(Не)леди для рыцаря ада - Инга Максимовская

силу не почувствует только идиот. Что тут у вас происходит? И почему моя будущая сноха в таком виде? – спросил Люцифер.

– У меня крылья выросли, – икнула я, изо всех сил корча из себя глупышку. – Представляешь, раз и выскочили из спины.

– Ты их видел? – спросил властитель ада у Асмодея, сдвинув к переносице безупречные брови.

– Да, господин, они коллосальны, – кивнул головой мой рыцарь.

– Прекрасно! – радостно захлопал в ладоши монарший демон. – Ты уникальный экземпляр, Ангелина.

– Переодень ее, – приказал он Аш. – Отбор начался. Наша главная претендентка должна блистать.

– Сам – экземпляр, – окрысилась я, но владыка глянул на меня, словно на пустое место, хохотнул, радуясь чему-то своему, и заспешил туда, откуда неслась веселая музыка и противный голос принца, играющего в жмурки с кучкой туповатых невест.

Аш бежала впереди как ошпаренная. Я едва поспевала за ней, костеря на все лады Асмодея, Люцифера и всю адскую шатию-братию. То, что со мной происходило и происходит, совершенно выбивало из колеи. И угораздило же мне родиться в такой дурацкой семейке. С тоской вспомнив подруг и даже ненавидимый мною институт, я настолько задумалась, что не заметила, как демоница остановилась у одной из дверей, и со всей силы врезалась в крепкое тело так, что аж в ушах зазвенело.

– Аккуратнее, принцесса, – оскалившись, ухмыльнулась Аш, доставая из складок платья огромный клинок, – крылышки не помни.

– Ты чего это задумала? – без страха спросила, не понимая, что происходит.

– Видишь ли, деточка, – ровным голосом начала она, – Асмодей не понимает, насколько ты опасна всем нам. Он ослеплен выдуманными чувствами, а может просто видит в тебе предавшую его ради твоего отца Анжелику – мне все равно, это его дело. Но апокалипсис, который Люцифер хочет начать с твоей помощью, не нужен ни демонам, ни ангелам. Начнется война, в которой не будет победителя – это написано во второй части скрижали, которую король скрывает от глупых демонов, желающих править миром. Так что, ничего личного. Такова «селяви».

– А я-то при чем? – удивилась, но ответа не дождалась.

Аш сделала молниеносный выпад: клинок скользнул по бедру, причинив лишь небольшую боль, похожую на укол иглой. Демоница удивленно посмотрела и с яростным криком бросилась на меня, целясь смертоносным жалом в грудь. Я отшатнулась, но уверенная рука адского отродья с зажатым в ней оружием все же достигла цели и с хрустом врезалась в мое тело. Расширившимися глазами я посмотрела на торчащий из моего тела ангельский клинок, схватилась руками за его раскалившуюся добела рукоятку и медленно вытянула смертоносное лезвие из светящейся огненным светом раны. Аш захрипела. Свет, исходивший из моего тела, проник в нее, выжигая глаза, разрывая внутренности, ломая кости. Демоница упала к моим ногам и рассыпалась в пепел. Рана в груди затянулась, напоминая о себе несильным зудом, и я обрушилась на пол, успев заметить бегущего ко мне рыцаря. Моего ненаглядного демонюку.

Асмодей подхватил на руки невесомое тело Ангелины. Она дышала.

«Жива», – облегченно подумал рыцарь, борясь с неимоверным желанием прижать девчонку к себе и не отпускать ни на шаг. Он почувствовал, как тонкая рука обвила его шею, и едва живое сердце демона пустилось в бешеный пляс.

– Ты знал, что она хочет сделать? – спросила нефилимка, открывая обрамленные, похожими на бабочек, ресницами глаза.

– Нет, я просто прочел ее мысли, – спокойно ответил демон, стараясь не смотреть на белоснежную кожу, проглядывающую сквозь прорехи вконец испорченного платья.

– Не очень-то ты торопился, – вредно хмыкнула Ангелина, положив голову ему на грудь.

Демон скрипнул зубами и промолчал. Не рассказывать же этой дурынде, что так, как сегодня, он еще никогда в жизни не бегал.

Глава 17

Асмодей буквально втолкнул меня в комнату и приказал:

– Одевайся и возвращайся на бал, не заставляй ждать его величество, – белозубо улыбнулся, – потом поговорим.

– Ты куда? – спросила, наблюдая странную трансформацию моего рыцаря.

Он больше не был похож ни на человека, ни на ангела, ни вообще на какое-либо виденное мною ранее существо. Огромное, выросшее в разы тело увенчалось тремя головами, на мордах которых, словно сменяющиеся в мультике кадры, мелькали отвратительные личины. Перепончатые, как у летучей мыши, крылья раскрылись за спиной Асмодея, открывая моему взору длинный змеиный хвост. С отвисшей челюстью смотрела на монстра, которому явно было неудобно, что я созерцаю его в таком виде.

– Не смотри на меня, – прорычал он.

– Ой, да подумаешь, – проблеяла, стараясь совладать со своими чувствами, – принца-то я же как-то вынесла. Ты – еще ничего так. Симпатяга. Просто интересно, куда ты подорвался в таком виде, что не можешь подождать свою леди и сопроводить ее на адскую вакханалию?

– Кто-то призвал меня. Опять, наверное, какой-то недоумок решил поработить. Эти глупые колдунишки не знают, что я их изничтожу. Надеются пленить и творить свои черные делишки с моей помощью. Я люблю свою работу, Ангелина, – засмеялся демон и с громким хлопком растворился в воздухе, будто его и не было. Оставив после себя едкий запах гари, серы и странный сладковатый аромат, от которого у меня закружилась голова.

– Это запах похоти, – Нега появилась, как из-под земли, и уставилась на меня своими слезящимися глазенками. – Его ни с чем не спутаешь, девочка. Асмодей – змей искуситель. Демон разврата. Так что нет ничего удивительного в том, что ты прячешь его у себя на балконе, – обнажила демоница изгнившие зубы в улыбке.

– Не выдумывай. У меня нет времени выслушивать глупости, – отмахнулась я, изо всех сил стараясь унять бьющееся в лихорадке сердце. – Лучше помоги мне платье подобрать. Принц, думаешь, ждать будет? Выберет себе какую-нибудь «кошелку» в жены, а я завидуй потом. Очень хочется, знаешь ли, поцарствовать. А будешь себя хорошо вести, сделаю моей фрейлиной, – подольстилась я к страшилке, которая тут же засуетилась, аж пыль столбом взметнулась.

Шутка ли, такое предложение. Я наблюдала за беготней прислужницы и думала о своих чувствах. Определенно, он мне не безразличен этот гадский рыцарь, чтоб его черти взяли. Иначе, почему я безостановочно думаю о нем? Хотя раздражает он меня, конечно, больше.

Асмодей огляделся. Дом, в котором он оказался, был ему знаком. Более того,