Если хочешь, останься - Александра Шервинская

благословенна будет Великая Бесконечность! Теперь я знаю, кому мне отдать вторую часть…

– Часть чего?

– Возьми, – старый воин протянул юноше небольшой свёрток, – что-то подсказывает мне, что они наконец-то дождались своего мастера.

Огюст бережно положил меч на траву, попросив взглядом разрешения, развернул ткань и ахнул, не в силах сдержать эмоций: перед ним была пара метательных ножей, выкованных из странного металла, отливающего в лунном свете ярким серебром.

– Ты отдаёшь их мне?! – Огюст не мог поверить, что ему достанется такое сокровище, ведь даже последнему глупцу было ясно, что клинки непростые.

– Генрих выковал их вместе с мечом, но никогда ими не пользовался, не очень он любил это дело, ему больше по нраву был меч или в крайнем случае – секира. А ты, я видел, мастер метать клинки. Бери, может, именно тебя они и ждали…

Юноша взял невероятное оружие и почувствовал, что никогда и ни за что не сможет с ними расстаться, он словно обрёл потерянную часть себя самого.

– Я могу как-то отблагодарить тебя за такой совершенно невероятный дар? – он поднял сияющий каким-то внутренним светом взгляд на Эрвина, но тот лишь покачал головой.

– То, что это оружие наконец-то снова почувствует тепло живых человеческих рук – это уже лучшая награда, – негромко ответил бывший вестовой, – может быть, в отличие от нас, у него появится шанс снова встать на защиту замка и на этот раз победить. Прощай, мальчик, и да поможет вам Великая Бесконечность!

С этими словами старый воин накинул капюшон и, сделав несколько бесшумных шагов в сторону леса, растаял в ночной мгле.

А Огюст остался стоять возле камня, растерянно глядя на легендарное оружие, попавшее к нему таким необычным образом. Потом юноша, почти не дыша, взял клинки, которые как влитые легли в его ладони, глубоко прерывисто вздохнул и бережно вложил их в свободные гнёзда на специальном поясе. Затем нагнулся, поднял меч, тщательно завернул его сначала в промасленную ткань, а затем в полотно и решительно зашагал в сторону центрального здания. Меч нужно было передать ректору, и сделать это нужно было прямо сейчас, в этом Огюст почему-то даже не сомневался.

Как молодой человек и предполагал, в кабинете ректора горел свет и раздавались негромкие голоса. На какое-то время Огюст засомневался: можно ли отдавать такое оружие при посторонних, но потом решил, что все они сейчас связаны одной целью, и Теодор сам вряд ли станет делать из всего этого секрет.

Постучав и услышав приглашение, Огюст открыл дверь и вошёл в кабинет. Быстро окинув помещение взглядом, он слегка расслабился: помимо самого Теодора здесь находился принц Хасид, ближайший друг ректора, лейтенант Биэль и капитан Харви. Всем троим – это Огюст знал совершенно точно – ректор доверял безоговорочно.

– Огюст? – искренне изумился Теодор и тут же встревоженно уточнил. – Что-нибудь случилось?

– Да я даже не знаю, как и сказать, – вдруг растерялся Огюст и молча шагнул вперёд, протягивая Теодору свёрток с мечом. – Вот, возьмите, лорд ректор, меня просили вам передать…

– Что это? – с нормальным человеческим любопытством посмотрел на непонятный предмет принц Хасид.

– Разверните… – Огюст торопливо добавил, – там нет ничего опасного!

– Давай-ка сначала я посмотрю, – решительно сказал лейтенант Биэль и, на мгновение задумавшись, повернулся к Огюсту, – это не от недоверия к тебе, Стендридж. Просто на всякий случай…

Огюст ничего не стал отвечать, а молча кивнул, принимая объяснение. Аш-Арбиэль осторожно развернул сначала одну ткань, потом вторую и замер, словно поражённый громом. Он прикоснулся к мечу дрогнувшей рукой и поднял на Огюста потрясённый взгляд.

– Откуда это у тебя?!

– Мне отдал его… призрак воина, назвавшийся Эрвином Блэквудом…

– Кем?!! – хором воскликнули лейтенант и капитан Харви, неверяще переглянувшись.

– Этого просто не может быть! – Огюст впервые за всё время знакомства видел невозмутимого лейтенанта Биэля таким растерянным. Капитан Харви выглядел не намного лучше.

– А что случилось-то? – ректор переводил непонимающий взгляд с одного на другого. – Чего вы всполошились?

– Эрвин Блэквуд – названный брат графа Генриха, его вестовой и верный спутник, – по-прежнему неверяще покачал рогатой головой Биэль, – значит, он разделил его судьбу… Что он сказал?

– Он просил передать меч лорду ректору, – ответил Огюст, – сказал, что этот меч выковал сам граф Генрих в кузнице замка, но потом забросил верное оружие, потому что винил себя в гибели всех дорогих ему людей… И Эрвин надеется, что в руках лорда ректора меч обретёт новую жизнь и сможет защитить замок… хотя бы в этот раз… А что, – Огюст не выдержал и озвучил вопрос, который не рискнул задать Эрвину, – а что, граф действительно стал Хозяином леса?

– Да, – быстро переглянувшись с друзьями, ответил Теодор, – это не та информация, о которой можно кричать на всех углах, ты же понимаешь, но теперь ты невольно оказался вовлечён в круг посвящённых.

– Я никому не скажу, – очень серьёзно ответил Огюст, – пока вы сами не поделитесь с остальными этими сведениями или не разрешите мне это сделать. Я всё понимаю.

– Он передал тебе только меч? – спросил капитан, и Огюст отрицательно качнул головой.

– Я получил от него вот это, – и юноша бережно снял с пояса два клинка, сверкнувших холодным звёздным серебром, – он сказал, что граф не пользовался ими, хотя и выковал их в комплект к мечу.

– Почему он отдал их тебе? – в голосе ректора было самое простое человеческое любопытство. – Он видел, как ты тренировался?

– Не только, – глубоко вздохнул молодой человек, – он сказал…

– Не волнуйся, – неожиданно подбодрил его Теодор, – дальше этого кабинета информация не уйдёт.

– Он сказал, что во мне есть капля крови Шеффилдов, иначе я не услышал бы его зов и голос меча…

– Голос меча? – удивлённо переспросил капитан. – Что ты имеешь в виду?

– А вы разве не слышите? – Огюст с недоумением посмотрел на присутствующих. – Он ведь разговаривает, чувствует, передаёт эмоции. Например, сейчас он рад, что попал… в нужные руки. Неужели вы тоже не чувствуете, лорд ректор?

– Пока нет, – с разочарованием, как показалось Огюсту, ответил Теодор, – но, возможно, это придёт со временем. А вот то, что ты по крови близок первому владельцу замка