Невеста до востребования. Ведьма и Феникс (СИ) - Кариди Екатерина Руслановна

Никогда не думал, что сам будет искать хвостатого, что будет в роли просителя перед ним. Но в этот момент все отошло на второй план, главным было - получить согласие.

Но. Но. НО!

У него были обстоятельства непреодолимой силы, он накладывали отпечаток на все.

Много мыслей пронеслось в голове, пока он нашел Белого Нага. Тот не ожидал его увидеть, удивленно вскинул бровь и начал:

- Вагита ищешь?

- Нет, мне нужен ты.

Нейтрального состояния как не бывало. Саха Умранов мгновенно напрягся, взгляд сделался стальным. А Ширас, понимая, что сейчас ступает на зыбкую почву, единым духом выпалил:

- Отдай за меня дочь.

Ну, вот. Слова были сказаны.

Отзвук еще дрожал в воздухе, а Саха странно дернулся и уставился на него пристально. Чееерт! Сказать самое неприятное, раскрыть все карты? Но остановиться он уже не мог.

- Я согласен ждать, сколько нужно. Только пусть обручение пройдет сейчас. Потом я уеду. Может, на месяц, может, на три, точно не знаю. Но не больше. После этого я вернусь и уже не отойду от нее.

Ширас видел, что белобрысый гад хмурится. Хотелось выкрикнуть: «Только посмей мне отказать! Только посмей сказать нет!». А мысли неслись как бешеные. Не зря же Саха приставил к дочери этого Вагита. Наг постоянно будет с ней, девчонка сама не заметит, как влюбится. Еще эта их проклятая змеиная травка ашхи и привязка кровью!

Но он ждал молча.

Секунды текли адски медленно, тяжелые, свинцовые. Падали на грудь, душили его. Наконец Саха проговорил:

- её спросить не хочешь? А то было уже один раз...

Не отказал. Что-то огромное дрогнуло в душе, налилось холодком, а потом пришел огонь. Трудно было сразу осознать, Ширас резко вдохнул, пытаясь успокоить бешено стучавшее сердце и повторил на всякий случай:

- Так ты не против?

А тот пожал плечами и проговорил, глядя в сторону:

- С ведьмами так не прокатывает. Против ты или не против, ведьма будет выбирать сама.

Снова все дрогнуло сомнением. Повисла короткая пауза, потом Саха спросил, искоса на него поглядывая:

- А ехать тебе зачем?

Можно было смолчать, послать белобрысого лесом, в конце концов, это касалось только его и никого больше . Но сейчас Ширас вдруг понял, что важно выказать доверие. И потому...

Но как же трудно было это выговорить!

- Я должен найти отца, - начал он, качнувшись вперед. - Потому что асур я только наполовину. Мой отец феникс.

- Что? - У Сахи вырвался спонтанный жест, он даже присвистнул.

- Тот-то я гляжу, что для асура ты слишком красивый!

Он еле сдержался, чтобы не послать белобрысого. Но тот как-то разом подобрался, становясь серьезным, и перестал стебаться. Сказал:

- Подожди пока, попробую выяснить. Но ничего тебе не обещаю.

И вышел.

***

Ширас остался один, отошел к окну и встал, заложив руки в карманы. Смотрел на парк перед главной резиденцией Черных Нагов. Хвостатых в парке было полно, охрана стояла по периметру. В оцеплении не только Наги, но и асуры.

Наверное, он должен быть благодарен Гадесу за все.

Но он сейчас как будто завис в пространстве. Его просто не хватало на остальные чувства. Горячая нить тянулась из груди, и из-за этой неопределенности ждать было особенно тяжело.

Неожиданно дверь за спиной скрипнула.

Он резко обернулся на скрип и увидел, как в полуоткрытую дверь проскользнула дымчатая кошка.  Разочарование поднялось душной волной, совсем не этого он ожидал. Ширас мысленно чертыхнулся и хотел уже снова отвернуться к окну, потом вдруг понял, что уже видел эту кошку однажды. На  свадьбе Сахи.

Даже нет, еще раньше.

В том месте, под огромной транспортной развязкой, где Гаруда Амара связали клятвой. Кошка посеменила по комнате, прошлась с ним рядом, а потом запрыгнула на столик и устроилась рядом с большой клеткой с попугайчиками. И уставилась на него. Как будто ему мало было птичек.

Ширас нервно сглотнул и принялся мерить шагами комнату.

Он не сразу заметил, что  в комнате кто-то есть, потому что в этот раз дверь отрылась бесшумно. Отреагировал, только когда краем глаза заметил движение. И замер на месте, понял, что слишком резко  дернулся, женщина подалась назад, прижав руку к груди.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ему стало неловко.

- Извините.

- Ничего, - проговорила она. - Вас ждут. Пойдемте со мной.

Все это напоминало какую странную игру, когда барана водят по кругу. И все же он кивнул и пошел следом.

***

Так плохо Амре было, когда она в первый раз случайно умертвила хомяка. Она так плакала тогда. Сейчас Амра не могла себе этого позволить. Сидела в своей комнате, глядя в одну точку и сжав холодные ладони.

Вдруг дверь открылась.

Диля.

Амра отвернулась, не хотела её видеть. А та присела на кровать рядом и тронула её за руку. Вот этого не надо сейчас! Амра отняла руку.

- Слушай... - начала та.

Неужели не все еще сказала? Очень хотелось спросить: «Думаешь, весь мир должен крутиться только вокруг тебя, а мне даже объедки не положены?!». Но это было слишком ущербно, сказать такое, расписаться в собственном ничтожестве.

- Я... Мммм! - Диля хрипловато застонала, как будто ей больно.

- Я не знала! Прости меня, Ёжик!

Наверное, если бы небо рухнуло вдруг на землю, Амра удивилась бы меньше. Диля извинилась? Она уставилась на сестру с удивлением.

- Слушай, я не знала, правда! Мне мама сказала только что. Я думала они просто... Прости.

Она махнула рукой и провела по глазам, стирая выступившие слезы:

- Ты знай, что я всех порву за тебя, сестренка! - и совсем расплакалась, а потом сердито фыркнула.

- Гормоны. Еще и Гадес не позвонил.

Все это было так неожиданно. От жарких чувств жгло в груди, на глаза полезли слезы. Диля хлюпнула носом:

- Ну что, мир?

- Мир, - буркнула Амра, утыкаясь лбом в плечо сестры.

Как в детстве.

Потом, когда Диля ушла, она все не могла понять, что чувствует. Странно так. На душе - как после грозы, солнце. Что думать, чего ждать...

Внезапно в комнату вошла мама, серьезная, руки скрещены на груди.

Амра занервничала:

- Случилось что-то?

- Не знаю, это ты мне скажи.

Что сказать? Она понятия не имела. И вдруг услышала:

- Ширас просил у отца твоей руки.

ГЛАВА 21

Потом она шла рядом с мамой, не зная, что должна чувствовать.

Слишком внезапно. Противоречивые мысли метались в  голове. Зачем? Не может этого быть! Неужели... И снова - зачем это ему?

Так страшно было поверить надежде и обмануться.

- Ничего не бойся, дочь, - сказала ей мама. - Мы сможем защитить тебя в любом случае.

- Я не боюсь, - ответила Амра.

- И... - Мама вдруг остановила её.

- Ты не обязана ничего отвечать. Ни сейчас. Ни потом! Амра... Прошу тебя, не думай ради Бога, это не из-за того, что когда-то мы с отцом...

Чеееерт. Амра поняла, что неудержимо краснеет.

Неприятно, досадно! Сразу вспомнился тот разговор в столовой. И хотя Диля извинилась потом, остался осадок. Но так, наверное, к лучшему, Диля помогла ей избавиться от розовых очков.

- Я знаю, - проговорила она, выпрямляя спину. - Я хочу поговорить с ним. И потом дам ответ.

Несколько секунда мать смотрела на нее, потом выдохнула:

- Хорошо.

Это было её первое взрослое решение. И она готова была за него отвечать.

До папиного кабинета они так и дошли молча. А снаружи уже собралась вся семья, и все уставились на нее. Так и хотелось сказать:

«Собрались и переживают!»

Потом вообще все растворилось в волнении, а когда она шагнула в открытую отцом дверь, весь остальной мир отсекло разом. Остался только этот высокий асур в черной байкерской косухе. Амра знала, что Ширас ровесник отца, но он такой, какой есть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Молодой. Не больше двадцати пяти - двадцати семи. Серьезный хмурый. Красивый... Такой красивый, что можно ослепнуть. И она.