Не его пара (СИ) - Эйлер Майя

Его губы снова накрыли мои, и одновременно с этим я почувствовала, как в меня погружается сначала один палец — медленно, словно проверяя, готова ли я, выходит — и его место занимают уже два. Они дразнили меня, а мне не оставалось ничего иного, как крепче сжимать свою единственную опору.

— Кость, — всхлипнула, когда он надавил большим пальцем на нежную точку, от которой все тело сотрясла судорога почти чистого наслаждения. — Я не выдержу… Пожалуйста…

И вдруг он все прекратил.

Это было словно пощечина, словно Костя вдруг бросил меня.

Я распахнула ресницы, уставилась на него, тяжело дыша, и поймала лукавую и одновременно наглую ухмылку. Костя быстро привлёк меня к себе, обхватил мои бедра, заставляя обнять его ногами. Теперь в меня упорно тыкалось его твёрдое достоинство, и я уже не могла дождаться, когда он войдет. Я почему-то решила, что и это его движение будет медленным, но нет, теперь он действовал быстро, резко, неумолимо… Его член оказался во мне в один миг, вторгся на всю свою длину, занимая принадлежащее ему место. Я выдохнула так шумно, что Косте пришлось закрыть мой рот поцелуем, чтобы никто не услышал ни малейшего звука. А потом начал двигаться мощными толчками вонзаясь в меня, заполняя меня целиком и до конца. Я взлетала к звездам и опускалась на дно самой глубокой пропасти. И все это с ним. С ним одним! Я не хотела иного, не хотела ни о чем думать…

Мир рассыпался, но я не могла ни закричать, ни застонать, и от этого все было только ярче, насыщеннее… Интересно, кто-нибудь уже распознал, что быстрый секс в полной тишине может принести такое удовольствие? Конечно, это только я отстала от жизни, не понимая, что теряю.

Костя тяжело дышал, и я вдруг осознала, что он не кончил. Довёл меня, но сам остался без удовлетворения. Но почему?

— А ты? — спросила и удивилась странной охриплости в голосе, который казался одновременно и чужим, и слишком сексуальным.

— А я потом приду за добавкой, — попытался отшутиться Костя, но мне это не понравилось.

Пусть думает, что угодно, а я самостоятельная и раскованная женщина! И я… Хочу попробовать кое-что. Что-то очень интересное, но пока что мне неизвестное.

Отпустила руки, повисла на Косте, чмокнула его и сползла, встав не слушающимися ногами на землю. Я понимала, что не умею делать то, что собираюсь, но мне очень хотелось его порадовать, скажем, так, вознаградить за доставленное мне удовольствие. Надеясь, что не опозорюсь улыбнулась ему.

— Что ты задумала? — кажется, он совершенно не поверил моей улыбке. — Лиза, я чувствую твоё волнение…

Я не дала ему договорить, опустилась на колени, и Костя замер. Кажется, он ожидал чего угодно, но только не этого.

— Лиза…

Вместо ответа я дотронулась до его возбуждённого члена, и вот теперь Костя точно не мог произнести ни слова. Я не думала, что он отреагирует так сильно, но, тем не менее, он практически не дышал, ожидая, что я сделаю дальше. А я буквально наслаждалась своей крохотной властью, хотя понимала, что это — временно, что на самом деле моя власть — это всего лишь игра. Костя позволяет мне думать, что я управляю происходящим. Впрочем, мне этого достаточно, достаточно знать, что я его волную.

Провела пальцами по твердому, но в тоже время нежному, бархатистому стволу, наслаждаясь этим ощущением, восторгом, который ни с чем не сравнить. Желание лизнуть его, попробовать на вкус вдруг стало таким сильным, что я не удержалась. Костин вздох послужил мне ответом, сказал, что я на правильном пути. Еще никогда мужской восторг не был так близок, а вместе с ним и мой собственный, потому что я осознавала, что приложила к этому чуду свою собственную руку, я довела его если не до экстаза, то хотя бы до блаженства.

Но просто лизнуть, прикоснуться губами — этого мне показалось мало. Я сделала то, что успела подсмотреть во взрослых фильмах, облизнулась и взяла его в рот. Он был слишком большой и не смог бы поместиться целиком, но я решила, что для первого раза это и не обязательно. Главное, чтобы Косте понравилось!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Обхватила его ладошкой там, где мои губы уже не доставали, сжала пальцы. Если я думала, что смогу все контролировать, то сильно ошиблась. Оборотень рыкнул и схватил меня за волосы, вроде и не больно, но сильно, направляя, принуждая делать то, что хочется ему. Что ж, я не против, потому что понятия не имею, что может ему нравится.

Стиснула губы, языком обводя его член, и почувствовала, как тот дрогнул. Очень медленно, не переставая ласкать, начала двигать головой, пока он почти не оказался на воле, и только тогда вновь начала вбирать его в себя. Только вот Косте такое не понравилось. Он хотел быстрых действий, и мне пришлось дать ему это, подстраиваясь по ритм, который он мне задавал. Если бы не моя рука, которой я чуть-чуть тормозила его резвость, то член уже давно был бы так глубоко, как и представить-то невозможно. Пока что. Но мне нравилась наша совместная работа, то, как мы вдвоём играем, приближая его к краю, у которого только что была я. А в одиночестве там делать нечего. Так что я буду делать все, чтобы он оказался там, где я.

Костя застонал и ещё сильнее сжал мои волосы, почти до боли наматывая их на кулак, а потом мой рот наполнился сладковатой спермой. Я решила, что выплюнуть её будет оскорбительно, поэтому проглотила, облизнула такой притягательный член и оставила его в покое.

— Сумасшедшая, — прохрипел Костя.

— Но тебе же понравилось? — я не могла не улыбнуться.

Чувствовала себя потрясающе, даже не подозревала, что можно получить удовольствие, если даришь его другому.

Протянула Косте руку, и он помог подняться, притянул к себе, крепко обнял и поцеловал.

— Спасибо.

— За что? — немного удивилась.

— Просто. За то, что ты есть.

Отвела взгляд, не зная, что ему ответить. Впрочем, раз у него сейчас хорошее настроение, я вполне могу рассказать о том, куда собираюсь, и попросить о помощи.

Отстранилась, пытаясь за улыбкой скрыть нервное состояние. Раз уж решилась, то надо не молчать, не раздумывать, а действовать.

— Кость, мне сегодня нужно будет уехать в город, — голос не дрожал, был спокойным, и я даже чуть загордилась собой, что смогла четко и ясно выразить свою мысль.

— И зачем? Если хочешь по магазинам, то потерпи пару дней, все разрешится, я обещаю.

Удивленно вскинула голову, но спрашивать ни о чем не стала, тут же забыла, потому что в памяти всплыл встревоженный Настин голос.

— Нет, не по магазинам… Кость, мне, правда, в город надо. Настя звонила. Это жена Вадика, — добавила поспешно, видя, как он начинает хмуриться. — Она от него уйти решила, ей помощь нужна моя. Я быстро съезжу и вернусь…

— Нет.

— Никто и не узнает, я туда и обратно. Посажу её на поезд, она из города уедет.

— Лиза, нет.

— Я буду очень осторожна. Пётр и не…

— Я. Сказал. Нет.

Костя вдруг схватил меня за плечи, да так сильно, что я охнула от боли, а на глаза навернулись слезы. Это заняло всего мгновение, а затем он отпустил меня, даже отшатнулся.

— Лиза, прости, — сказал потеряно, но почти сразу же на его лице появилось суровое выражение. — Лиза, ты никуда не поедешь! Я сказал, ты выполняешь, ясно?

— Но я…

— Нет. Мы столько сил потратили, а ты хочешь все похерить?

— Я быстро съезжу и вернусь…

— Лиза, не пори чушь. Кто тебе звонил? Жена брата? Того самого, кто продал тебя. И теперь ты бежишь, теряя тапки, к ним навстречу. Тебе не кажется это глупым?

Я надулась. С какой-то стороны он, наверное, прав, но мне не хочется думать, что я такая дура. Настя попросила о помощи, она — моя семья. А кто такой Костя? Мимолетный фрагмент жизни, без которого я вполне смогу прожить. Он не признавался мне в вечной любви, впрочем, как и я ему.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А я пытаюсь играть в счастливых влюблённых, когда сама ничего не стою, ничего не могу и… Глупо! Как же глупо я себя веду. У него есть жена, дочь, которую он любит, а я вмешиваюсь в чужую жизнь и даже не думаю, как это выглядит со стороны!