Тень минувшего полнолуния (СИ) - Дез Олла

Ну да. Ведьме предлагают зимовку в замке на всем готовом, под надежной защитой стен. Можно не думать о защите, не беспокоиться о продуктах и запасах на зиму, а я тут отказываюсь от такого сказочного предложения.

– Я ведьма, этой причины не достаточно?

– И не просто ведьма. Ты ведь принадлежишь к роду…

– Замолчи, – и я прикрыла ладонью его губы.

Он не ожидал подобного, но вдруг накрыл мою ладонь своей рукою. А потом меня лизнули, как дети лижут сосульки зимой, пока мама не видит. Стало щекотно. Это было так неожиданно и по детски, что я не выдержала и улыбнулась. А потом подняла свободную руку и, проведя по его волосам, сказала.

– Поверь. Я правда не могу.

Он отнял мою руку от лица и кивнул. А потом поднес ее к лицу и поцеловал. Как же давно мне рук не целовали. Так ведь и отвыкнуть можно. Хватит. Пора это прекращать. Так и влюбиться можно. А влюбленная ведьма – это считай, что пропащая ведьма. Или я уже? Так! Хватит. У нас ведь дело есть? Вот и будем действовать согласно ранее намеченному плану

– Роланд? Надпись где? И я бы хотела познакомиться с твоим библиотекарем. Это такой же сильный воин как кастелян и повар?

Роланд тряхнул головой, прогоняя наваждение момента, и сказал.

– Что? Нет, то есть да. Пойдем, я тебе все покажу и познакомлю. Только вот сапоги нужно надеть. Я сейчас, – он отошел к камину, где они все это время грелись.

Вернулся он с моими сапогами и, опустившись на шкуру, взял мою ножку и стал аккуратно меня обувать.

Мне нянька в детстве рассказывала сказку про бедную сиротку, что попала на бал к местному принцу. Он как раз устраивал смотрины невест. Так у нее туфли на меху были и ножка маленькая. Так вот он ее в той сказке по этим меховым тапочкам искал. Я еще тогда так смеялась. Ну, это ж надо в меховых тапочках и на бал. Но вот себя сейчас ощущала той самой дурочкой, которой примеряли заветный меховой тапок.

После того как на меня надели сапоги, заботливо вложили в голенище мои ножи. Вот же! Все на свете прошляпила. Я даже и не заметила, когда он их нашел и вынул. Совсем голову потеряла. Ой, быть мне той самой пропащей ведьмой.

Он встал, подал мне руку.

– Кабинет рядом, идем?

Я кивнула. Горло сдавило, и я вообще сомневалась, умею ли я говорить.

Глава 9. Когда берёте котёнка, учтите, что хорошенький маленький пушистый комочек — это, максимум, на полгода, а дальше наглая зажратая морда

— Я не опоздал.

Я просто испытал хтонический ужас перед священным долгом исполнять свои рабочие обязанности, мой мозг забился в агонии, а члены — отказались повиноваться.

— Всё?

— Еще кот был голодный, и второй носок не нашелся.

Кабинет и в самом деле был за соседней дверью и был больше и массивнее по площади, нежели гостиная. Я не видела спальню, но судя по всему, она тоже небольшая. Я прикинула примерную окружность донжона и площадь, отведенную под жилую часть и.… А собственно, чего это меня в спальню то потянуло? Вот на тебе, Лика. Только этого и не хватала. Давай еще кровать представим. Ага. Ты тут по делу! Выбрасываем эти мысли из головы.

Кабинет был огромный и вмещал в себя библиотеку. Нет, он был огорожен. Но перегородкой служил огромный шкаф с книгами, так что можно сказать, что они все же были единым целым. Я рассматривала корешки книг и сами полки, и проникалась уважением. Не в каждом провинциальном замке встретишь такую библиотеку. Зачастую владельцы замков вообще читать не умеют. А зачем? Есть же библиотекарь и управляющий. Вон они пусть и читают.

И да, меня почти сразу же представили уважаемому библиотекарю, который почему-то скрывал от своего Маркграфа вещи, известные любому первокласснику магической школы.

И вот опять не сложилось. Я совсем не умею угадывать. Библиотекарь должен быть старым сгорбленным старичком, который с трудом достанет до верхней полки. А уж дотащить толстенный фолиант, который зачем-то понадобился молодой ведьме, он вообще не в состоянии.

Библиотекарь у Роланда и в самом деле был старый. Только вот на этом все заканчивалось. Потому что, несмотря на старость, этот оборотень был в отличной физической форме и мог дать фору молодому Брендану. Седая голова почти такого же цвета, как и мои космы. Вот и не знала, что бывают такие старые оборотни. Обычно они ведут столь драчливый образ жизни, что редко доживают до того, чтобы их волосы посеребрило.

Я не стала расспрашивать библиотекаря. Мне вполне хватило простого знакомства. Маркграф понял, что вопросов я задавать не буду, хлопнул его по плечу, назвал «Стариной Эрнстом» и сказал, что дальше все покажет сам.

Надпись была на каменной стене, как и все предыдущие, что мы видели. Только вот у этой было существенное отличие. Буквы были окрашены золотом, светились и выглядели как дорогое украшение библиотеки. Я понимаю, почему Роланд к ней так привык, что не обращал на нее должного внимания. На ней преобладали не текст. Глаза, птички, человечки. И все это напоминало рисунок – занятный, непонятный, но не более. И только в сочетании с другими надписями, а еще и с загадочными смертями, делало эту надпись такой важной.

Но даже не это заставило меня замереть перед ней, а потом с ужасом прислониться к холодному камню стены. Я поняла, где я ее уже видела. Поняла, почему это не давало мне покоя. Я поняла, почему так отчаянно трусила все последнее время. И почему меня – ведьму – вдруг стали пугать трупы и смерть.

– Лика? Что с тобой? Тебе плохо? – Роланд подхватил меня на руки и вместе со мной уселся в огромное кресло, что стояло за письменным столом кабинета.

– Вот почему портал открылся именно сюда. А мы с сестрами гадали. Почему это нам так быстро удалось? Ведь и координаты мы не выбирали, и делали все на удачу. И опыта построения всей стаей у нас не было. А вот он – ответ на стене в библиотеке старинного замка. Все это было у меня под носом, – уткнувшись ему в грудь, начала я причитать.

– Лика? Я по-прежнему ничего не понимаю. Что не так с надписью? И какая, праведники все забери, стая? – аккуратно спросил он.

– Моя стая, моя. Я боялась подвергнуть ее опасности, поэтому там не осталась. Ушла зимовать в тихую спокойную деревеньку, подальше от проблем и неприятностей. Я прям угадала насчет неприятностей.

– Ты видела ее раньше? Эту надпись? – сообразил он, наконец.

– Да. Я начала подозревать еще давно, но упорно гнала эту мысль прочь. Но вот сейчас увидела во всей красе и осознала, что дальше прятать правду от самой себя бесполезно. Вот ведь человеческая натура. Пока золотом все не покроешь, мы и не видим, – и я горько усмехнулась.

– Расскажешь? Я не смогу помочь пока не пойму, что именно тебя так расстроило.

– Это ужасно запутано, я не могу открыть всего, и чтобы понять, мне необходимо прочесть тебе целую лекцию. Но впрочем… Что ты знаешь об артефактах, Роланд?

– Артефакты – это предметы, обладающие историческими и магическими свойствами. Они бывают более ценные или самые простые, – стоило догадаться, что Маркграф не может этого не знать.

– Отлично. Лекция отменяется. Так вот если кратко, то надпись указывает на место где находится один из таких артефактов.

– Пока не вижу ничего, что бы показалось мне ужасным. Артефакт. Хорошо. А где ты видела эту надпись раньше? Ведь у меня в замке ты не была? – продолжал задавать он правильные вопросы.

– Да. Но, видишь ли, артефакты бывают парными. Вот за твоей спиной как раз находится надпись, посвященная одному из предметов этого парного артефакта.

– И ты знаешь что это?

– Знаю? Я видела второй артефакт. Более того, я его держала в руках и даже пыталась стащить, уничтожить, повторно спрятать и даже продать. Чего я только не испробовала, – в моем голосе прозвучала обида и горечь и я ничего не могла с этим поделать.

– Ты поэтому сбежала? Тебя за это судили?

– Почти.

Нет, не судили, но ему об этом знать не надо.

– Воровство как минимум карается тюремным заключением и отрубанием руки.