Посланница бога. Начало пути (СИ) - Романова Ирина

— О, даже так. Анна, ты готова через год рожать детей этому… существу? — спросила я у сестры.

— Тебя никто не спрашивает! По заповедям предков пару нельзя разлучать! — Мужчина занервничал.

— А запугивать ребенка предки тоже, значит, тебе завещали? — я уже начала злиться.

— Ты, сука, не лезь, куда не следует. Твое место в койке, мужа ублажать! — навис он надо мной.

Звук удара. Бендольв, не выдержав, врезал бывшему другу. Вытащил его за ногу из дома, раздались звуки ударов.

— Хватит! — крикнула я.

Увидела, что Бендольв уже добивает лежачего. Не хватало еще убить единственного сына князя. Подумав несколько мгновений, я приняла решение. Подойдя к валяющимся жениху, расплавила все железо на нем в путы и, рванув ворот на груди, вызвав пламя, выжигала знак пары. Он дико кричал, Анна тоже всхлипывала, держась за свой знак.

— Теперь знак пары не действует, ты лишен пары навсегда. Ни одна не родит тебе ребенка, пока ты искренне не полюбишь женщину и она не ответит тебе взаимностью. А Анна еще молода, успеет найти свою любовь, и да, я ее забираю с собой, чтобы ты не смог над ней больше издеваться.

— Ты та, кто освободил миры от тварей!

Он в шоке смотрел на меня, правда начала до него доходить. Он, с трудом встав, залез на коня и стеганул его, кинув злой взгляд на Анну.

Глава 31. Анна

Уезжали ранним утром. Анна плакала, но родители были непреклонны, они понимали, что спокойной жизни у нее тут не будет. Провожая, мама прижимала меня к себе, опять плакала. Сегодня ночью я видела сон, где мама, держала мальчика руках.

— Мама, ты только не волнуйся, тебе нельзя. Братика не расстраивай.

Мать замерла, руку положила себе на живот, потом повернулась к мужу. Отец молча подошел и обнял своих сразу всех троих.

— Мама, вот этот кулончик не снимай, если будет нужна моя помощь, сорви и брось. Это вестник, он сразу появится возле меня, я посмотрю на него и буду знать, чем тебе помочь. Молись Богине-матери, она никогда не оставит нас.

Распрощавшись с родными, уехали в город.

По дороге встретили отряд воинов, возвращавшихся домой, вдруг один из запасных коней, сорвав недоуздок, рванул к нам. Я сначала замерла, и соскочив с лошади, встала. Дикий, который несся с пеной у рта, встал как вкопанный. Он потянулся, нюхая, и положил голову мне на плечо, всхрапывая и хватая косу.

— Да ты мой хороший, я тоже скучала. Похудел, шерсть не лоснится. Умничка. Красавчик. — гладила коня.

К нам подъехал отряд.

— Это мой конь, — выехал вперед воин.

— Дикий, кажется, тебя хотят забрать. — Я улыбнулась.

Дикий бухнулся на передние ноги, я, схватившись за гриву, вскочила на него. Он всхрапнул и встал на дыбы, пытаясь задеть копытами воина, тот отскочил вместе с конем.

— Странно, мне казалось, это мой конь, вон и клеймо говорит об этом. Вы вроде как присвоили его? Или даже украли …

— Мы подобрали его у сторожевых башен.

— Все правильно, когда я ушла через стену к тварям, он остался на этой стороне.

— Простите, леди Куле, сразу не признали. Хотя, видя ваш цвет волос, могли бы догадаться. Приносим свои извинения, благодарим за окончание войны.

— За коня благодарю! Прощайте! Анна, пересаживайся на мою лошадь.

Мы двинулись дальше. Дикий гарцевал и тихо ржал, радуясь хозяйке. Приехав в конюшню, сама почистила, накормила и напоила коня. Ласково похлопав по крупу, ушла в дом родителей Бендольва. Там меня ждал князь с сыном.

— Добрый день, леди Куле, я давно хотел поблагодарить за спасение нашего мира! Честь для нас породниться с вами!

— Мир не только ваш, но и мой. Поэтому спасибо, но не стоит. По поводу родства. Я так понимаю, сын не сказал, что свадьбы не будет?

— Как не будет? Мы готовимся уже, через месяц свадьба, — опешил князь, растерянно смотрел на меня и Анну.

— То есть вас устраивает то, что сын хочет жениться на пятнадцатилетней девочке?

— Ну, я понимаю, рановато, но ведь у нас браки даже с четырнадцати лет разрешены.

— Но не одобрены богами! Вы забыли заветы предков! Брак должен быть обоюдным! Принуждения не должно быть, вы же торопитесь и принуждаете ее. Я посчитала, что ваш сын недостоин моей сестры, он ведь все так же портит девиц? Обещает им жениться и через месяц бросает. Одно хорошо, детей у него не будет!

— Как не будет? Они же пара, нельзя запретить им жениться.

— Уже нет, я отменила, они теперь не пара. Теперь парой ему станет та, которую он полюбит, и она ответит, а брак благословят боги, и тогда будут дети. А за каждую порченую девицу буду наказывать, отнимая десять лет жизни.

Князь в молчании сидел бледный и постаревший разом. Потом развернулся, глянув на сына, вышел, следом ушел бледный сын.

— Нам надо поговорить.

Вошел Михаэль, хмуро глянул на меня, следом зашла Анна, она странно себя вела.

— Только не говори, что моя сестра тебе пара!

Он впился в меня взглядом, потом опустил голову. Анна, обняв меня, всхлипнула.

— Я только что избавила ее от урода-жениха, который решил, что ей уже пора рожать ему детей! Ей нет пятнадцати!

— Я не говорю, что сейчас женюсь! Прекрасно подожду восемнадцатилетия, даже больше, если нужно будет! Хочет учиться — подготовлю к академии, у нее сейчас уже третий уровень лекарский, буду рядом всегда. Дети будут тогда, когда обоюдно захотим, согласен на все условия. Все, что нужно.

— Ты сама что думаешь? — спросила у Анны, она посмотрела на меня.

— Он хороший? Не будет, приставать как…

— Он еще и приставал к тебе? Я пойду ему в морду дам.

— Я сам ему дам в морду, если встречу. — Михаэль сжимал кулаки. Мне кажется, что ему можно доверить Анну.

— Хорошо, сейчас ты дашь мне клятву, что не притронешься к ней как женщине до восемнадцати.

Михаэль просто резанул руку и произнес клятву. На руке появился знак клятвы на крови.

— Теперь, наверное, надо собраться и решить, куда мы уходим, еще я хочу забрать с собой коня. Порталы нам обеспечат боги.

Все собрались, Якоб молчал, напряженно глядя на меня. Арнил, соскучившись, не отпускал руку.

— Надо собраться для похода. Если вы идете в те миры, где рабство, то вас троих будет мало. Отряд не менее десяти отличных бойцов, клятвы на крови. Рекомендую все же взять тех, кто не приемлет рабство. Драконов или волкодавов, с драконами проблем не будет. Волкодавы не знаю, я могу сейчас уйти с Анной к нам, и к вечеру у вас будет несколько воинов. Арнил хорошо знает миры нашего веера, он всегда увлекался путешествиями и историей. Как проводник он лучший.

Якоб посмотрел на меня. Долго и словно подыскивал слова.

— Воинов я приведу, постараюсь до утра вернуться. Ты можешь убрать нашу парность?

Он смотрел на меня с какой-то жуткой тоской. Мне вдруг стало страшно, неужели готов отказаться от меня.

Ты готов от меня отказаться? — Я подняла на него глаза.

— Я нет, а ты?

— У всех должен быть шанс на исправление ошибок. Я не готова расстаться с тобой. Но если все-таки мы сможем понять друг друга, то есть все шансы стать счастливыми.

Его словно отпустило, глаза блеснули, он улыбнулся.

— Я сделаю все, чтобы ты была счастлива со мной! Воинов я приведу!

— Давайте сначала пообедаем и тогда разойдемся. — попросила я.

Бендольв позвал всех обедать. После обеда мужья, обняв меня и поцеловав, ушли собираться к путешествию. Анна с Михаэлем, попрощавшись, ушли в его мир, я думаю, все правильно сделала. Вздохнув, ушла к Дикому, ему еще надо упряжь подбирать. Конюх, быстро сориентировавшись, принес то, что нужно. Примерив, я осталась довольна. Скормив коню яблоко, ушла в дом.

Глава 32. Жаркая

Спать ложились уже поздно, все-таки много дел перед походом. Меня быстро раздели и в четыре руки вымыли. Ну и застряли в купальне. Я сидела, откинувшись в чаше, мужья, искупав меня, мылись сами, я наблюдала за ними сквозь ресницы. Заметив мой интерес, быстро домылись и начали массировать мне стопы, постепенно забираясь выше. Я застонала, почувствовав возбуждение. Меня тут же вынули из воды, обсушив, вынесли в спальню. Уложив на кровать, Арнил начал массировать пальчики на ногах, попутно целуя их. Бендольв же жадно целовал шею, грудь, нежно разминая ее руками и покусывая соски. Арнил уже начал восход к моему лону, покрывая жаркими поцелуями внутреннюю сторону бедер. Закинув мои ноги себе на плечи, раздвинул пальцем уже мокрые складочки, припал ртом, лаская. Я стонала, уже требуя большего, Арнил завис надо мной, приставив головку члена и глядя мне в глаза, вошел одним движением. Наращивал темп, вгоняя меня в агонию. Я стонала и извивалась, Бендольв же, стоя на коленях, с горящими глазами смотрел на меня и гладил пульсирующий член, я потянулась рукой и сама начала гладить его, подстраиваясь под темп Арнила. Бендольв же уже был готов, я чувствовала его пульсацию в своей руке. Он начал кончать мне в руку, я, почувствовав его запах, словно сошла с ума, оргазм накрыл меня с головой, выбрасывая искры. Следом присоединился Арнил, вцепившись мне в бедра, он с хрипом кончал. Едва я пришла в себя, Бендольв стер с меня наши следы влажным полотенцем. Он жадно смотрел, как я прихожу в себя. Так жадно, что я почувствовала новую волну жара. Он втянул воздух в себя и, проведя пальцами по складочкам, нырнул в горячую глубину, я тут же судорожно сжала стеночками его пальцы. Он застонал, массируя набухший комочек и наращивая темп. Я требовательно дернула бедрами, он, недолго думая, перевернул меня, прогнув в спине, и резко вошел. Нежно целовал мои лопатки и массировал комочек, посылая огонь в лоно. Я, схватившись за подушку, подмахивала бедрами ему на встречу. Доведя меня до нового оргазма, он, вцепившись зубами в метку, начал выплескивать в меня горячее семя. Закричали оба, рухнув на кровать. Бендольв отказался из меня выходить и, прижав к себе, уткнулся в волосы, уснул. Арнил же, прижавшись спереди, предпочел грудь, уткнувшись лицом между двух полушарий, заснул счастливый. Я же, немного полежав и приходя в себя, тоже уснула, зажатая двумя мужьями.