Ольга Лейт - Водный мир

— Переживаешь? — Эмиса подошла и положила руки на плечи Милены.

— Я думала о шрамах.

— Сколько можно о них переживать?

— Эми..!

— Знаю, знаю. Сенти сказал, что они не настоящие.

— Когда успел?

Эмиса пожала плечами.

— Я уверена, что это так. Это еще одна загадка старого ученого.

— О чем ты? Как сказал Сенти, эти шрамы многие годы выглядят свежими. Это знак!

— Не понимаю…

— Мили, это значит, что на тебя кто-то наложил иллюзию, которую по истечении лет можно вычислить, как обман…

— Это я уже слышала.

— А значит, где-то рядом есть ключ!

— Ключ? У меня не было ключа…

— Ты не понимаешь. Эта иллюзия действует на расстоянии, на многие и долгие расстояния. Если обычная иллюзия не может обходиться без прибора на своем носителе, то эта может быть на расстоянии двух миров. — Говоря без остановки, Эми сама все больше о чем-то догадывалась. В ее глазах читалось возбуждение. — Милена, ты уроженка этого мира, иначе зачем чужеродной девочке накладывать такую древнюю и редкую иллюзию, и для чего? К тому же зеркало, которым ты владеешь, не менее древнее, его обладателями раньше были наши предки! Об этом говорят рисунки на раме зеркала и иероглифы. Я, когда первый раз увидела, чуть дар речи не потеряла!

— Разве ученый не все зеркала одинаковые сделал? Я имею в виду, что они все выполнены в одном и том же стиле. Это его почерк.

— Не совсем так. Те зеркала, которыми обладала его семья, отличались от остальных! Вот и твое зеркало — зеркало горцев!

— Что там написано?

— Я не понимаю, я не летописец и не историк.

— Ваш род поделился в себе на разные династии?

— Нет, мы просто выбираем себе профессию сами. Вот мы с братом — воины, причем больше рукопашного боя, но и оружием хорошо владеем.

— Ты думаешь, я уроженка гор?

Эмиса посмотрела на подругу пристальным взглядом и пожала плечами.

— Трудно сказать, что-то в тебе не наше. Ты какая-то другая.

— Разумеется, другая! Столько лет прожить в чужом мире! Ой, что это я говорю! Чужой мир для меня этот, но не тот. И, возможно, я все еще надеюсь вернуться туда.

— Ты хочешь?

— Наверно… Да. Я не хочу войны…

— Разве у вас нет войн?

— Есть, но сейчас нет.

— Кто знает, может, ты вернешься, а там война.

— Неет!

— А как же Палу? Ведь он — твой жених!

— Вы удивительные люди, преданные своим традициям и канонам! Я же говорила, что все это фикция!

Эми замялась.

— Ну, все равно, как-то это неправильно… Что свершилось, то свершилось, теперь только король и суд могут развенчать вас.

— А мы и не были повенчаны!

— Почти нет.

— Невероятно! — Милена закрыла руками лицо. — Куда я попала! В нашем мире все так просто! Хотите — живите вместе, хотите — расходитесь! А некоторые вообще живут невенчанные.

— Не может быть! Это же неправильно!

— Пусть так, но вместе с Палу я не буду!

— Но почему? Он вполне достойный и красивый и… Тебе придется смириться! Пока ты в нашем мире, по-другому не может быть!

— Ваш мир трещит по швам! Надеюсь, король в добром здравии, чтобы осчастливить меня и Палу, разъединив этот ненужный союз?!

Эми приложила руку к груди, не найдя, что ответить, и как раз в этот момент они услышали за дверью грубый мужской голос: «На выход»!

Их вывели с нижних этажей в длинный светлый коридор, вдоль которого простирались широкие непрерывающиеся окна. Тяжелая деревянная дверь отворилась, и они вошли в маленькую уютную комнату, где стоял низкий столик с двумя пуфами и накрытые длинными серыми тканями причудливой формы столы, по виду захламлённые всякими острыми выпирающими предметами. Палу подозрительно озирался по сторонам. Комнатку они прошли быстро, далее последовал еще один маленький коридор, и за высокой деревянной дверью взору пленников предстал широченный зал, не хуже, чем во дворце короля. Окна, расположенные высоко и на большом расстоянии друг от друга, были почти все занавешены, так что света в зале было мало, кое-где на стенах и на столах горели свечи. Отсутствие богатого освещения удивляло, учитывая наличие минералов, которых здесь было немало. В центре стояло несколько больших красивых стульев. Видимо, для почетных гостей и самого хозяина, прямо как у королей. Как только они вошли, присутствующие обернулись. Здесь стояли Рапиэль, мужчина в широкополой шляпе, еще несколько высоких и широкоплечих мужчин с оружием, торчащим отовсюду, где только можно его на себе разместить. И, к удивлению Палу, Ёма. Он тут же побледнел и помрачнел одновременно. Взгляд его сделался тяжелым. Их подтолкнули вперед. Мужчина в широкополой шляпе сделал шаг навстречу, смотря в недоуменные лица пленников.

— Вот те, за кого заплатили немалую сумму. Честно признаться, я удивлен, какую ценность эти люди могут представлять для Вас, Трэм.

— Магистр Трэм! — Раздраженно бросил пожилой человек, сидящий на своем высоком стуле, напоминавшем трон.

— Не считая, конечно, его. — Как ни в чем не бывало продолжил кумияр и остановился возле Палу. — Надеюсь, Вы нас не обманули, а мы, в свою очередь, не сделали ошибку. И почему только Изгнанный благоволит к вам? — Мужчина повернулся в сторону, где стояли его люди. Ёма кровожадно смотрел на Палу и еле сдерживал гнев.

Проницательные глаза магистра Трэма смотрели прямо на главного кумияра. Старик медленно встал со своего стула и направился к пленникам.

— Вы невежды, вам не понять всего, что знаю я и ваш «король». Вы получили деньги за свою работу, можете уезжать. Зачем вам надо было смотреть на них?

— Может, мы и невежды, но вы все же потрудитесь объяснить, зачем вам понадобились эти люди, что преданы на смерть!?

Пленники вздрогнули. Так вот что их ждало?! Мужчина в широкополой шляпе угрожающе надвинулся на магистра.

— Я должен держать отчет перед своим королем!

— Твой король и так все знает! — Устало отмахнулся от него Трэм.

— Мы это выясним, позже. К тому же, не могут намерения короля так быстро измениться. Эти пэры, — и он указал на Сенти, Палу и Мирэля, — должны умереть вместе со своими никчемными родственниками. А эти, — и он указал на остальных, — простые люди, но заодно с ними! Должны тоже умереть, если, конечно, не пожелают войти в ряды подданных Изгнанного.

Пленники украдкой переглянулись.

— Вы тупы, как и все простые люди. — Магистр вновь махнул худощавой рукой. На нем был темно-бордовый плащ с капюшоном, из-под полов которого выглядывала светлая бежевая длинная рубаха и брюки зеленого оттенка. Магистр, как всегда, неподражаем, отметил про себя Палу. — Если я захочу, я и сам могу их убить! Но, для начала, я возьму с них некоторую пользу. У меня есть одно изобретение, и я нуждаюсь в помощи моего ученика, так как это дело мы начали вместе, остальные же могут пригодиться в качестве испытуемых.