Академия Пяти Домов - Ирина Дмитриевна Субач

свое счастье, может, даже королевой станет.

Все в плюсе.

– Сходи за меня! – неожиданно произнесла она.

Я резко обернулась, решив, что мне послышалось.

– Что?

– Сходи за меня на чаепитие. Намажем тебя белилами, наденем вуаль, красивое платье. Никто ничего не поймет.

– Ты больная? – Я все еще пребывала в шоке. – Там будут твои однокурсницы. Даже если миледи тебя ни разу не видела, они-то узнают. Да и мне это на кой сдалось? За такое меня вышибут из академии.

– Я заплачу! Много! Сколько ты хочешь? Сходи на чаепитие и сорви помолвку. Вылей на миледи кипяток или еще что-то. Чавкай, громко смейся… Что угодно.

– Не-не-не, – я испуганно отстранилась от такой перспективы. – Это твои проблемы. Сама почавкай! Уверена, ты справишься.

Ни одни деньги в моем разумении такого не стоили. Если Виктория трусила, меня в это втягивать не надо.

Соседка опасно сощурилась. Даже клыки выдвинулись. Она вновь стала походить на вчерашнюю стерву, и куда только делась рыдающая на кровати девица.

– Или ты пойдешь вместо меня, – прошипела она, – или я расскажу всем, что у тебя в чемодане фея. Или ты думаешь, я глухая, чтобы не услышать стрекотание крыльев и ваши переговорчики?

Кажется, я побледнела, но тут же замотала головой.

– Это кузнечики на улице. Тебе показалось.

– Неужели? – Виктория щелкнула пальцами, и мой чемодан взмыл в воздух, раскрываясь на лету и вытряхивая из себя все содержимое, включая перепуганную Миртл. – А вот и она! Так что тебе две минуты на размышления, Габриэль, или я сдам вас Мефисте.

Я еще хватала воздух, понимая, что меня прижали к стенке, когда Миртл уже вовсю вопила:

– Она пойдет!

– Вот и славненько, – тут же расслабилась Виктория. – Нужно пошить ей платье, иначе ее сразу раскусят по лохмотьям. Вуаль одолжу.

Глава 11

Кристофф

– У меня пять жалоб на вас, Рэкшор, – злющая Мефиста ворвалась в мой кабинет и бросила исписанные листы на стол.

Я заломил бровь в ожидании продолжения.

– На вашу профнепригодность к преподаванию.

– Так увольте, – лениво отозвался я, даже не трудясь перебрать листки и узнать имена кляузников.

– Не могу, я только временно исполняю обязанности ректора, да и не собираюсь этого делать.

– Тогда к чему весь этот разговор?

Мефиста устало вздохнула и закатила глаза к потолку.

– Неужели нельзя как-то мягче со студентами? Зачем вы начали их оскорблять в первый же день занятий?

– Не припомню такого, – сощурился я и все же придвинул к себе жалобы. – Или рье Вокс накатала на меня кляузу за то, что я отсадил ее на заднюю парту?

– Нет, от нее как раз ничего не поступало.

– Тогда кто? – Я вчитался в строки и усмехнулся. – Забавно. Котики обиделись. Оу, и еще Грефы. Какая трагичность.

– Не смешно. Вы причислили их к обслуживающим Домам и заставили писать эссе на вопиющую для них тему.

Моя улыбка стала еще шире:

– То бишь всякие родовитые лекари кляузничать не изволили.

Мефиста заломила бровь:

– А должны? Вы и их оскорбили? Мне что, приготовиться к очередному потоку заявлений?

Я пожал плечами, но все же кивнул:

– Да, но, видимо, не на этой неделе. Уверен, на следующей они обязательно пополнят вашу коллекцию макулатуры для розжига камина.

– Это еще почему? – Мефиста подбоченилась.

– Да потому что все Дома обслуживающие: менталисты, лекари, домовые, ювелиры, крысы и прочие. Все служат друг другу. Просто у кого-то есть власть и деньги – так сложилось исторически, а у кого-то нет. Так что тема эссе с подвохом.

– И какого эффекта вы этим добиваетесь? Что-то я не припомню, чтобы в наше время нам на этике пытались донести нечто подобное.

Я напряг память, пытаясь вообще вспомнить, о чем был этот предмет, когда обучался сам. Его вел старенький рьен Вильмонт, чей голос было невозможно расслышать даже на первом ряду. Он бубнил что-то себе под нос и засыпал на зачетах, а экзамен ставил всем просто так.

– Времена меняются, – вновь пожал плечами я. – От общества хотят перемен, так почему бы не начать с этики? Будем считать это моей авторской методикой.

– Заставить студентов писать эссе от лица мирового зла? – все еще не понимала Мефиста. – Рурк Разрушитель – вряд ли образец для подражания.

– Заодно и выявим опасные элементы среди учащихся. Будет отлично, если кто-то напишет свои планы по захвату мира и сдаст мне на листочке. К слову, – тут я даже призадумался, – хоть я и не согласен с новыми веяниями в обществе, но если так рассудить, то все предыдущие века мы жили с ограничениями по способностям исключительно его стараниями. Не начни он красть магию и не разбейся колбы…

– Это сказка, – напомнила Элеонора. – Причем придуманная вашим же Домом Вивьерн для контроля масс, о чем вы не любите распространяться. Так что отмените эссе и дайте другое задание.

– И не подумаю, – категорично ответил я. – Мои занятия – мои правила. Я же не лезу в вашу травологию.

Мефиста поджала губы, но спустя мгновение все же заговорила:

– В столе Артемиуса я нашла письма от вашего отца.

Я устало поднял на нее взгляд. Неужели теперь еще и она будет пытаться меня перевоспитывать, как собирался Артемиус?

– И как? Читали?

Мефиста помотала головой.

– Я не лезу в чужую переписку. Не уверена, что это вообще мое дело, но думала, если вы знаете, о чем шла речь, то могли бы подсказать. Если дело серьезное, то мне нужно знать.

Слова Мефисты меня удивили, на ее месте я уже давно бы вскрыл каждый конвертик и ознакомился бы с каждой буквой. Но Элеонора при всем своем опасном характере явно была куда правильнее, чем я.

Впрочем, я все же мимолетно считал ее мысли, чтобы убедиться, не врет ли она мне. Вдруг все же читала, но теперь лукавит.

Но если она и лгала, то хорошо маскировалась. Похоже, Элеонора и в самом деле хотела знать, о чем мертвый ректор переписывался с королем.

– Эти письма обо мне, – не стал юлить я. – Думаю, вы можете и сами написать моему отцу и, если он сочтет нужным, станете получать от него регулярную корреспонденцию. Надеюсь, такой ответ вас устроит.

– Да, – коротко ответила женщина, но уходить не спешила, хотя разговор, на мой взгляд, и так затянулся.

– Что-то еще? – нетерпеливо спросил я.

Мефиста неожиданно замялась.

Совершенно неуместно зарделась румянцем, и ее правая нога будто даже шаркнула от неловкости.

– Это не относится к работе, но сегодня ваша мать…

Я вытаращил глаза на Мефисту.

– Что моя мать?.. – уже предчувствуя какую-то гадость.

– Она посетила