя? И когда, интересно, закончатся сюрпризы у этого странного Замка?

Путь в сад пролегал мимо этого здоровенного охранника, и я решила набраться смелости и приблизиться. Пёс не казался опасным…

Лукаво посмотрев на меня, он вспыхнул как-то сразу весь световой вспышкой, а потом… на месте собаки очутилась огромная солнечно-жёлтая мышь с хвостом длиной в три мои руки.

Хорошо, что я мышей не боюсь – наобщалась с ними близко в своё время, сидя в подземелье Одетт. Мыши – ужасно милые и забавные создания.

- Что, хулиганишь? – строго спросила я.

На мышиной мордочке показалось виноватое выражение.

Хлопок – и на ее месте оказывается гигантская лисица. Потом енот. Потом снова собака.

Пёс кидается ко мне, встает передними когтистыми лапами на плечи – так, что я чуть не падаю под его весом, и от души вылизывает мне лицо. Морщусь и смеюсь, потому что мокро и щекотно.

- Ай! Какой невоспитанный! Иди, гуляй!

Собака грузно плюхнулась на задние лапы и заработала хвостом с такой скоростью, что чуть не сшибла меня с ног.

Я почесала доверчиво подставленное ухо.

- И откуда ты здесь такой взялся? Не было ведь вчера?

Очередная загадка без ответа.

А потом я вся сжалась, потому что услышала громкий стук в дверь где-то высоко, и пронзительный голос моей сестры заверещал:

- Николь! Вставай сейчас же! Сегодня мой жених приезжает, ты должна мне срочно помочь! До сих пор дрыхнешь? Вот же лентяйка!

- Прикрой меня! – пробормотала я, туже затягивая ленты соломенной шляпки. – Можешь что-то придумать, чтобы ее задержать? Ну там, облизать или хвостом повилять? Я с ней не хочу встречаться, хотя бы утром. Оно слишком прекрасное, чтоб вот так сразу портить…

Конечно, так говорить о сестре было в высшей степени невежливо. Но это же собака, она меня всё равно не понимает.

- Гав! – радостно отозвался пёс и уселся у подножия лестницы с задорно-выжидательным видом.

А точно ли не понимает?

Я вдруг вспомнила, где нахожусь, и засомневалась. Но времени на дальнейшие раздумья оставалось мало, я подобрала юбки и бросилась к выходу. Замок учтиво приоткрыл мне двери, и я успела юркнуть в них до того, как весь холл огласил пронзительный вопль Сесиль. Испуганный до чёртиков.

Его я слушала уже с лужайки, слышно было даже там.

Я хихикнула. Да что со мной такое сегодня?

Хитрый пёс явно показал моей сестре что-то из арсенала своих магических перевоплощений. И не факт, что моя любезная сестрица так разоралась от милой мышки. Но почему-то я совершенно не чувствую угрызений совести по поводу того, что испытываю мстительное удовлетворение.

Нет, определённо, пребывание в Замке ледяной розы плохо на мне сказывается.

Так ведь и привыкнуть можно. Выражать чувства. Это заразительно, видимо. Потом так трудно будет отвыкать!

Но пока что моё драгоценное время здесь ещё не закончилось. А у меня не было ни малейшей идеи, чем заняться. Обычно моим временем управляет кто-то другой. Если так вдуматься, я никогда не была совершенно свободна, никогда не была предоставлена самой себе.

Чего я хочу прямо сейчас?

Какой простой, и какой сложный вопрос.

Я закрыла глаза, на секунду зажмурилась, впитывая ароматы скошенной травы и напоённых солнцем роз…

Хочу ещё волшебства.

Хочу своими глазами увидеть и потрогать снежных оленей!

Дворецкий Торнвуд, который подстригал кусты неподалёку, с готовностью указал мне, где найти дорогу к конюшням, или «оленюшням», как я мысленно их окрестила. Заверил, что хозяева абсолютно точно не будут против моего там пребывания. И вообще, волшебные животные прекрасно чувствуют людей. Если олени меня примут, значит, я им понравилась.

В полумрак длинного приземистого строения конюшен я заходила не без трепета… они были совсем пусты, никаких лошадей в этом здании. Только…

Только живое чудо.

Олениха. Под боком у которой спали два безумно милых оленёнка с огромными глазами и крохотными рожками.

Я чуть не прозевала момент, когда ко мне сзади подошёл олень графа Винтерстоуна. Просто поднимаю голову – а надо мной ветвятся мощные, светящиеся изнутри рога, которые чуть ли не подпирают крышу. Могучее животное склоняет гибкую шею и внимательно меня изучает с высоты своего роста, раздувая широкие ноздри. Заботливый отец проверяет, кто там пришёл тревожить его семью.

Осторожно протягиваю руку с припасённым лакомством – пучком морковок, которые мне любезно разрешил надёргать с огорода мистер Торнвуд.

Фыркнув слегка высокомерно, олень тем не менее взял подношение мягкими пушистыми губами – а потом отнёс его своей оленихе, положил перед ней. Она тут же принялась с аппетитом хрустеть.

Бросив на меня внимательно-предупреждающий взгляд, олень ушёл обратно в темноту и улёгся там, приглушив сияние.

Я выдохнула. Кажется, прошла проверку.

Дальше плохо помню. Из-за дичайшего восторга, который испытала, когда олениха посмотрела на меня, улыбнулась глазами и позвала.

Из-за того, какой шёлковой оказалась её шерсть наощупь. Как тепло было рядом усесться в сено, и пахло молоком, и сказкой на ночь. Оленята тут же ткнулись ко мне обниматься, и меня окончательно унесло.

Когда в конюшню явилась настоящая хозяйка – Кэти – в сопровождении двух шумливых девочек, по виду близняшек, у меня уже лицо болело улыбаться, но я никак не могла остановиться.

- Мисс Лоуэлл… Кэти! Простите, я не должна была без спроса… я просто не смогла удержаться. Они такие милые!!

Девочки – Энни и Рози – оказались двоюродными сёстрами Кэтрин, и мы очень быстро нашли общий язык. С ними было легко. Очень скоро тишина конюшни окончательно была забыта, ее огласили восторженные визги, оживлённые разговоры, мы не могли остановиться, чтоб не затискать оленят по очереди, и только несчастный олень-папа, которого, как оказалось, звали Снежный, со страдальческим видом лежал в своём тёмном углу, косясь на нас.

Олениху Вьюгу всё устраивало, и она смотрела на творящийся беспорядок с довольным видом многодетной мамы, как будто и к нам четверым относилась как немного странным и слегка шумноватым двуногим своим оленятам.

Как же я буду скучать по этому месту, когда уеду.

Я продолжала улыбаться, а внутри укололо тоской, как будто этого всего вокруг уже не существует, как будто уже стало нереальным, плоским, точно цветная картинка в книжке. Улыбалась, а сама жадно пыталась запомнить ощущения. Запечатлеть в памяти каждое красочное пятно этого дня. Счастливую Кэти с загадкой в глазах, хохочущих девчонок с тёмными кудряшками, связанными лентами кое-как в растрёпанные хвосты. Серебристый мех, разгоняющий темноту, который светится ярче от прикосновений и ласки. Мудрый какой-то тысячелетней мудростью синий взгляд оленихи прямо мне в душу.