Опасные игры, или Ничего личного, это моя работа - Наталья Соболевская

одного взгляда Арагона, и тот притих и, опустив голову, уснул. На трясущихся ногах доковыляла до мужчин, Арагон неподвижен, а вот гном с открытым ртом вжался в кресло. Бесцеремонно сцапав бутылку со стола, я сделала три больших глотка, и не по-девичьи обтерев губы рукавом, шумно поставила её обратно.

— Задание выполнено — требую награды, — из последних сил выговорила я и рухнула на пол.

Я своё дело сделала. А как Влад выкрутится и объяснит гостю, почему его имущество только что влетело в замок — не моя проблема.

Вино ударило в голову, и шок от посадки постепенно сошёл на нет, зато заныло тело, каждая царапина, каждый порез дал о себе знать. «Неплохо бы вытащить из меня осколки и промыть раны, и чем скорей, тем лучше», — подумала я и только собралась встать, как ожил гном.

— Ай, молодца! — выкрикнул Люций и с силой ударил по столу кулаком. — Ну, Влад, похвали девочку, — чуть ли не толкая его в бок, обратился он к магу. — Надо же справилась! — гном задрыгал своими не достающими до пола ножками, и на попе подпрыгнул в кресле.

Или гнома в детстве несколько раз стукнули головой, или кто-то грязно играет.

Поёрзав, Люций сполз с кресла и, подбежав ко мне, потянул за руки: пришлось встать. Гном, как маленького ребёнка, аккуратно усадил меня в своё кресло и, не спрашивая, со словами «Выпей ещё» всучил полный бокал вина.

— Влад, что же ты молчишь? — не отводя от меня восхищенного взгляда, с упрёком спросил гном.

Если первая порция алкоголя подействовала на меня благотворно и успокоила, то вторая, ударив в голову, взывала непреодолимую тягу к справедливости и требовала объяснений и то, что Арагон сидит темнее тучи и еле сдерживает ярость, ни капли меня не смущало.

— Да, Влад, что же ты молчишь? — с издевкой произнесла я. — Мне вот очень интересно, что это твой друг так меня нахваливает и чему радуется.

Мало того, что Арогон не ответил и проигнорировал не только меня, но и Люция, он в придачу и голову от нас отвернул.

— Блестящая тактика, обязательно запомню и при случае ей воспользуюсь, — окончательно обнаглев от алкоголя, пьяно огрызнулась я.

Мой выпад остался не замеченным, и Влад, сжимая кулаки, продолжал, витать в своём мире, казалось, он решает глобальную проблему, а я и гном — двое маленьких недостойных его внимания клопа.

— Милейшая, Таис, а вы бы не хотели перейти ко мне на службу? — слащаво улыбаясь, пропел гость и с вожделением Снежи перед сапогами Арагона смотрит мне в глаза.

Гном есть гном, своё не упустит.

— Люций, ты часом не обнаглел?! — взорвался Влад и, подскочив с кресла, как огромная гора, навис над гостем. — В моем доме, в моём присутствии переманиваешь моих работников.

Гном сжался, от чего стал ещё меньше ростом, его глазки забегали, и он так же приторно, как делал мне предложение, начал оправдываться перед Арагоном.

— А что? Я помочь хочу, сам же говорил, что она… — он кивнул в мою сторону, — …заноза в одном месте.

Маг схватил гнома за грудки и хорошо его, тряханув, заорал на весь замок:

— Ты почему не сказал, что твой дракон дикий?! Я бы спорить с тобой не стал. Таис… — на меня показали пальцем, — … могла шею свернуть.

— Ах, ты и с ним ещё спорил! И-ик…

Влад перевёл своё внимание на меня, и Люций пользуясь заминкой, ловко вырвался и, отбежав на безопасное расстояние, по всей видимости, решил нас натравить друг на друга, и этим отвести от себя гнев Влада, потому что следующее, что он заявил, звучало так.

— Да, и на весьма кругленькую сумму.

— Ну, раз так, тогда списывай с моего долга половину, — потребовала я, и у Влада заходили, жевали, а Люций ухватился за живот и рассмеялся до слёз.

— Эх, милая… — трясясь от смеха, заговорил гном, — … боюсь тебя огорчить, но твой долг скорей возрастет, чем уменьшится, — Я ставил на твой успех, а твой хозяин на проигрыш.

Уголки губ, зачем то поползли вниз, хотела скрыть разочарование, и выдавить улыбку, не получилось, чувствую, что просто скривила лицо. Но тут до меня дошло, дом гнома охраняла стража Арагона. Воины знали, что я приду, и всё равно лопухнулись, и дело не в браслете, пробираясь в дом, я была в нём. Меня охватила волна гордости и я, выпрямив спину, засияла улыбкой и, издеваясь над очередным провалом Влада, заявила.

— Надеюсь, сумма спора до неприличия велика!

— Да-а, — многозначительно протянул гном. — Я планирую на вырученную сумму…, — Влад одарил гостя таким испепеляющим взглядом, что Люций пригнулся, умолк на полуслове, а затем театрально, как бы извиняясь, застегнул у губ невидимый замок.

Дверь в комнату, то ли пнули, то ли сильно толкнули, но от удара о стену, она треснула. В синий зал влетел запыхавшийся Атал. Забавно наблюдать, как меняется его взгляд в зависимости на кого он в этот момент смотрит. Дракон удостоился печального взгляда, Влад умоляющего о прощении, гном получил скорей нейтральный, а я самый продолжительный — красноречиво — яростный.

— О-о-о! Герой дня нарисовался! — хихикнула я.

Очередной пьяный «И-ик» рвался наружу, но я вместо того, чтобы не позорится и уйти, просто закрыла рот ладонью, а алкоголь в моей крови подсказал победить икоту ещё одним бокалам вина.

— Как ты это сделала?! — проорал пёс Влада, и это был не вопрос, а претензия. — Трактирная девка, — обозвал меня главный страж и на всей скорости двинулся в мою сторону, но его остановил окрик Влада.

Я-то уже грешным делом подумала, что Арагон защищает меня, а нет, он косится в сторону гнома, говоря своему псу, при посторонних нижнее бельё не стираем.

Люций правильно оценил обстановку и засуетился.

— Что-то я засиделся. Дома дети ждут, жена, должно быть, потеряла. Поеду я. Провожать меня не надо, не впервой, дорогу сам найду.

Сначала я и не сообразила, зачем гном крюк делает, а не напрямки идёт к двери, но всё стало ясно, когда он остановился возле меня, якобы зашнуровать шнурок и, повернув голову ко мне, начал шептать. — Таис, про работу я не шутил, обращайся в любой момент: приму. — Люций выпрямился, покашлял в кулак и перед тем как выйти обратился к Владу. — За драконом завтра пришлю, пусть отоспится.

Мы все, не сговариваясь, молча, ждали, когда перестанут доноситься шаги гнома, и как только они стихли, поднялся крик.

— Маленькая мерзавка, я выведу тебя на чистую воду, ты мне сейчас всё расскажешь, — Атал опять приближается и, сжав руки