Желание генерала – закон (СИ) - Свободина Виктория

— Завтра вновь отправляемся к озеру, Эль. Мы совсем недалеко от него.

— Зачем?

— Будем экспериментировать. Пока озеро вроде бы зачищено, никто оттуда пока больше не выплывает, но посмотрим, что будет, если ты появишься там вновь.

Жуть. Это я как наживка, получается, буду.

— Лучше бы вы мне утром об этом сказали, — ворчу я. — Как теперь уснуть?

— Тебе нечего бояться. Я буду рядом. Пока мы не вернулись во дворец, бояться можешь только меня.

С этими словами Соул целует меня в висок, потом неспешно, дразняще так поглаживает по бедру.

— Сейчас страшно?

— Не страшно, но противно.

Язык — мой худший враг. На миг рука генерала на моем бедре замерла, но потом продолжила свое движение.

— Печально оказаться в проигравших, да, Эль? Твой любимый культ был так интересен, самобытен, страна процветала, технически давно превосходя всех соседей. И вот такой печальный финал. Это так неприятно быть слабой, да? Всеми любимая, гордая, дерзкая жрица исполняет любые желания и прихоти своего врага, обслуживает его, во всем потакает. Стонет от удовольствия под ним. Противно, а выбора все равно нет. Только и остается, что со временем научиться получать от этого своеобразное наслаждение.

Он специально меня выбешивает? Мстит так?

— Я под вами не…

Не договорила, в тот же момент оказавшись лежащей под Соулом.

— Хочешь продолжать спорить, чтобы я доказал обратное? — вкрадчиво интересуется генерал.

Соул поставил в такую ситуацию, когда отрицательный ответ плох — окажется, что я опять противлюсь и не проявляю должного почтения, хотя должна быть любвеобильным послушным бревном, а положительный спровоцирует на продолжение «доказательств».

— Я прошу прощения, господин, я устала сегодня. Позволите ли вы мне немного поспать?

Генерал хмыкнул.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Спи, маленькая дерзкая жрица, и впредь все же будь осторожнее, ты ходишь по грани.

Мужчина наклоняется ко мне ближе, придавливая своим немалым весом.

— Поцелуй на ночь, Эль. Ты знаешь, что делать.

Конечно, знаю. Вырвать язык, выколоть глаза и…

— Я жду, Эль.

У меня все внутри переворачивается от того, что необходимо сделать. Обнимаю генерала за шею и притягиваю к себе, поскольку он хоть и близко, но не совсем. Чмокнула в щеку.

— Спокойной ночи, господин, — говорю я, отпуская мага.

Глаза генерала искрятся весельем. Нашел забавную игрушку.

— Спокойной ночи, Эль.

Генерал поцеловал теперь уже сам. Не так, как в поле. Сейчас он все делает неспешно, словно смакуя. Я стараюсь лежать спокойно и никак не реагировать, но это трудно. Пальцы так и сжимаются в то заклинание, что показал Соул. А поцелуй все не прекращается. Генерала не смущает то, что я никак не реагирую. Вот, казалось бы, отстранился, с прищуром посмотрел мне в глаза, погладил по волосам, очертил костяшками пальцем овал лица, а потом снова поцеловал, еще и еще.

На самом деле, каких-то неприятных физических ощущений не испытываю, все в голове. Ну, все, наконец-то Соул закончил. Перевернулся на спину, увлекая меня за собой, положил себе на грудь. Теперь лежим, он неспешно гладит меня по волосам, словно кошку.

— Эль.

— М?

— Ты очень сильно хочешь меня убить?

— Само собой.

Генерал хмыкнул.

— Тебе очень повезло, что ты не осталась во дворце.

— Неприятное место.

— Дело не в месте. Дело в людях.

— Что, неужели вы тоже не в восторге от дворца? — промолчала насчет людей.

— В империи живут победители, а по сути, все те же рабы, только со своей иерархией. Империя рабов.

Ого, какие мысли тут генерал высказывает.

— Как минимум один свободный человек, делающий, что пожелает, в империи есть, — говорю я, намекая на Вельгера.

— Всего один. Спи, Эль, завтра выезжаем рано.

Глава 29

Утро действительно наступило очень рано для имперского войска. У себя дома я не помню, чтобы когда-нибудь так рано вставала, а вот в империи постоянно. Может, вот их главный секрет успеха? Встать пораньше, пока все нормальные люди спят, и завоевать мир?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сборы были быстрые, и вот мы уже у озера. Еще достаточно темно, и немного жутковато от этого. Мы прямо на берегу. Мужчины во всеоружии и полной боевой готовности, но пока монстров нет.

С первыми лучами солнца мне становится немного спокойнее. Подхожу к генералу с инициативой.

— Может быть, мне в воду зайти? Чуть-чуть совсем.

— Попробуй, — дает одобрение Соул. Против воли, лишь в некоторых рабочих моментах, но он мне все же нравится. В деле никогда не нервничает. Спокоен, собран, во всем уверен.

Снимаю обувь и несмело подхожу к воде. Глубоко вдохнув, касаюсь воды. Воздух тут же выбило из легких.

— Вода!

Соул тут же оказался рядом и вытащил меня на берег.

— Что с водой? У тебя что-то болит?

А я стою и не могу вымолвить больше ни слова от потрясения.

— Эль! — Соул меня встряхнул. — Что не так с водой?

— Она потрясающая! — с восторгом выдохнула я.

Кажется, мне удалось удивить генерала.

— В каком смысле?

— Давайте я перепроверю и скажу точнее.

— Ты уверена, что это безопасно? — засомневался Соул.

— Думаю, да.

Впервые за очень долгое время широко, счастливо улыбнулась. Вновь вступаю в прохладную утреннюю воду. Ноги приятно покалывает, а тело наливается бодростью.

— Про это озеро ходят какие-нибудь легенды? — меж тем спрашиваю у стоящего рядом генерала.

— Это мне неизвестно. Для чего ты спрашиваешь?

— Ну а как называется озеро? Может, в названии есть какие-то подсказки? Благодатное, священное?

— Ничего такого. Что ты почувствовала?

— У нас рядом с городом тоже есть такое озеро. Но его подпитывало Истоком. Обычный человек ничего не почувствует, но болячки после купания в такой воде будут проходить быстрее, а душевная боль становится меньше и легче.

Зажмурилась. Облегчение душевной боли — как раз то, что мне сейчас необходимо.

— Возможно, что-то такое и было, я велю солдатам расспросить местных, если кто-то еще остался в этой местности. Получается, что это озеро может быть связано с твоим Истоком?

— Нет, не думаю. Он ведь уничтожен. Да и как бы Исток сюда дотянулся? Вопросов действительно много. Думаю, я смогу узнать больше, если окунусь полностью.

— И как же ты что-то узнаешь, если ты больше не жрица?

Без спроса начинаю быстро раздеваться. Вода безумно манит меня, притягивает. Это зов.

— Эль, что ты делаешь?

Генерал заслонил меня собой от взглядов других вояк, потребовал срочно принести плащ и вообще не смотреть в мою сторону.

— Почему вы так обеспокоились моей наготой, господин? В империи под чужими взглядами мне уже сотни раз приходилось раздеваться. Кто только меня не видел голой, — удивленно произношу я, делая шаг в воду.

— Мне не важно, кто тебя видел раздетой в прошлом, сейчас ты моя рабыня, и я против. Видеть тебя голой разрешено только мне, ну и, может быть, врачам. Учти это.

— Я думала, к обнаженному телу в империи проще относятся, — шутливо заметила я, делая еще один шаг в воду. Как же хорошо. Чем глубже захожу, тем лучше мне становится. Я словно смываю себя все плохое и открываюсь миру.

Генерал берет меня за руку.

— Это опасно, Эль. В воде на тебя может напасть чудовище, и я уже ничего не смогу сделать. Будь тут.

На секунду замерла, а потом просто села в воду.

— Задайте мне вопрос, Соул.

— Соул? — несколько раздраженно произнес генерал. — Называй меня по имени или господином.

— Задайте мне вопрос, господин.

— А чем тебе не нравится мое имя?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вы сейчас не о том думаете.

— И все-таки.

— Имя — это что-то личное, — туманно ответила я. По имени я к друзьям обращаюсь, уж никак не к господину. Язык не поворачивается.

— В этой воде сейчас есть монстры?