По ту сторону холста (СИ) - Дез Олла

Мы совершенно ошеломленные и слегка оглушенные оказались перед дверью в уже знакомый мне кабинет. И снова мне не пришлось предпринимать никаких действий. Эманум Кокорина буквально впихнула нас в кабинет и закрыла за нами дверь. Герцог поднял голову от каких-то бумаг и внимательно на нас посмотрел.

-Ваше… - начала я, но была решительно прервана.

- Что случилось? Сядьте.

Ну вот. Только я собиралась «Сиятельный» выговорить и меня оборвали. Эх. Ладно переходим к сути. Не знаю почему, но я не испытывала не малейшего трепета перед ним. Я гораздо в большей степени уважала и трепетала перед Мэтром. А вот сейчас была совершенно спокойна и собрана. Почему то ареол его власти не действовал на меня. И это меня саму удивляло.

Мы с Элли уселись в кресла расположенные около стола, и я приступила к рассказу. Элли периодически прикладывала платочек к глазам и всхлипывала. Где то в самом начале герцог отправил магического вестника и теперь постукивал карандашом по столу. Я выдохлась и не знала, что еще сказать. Вроде бы все объяснила. Герцог посмотрел на Эли потом на меня и наконец, высказался.

-Сейчас сюда в кабинет подойдет мой личный юрист. Я не хочу вмешиваться в этот вопрос напрямую. Эта история и так подняла огромный шум в газетах. Мое прямое вмешательство только повредит расследованию. Но вот мой личный юрист проследит, чтобы следствие велось в нужном направлении и не хватало всех подряд. Я уверен, что он добьется освобождения вашего ненаглядного Ги уже к вечеру. Доказать его не причастность будет не трудно. Он довольно шумная фигура. И наверняка имеет алиби, которое полиция просто не проверила. И их можно понять. На них ведь тоже сильно давят и пресса и прокурор.

В этот момент в кабинет вошел сухонький, маленький старичок, неприметной наружности. Я бы прошла мимо него даже не запомнив, но увидев его Элли, впала в экстаз.

-Мэтр Гердиз! Это такая честь знакомство с вами.

Тот сухо покивал и посмотрел на герцога. А тот встал из-за стола и, подойдя к старику, склонил голову в приветствии.

-Мэтр Гердиз. Рад видеть вас в добром здравии. Присаживайтесь. У меня к вам личная просьба.

И он в двух словах быстро и по существу описал проблему. Старичок кивнул и глубоким сильным голосом так не вязавшимся с внешностью произнес.

-Мои помощники займутся этим не медленно. А я в сопровождении юной нески отправлюсь в участок. Нужно удостовериться, что с заключенным обращаются на должном уровне. Давненько я не наводил порядок в центральном управлении полиции. Мы, пожалуй, пойдем. Как всегда был счастлив повидаться.

Старичок встал с кресла и направился к двери. Элли бросив на меня восторженный взгляд, устремилась за ним. Я тоже встала и собиралась уйти, но герцог вдруг остановил меня.

-Неска Клариса. Останьтесь ненадолго. У меня к вам еще пару вопросов. Мой водитель потом отвезет вас в лавку Метра Липринора.

Элли обернулась и энергично закивала и даже махнула рукой. Мол, оставайся, а я пошла. Мне ничего не оставалось делать, как стоять и смотреть, как герцог провожает их и закрывает за ними дверь. Он обернулся.

Я даже понять не успела, как оказалась прижатой к стене. Герцог нависал надо мной, а потом прошептал, куда-то в мои волосы.

-Я скучал по тебе.

Он слегка отстранился и, приподняв мою голову за подбородок, поцеловал. Я не сразу поняла что происходит, а потом уже стало всё не важно. Мы целовались, я закинула руки ему на шею. Он прижал меня сильнее. Я потерлась об него как мартовская кошка, запустила коготки ему в волосы и нетерпеливо замурлыкала. Я пустила его язык в свой рот, и он с новой силой набросился на меня. Мы целовались, как будто рядом с нами извергался вулкан и это был последний поцелуй в нашей жизни. Он пил и не мог напиться мной. Я уже забыла, в каком я мире, и существую ли в реальности. Одной рукой он крепко прижимал меня к себе за талию, а другая уже спустилась вниз на мои бедра. И когда он буквально впечатал меня в себя, я поняла, что нам срочно необходима кровать.

Но внезапно все прекратилось. Герцог отпустил меня, а я ничего, не понимая ухватилась за его пиджак. Он снова обнял меня и прошептал мне в губы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

-Прости. Набросился на тебя как разбойник с большой дороги. Прости. Я не смог удержаться.

-Удержаться? Зачем? Кажется, я не останавливала тебя – ответила я и запустила руки, в его волосы настойчиво намекая на продолжение.

И он поцеловал меня, но снова отстранился, на этот раз окончательно. Потом взъерошил свои волосы и отошел от меня. А я продолжала стоять, прислонившись к стене, и недоуменно смотрела на него.

-Ты еще много не понимаешь в нашем мире. Но кое-что тебе должны были объяснить. Внебрачные связи не приветствуются в нашем мире. И юная неска, не имеет права вступать в подобные отношения. Если же подобное произошло, её шансы на удачное замужество резко сокращаются.

Я пожала плечами. Да, мне это объяснили. А он продолжил.

-Я не могу себе позволить женится на тебе. В ближайшие мои планы вообще не входит женитьба. Но даже если бы это было не так, то твоя кандидатура даже не рассматривалась бы. Я должен жениться на представительнице аристократической фамилии. А переселенка, приемная дочь мэтра не может быть моей женой – по мере того как он говорил его голос становился все холоднее, а под конец речи совсем заледенел.

Он отошел от меня за свой стол и отвернулся к окну, повернувшись ко мне спиной. Не так уж просто далась ему эта речь. Наверное, женитьба больной вопрос. Учитывая количество его невест и чуть ли не ежемесячную свадьбу, которую молва приписывала ему, этот вопрос вообще должен достать его до печёнок.

А я? Что делать мне теперь. Он, безусловно, привлекал меня. С первой встречи еще там, в камере -  я постоянно думала о нем. Красивый, умный, властный и сильный. Как можно не хотеть такого мужчину? В конце концов, я всего лишь молодая женщина. В моем мире я вообще не удостаивалась ни разу вниманием такого принца. Разумеется, я его хотела, но вот любила ли? Нет. Так нужно ли мне все это, учитывая обстоятельства? Выходит, что нет. Я ни на минуту не задумалась бы, если б  ответ был положительный. Любовь стоит того что бы ради неё пожертвовать возможным будущим браком. Да и вопрос репутации меня не сильно волновал. Но жертвовать этим ради непродолжительной интрижки? Нет. Он прав. И мне это не надо.

Я развернулась и тихонько приоткрыв дверь, выскользнула из кабинета. Всё. Больше никаких личных встреч. Только в присутствии Мэтра или Арчи, и еще желательно толпы народу. А то ведь могу и не сдержаться. И я подобрав юбки побежала к выходу. Я так стремительно неслась, что даже Эманур Кокорина не смогла меня остановить. 

Выскочив на улицу, я все так же бегом устремилась за ограду, и только попав на улицу, перешла на шаг. Дойдя до лавки Мэтра Липринора, я уже окончательно пришла в себя. Да. Все правильно, так и должно быть. Принцы из сказок путь остаются в сказке. А мне нужно жить в реальном мире.

Мэтр Липринор вернулся только поздно вечером. Уставший, но довольный. Он сумел по выгодной цене приобрести множество товаров. От фарфора до картин. А вот Арчи не появился вообще, так что наш поход к герцогу был все-таки оправдан.

Ги Алониренна, в самом деле, освободили тем же вечером. Мэтр Гердиз оказался легендарным юристом. И доказать что Ги не причем, ему удалось за половину дня. У Ги и в самом деле было алиби. На момент срабатывания сигнала о краже и за час до этого он сидел в одном злачном месте и декламировал свои срамные стишки. Его там видело человек двадцать. И он ну никак не мог в тоже время грабить Лувриор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

 А уже на утро мы всей компанией сидели в гостиной Эманур Альмы. Ги делился своими переживаниями и страхами, но Габби его убедил, что это был полезный опыт.

-Клари, в твоем мире похищали Мону Лиззи? – вдруг спросил меня Свен. После того как мы стали вместе с ним рисовать портреты художников он перестал меня боятся и так отчаянно краснеть.

-Да. Похищали. Это было очень громкое дело. У нас, так же как и у вас, газетчики сошли с ума. Что, в общем-то, в дальнейшем и повлияло на такую сумасшедшую популярность картины. Но я вот честно, не помню, кто украл и, как и почему – я состроила обиженную рожицу.