Доверяй мне - Ния Орисова

в ожидании ответа. Если это выход с партнёром, то вечерний наряд, а если ночь, то…

Помощник капитана не убрал руку от ручки двери.

— Красивое бельё думаю, будет в самый раз.

Он ушёл, а у меня осталось мало времени на подготовку. Через час я была готова. Платье, выданное мне для этих целей, было коротковато и больше походило на то, что носят подростки. Прибывая в уверенности, что сейчас меня отвезут к клиенту, оказалась не готовой к тому, что меня повели по коридорам вниз. Комната, в которую меня завели, заставила вздрогнуть, живой отсюда не выбраться. Меня поставили по центру и, затянув на запястьях кожаные ремешки с прикреплёнными к ним цепями, подняли руки вверх. Комната впечатляла обилием плёток, странных приспособлений и конструкций, всё это больше походило на пыточную.

Тот, кто вошёл в комнату, знал, чего хотел, и умел сделать так, что от боли и унижений жертва просила убить её. Это единственное, что возбуждало его. Сегодняшняя жертва оказалась какая-то неправильная. Всё, что он делал с ней, переносила молча, иногда с её губ, срывался тихий стон, но это не то, чего он хотел. Когда он увидел её в первый раз, ему показалась что она идеально подойдёт для его забав. Сейчас же в очередной раз, применяя плеть, он понял, что сможет кончить только в одном случае, если свернёт ей шею, но так опрометчиво дано обещание не убивать, а так хочется. Отбросив плеть, и брезгливо окинув взглядом ту, что когда была красива и притягательна, вышел из комнаты, оставив жертву висеть на цепях.

Я очнулась в странной комнате пахнущей лекарствами. Оказалось за то, что я не смогла удовлетворить клиента, меня наказали, разорвав контракт и отдав в бордель в котором не было капсулы для восстановления. Выжила только благодаря заботам кухарки, которая попросила изуродованную девку в помощь, если та выживет. Кухарку звали Винетта и лежала я на её кровати, в её комнате. Лечила она меня, за свой счёт, отдавая все полученные за работу деньги. Потраченных денег Винетта не жалела.

— Очнулась. Ну, вот и молодец, — видя, что я хочу что-то сказать, она помахала рукой. — Молчи, успеешь ещё поговорить. Нельзя тебе пока. Теперь ты свободна, а шрамы, так и с ними можно жить, хорошо бы подальше отсюда, но это уже как получится. Сейчас вот выпей лекарство и спать. Сон для тебя сейчас самое то.

В следующий раз, когда пришла в себя поняла, что такой сильной боли нет её слабые отголоски, ещё гуляли по телу, но как, же хорошо когда ничего не болит.

Винетта вошла в комнату и, увидев меня, всплеснула руками.

— А кто это у нас сел? Рановато тебе ещё.

— Пить хочу. Прохрипела я.

— Сейчас. Подожди, — Винетта налила воды и, добавив несколько капель горького настоя, поднесла кружку к моим губам. — Пей и ложись. По глазам вижу, хочешь знать, что произошло.

— Хочу, — прохрипела я, даже говорить, сил не было.

Кухарка взяла заживляющую мазь.

— Давай вотрём в кожу. Заживает хорошо, но следы всё равно останутся. Ну, слушай что знаю. Привёз тебя сюда прислужник Брутуса по его приказу, сгрузил у входа в бордель и сказал хозяйке, что она может делать с тобой всё что захочет. Брутус рассчитывал, что клиент после тебя останется доволен, а он оказался в ярости, сделка состоялась не в полном объёме. Поэтому лечить тебя он не намерен и контракт с тобой разрывает.

Винетта бережно втирала мазь в те места на коже, где образовались рубцы.

— Видать не в себе был, точно говорю, контракт с тобой порвал в клочья. Хозяйка не хотела тебя брать, а тем более лечить, но я уговорила. Сказала, что сама тебя лечить буду. Мне помощница нужна. На счастье тебе она не стала возражать и интересоваться твоим лечением, так что для всех ты умерла и как только встанешь на ноги, придётся уйти. Долго тебя прятать не смогу.

Я успокаивающе погладила её по руке.

— Спасибо за всё. Ты мне жизнь спасла.

Винетта с грустью смотрела на меня.

— У меня была дочь, и если бы на её пути встретился добрый человек и вовремя оказал помощь, она была бы жива.

— Мы можем уйти вместе, ведь тебя здесь ничто не держит.

— Девочка тебе и так нелегко пришлось, а ещё я обузой буду. Толку от меня.

Я устало откинулась на подушку, прикрывая глаза.

— Мы будем вместе, и поверь, обузой ты не будешь. Роднее тебя для меня сейчас никого нет.

— Как скажешь. Отдыхай. Сначала тебе на ноги надо встать.

В общей сложности прятала меня Винетта два месяца. За это время я почти вылечилась, шрамы были безобразны, но чтобы избавиться от них, нужна капсула и деньги. Винетту я стала ласково называть Вин, она рассказала, что находимся мы на малой из планет Росс-162. Так себе я скажу планетка, одна из многих, ничего интересного. Улететь с планеты имея деньги можно без проблем. Вот тогда я порадовалась, что наученная первым похищением сделала денежный вклад, который можно снять в любой системе. Для этого достаточно сканирования сетчатки глаза, а так как вклад был независимым, отследить человека по нему невозможно, это оговаривалось контрактом и дополнительной оплатой счёта. Денег на этом счету было достаточно, чтобы начать новую жизнь на новом месте и постараться забыть весь этот кошмар. Я знала, Зелия довольна жизнью, Кир исполнит обещание и найдет Ронику, а у меня нет сил, я просто хочу тихо жить.

Вин не бросила меня и после того как всё было готово, куплены билеты и определено место будущего проживания, мы в один день исчезли из борделя и с планеты Росс 162. По-чужому миникому я отправила информацию о Брутусе, борделе и планете в свой бывший отдел пусть разбираются это их работа, а меня и Вин ждёт планета Сияна. Почему Сияна? Потому что это самая густо заселённая планета, можешь затеряться в толпе. Разнообразие проживающих рас, высокоразвитые технологии и возможность жить по своему желанию. По пути на Сияну мы посетили Ирий где в течение недели я проходила процедуры по удалению шрамов. Конечно, избавиться от всех не удалось, но лицо вернуло былой вид, а пару белых ниточек пересекающих лоб, если, не приглядываться, и не заметишь.

***

Мы летели на Сияну и меня пугало, что по пути предстоит остановка на Веластре. Туда где меня второй раз продали, и где мог находиться Кир. Встречи с ним я боялась, не было сил на оправдание своих поступков.