Ольга Ильина - Последняя из рода Леер - 5

— Да и сейчас не особо изменилась, — поддакнул парень. Сын. Дааа. Мне долго придется к этому привыкать. Ум за разум заходит.

— Только папа меня всегда и находил.

— Потому что каким бы путем ты ни шла, всегда к обрыву фениксов приходила.

— Я верила, что один из них — мама, и просто не помнит нас. Затерялась в своей второй сущности, — грустно ответила она.

Значит, меня с ними не было или не будет? О, как все сложно.

— А ваш отец, он…

— Все еще любит тебя.

Это радует или нет?

— И все так же…

Я замолчала. Детишки тоже смотрели с легким недоумением. Ну, как у них спросить, кто их папочка? Они решат, что их мать была совсем того, раз в своих мужчинах разобраться не может. Я и так о себе не слишком хорошего мнения, не хватало еще в глазах детей опуститься. Ладно, пойдем другим путем.

— А что за бабушка вас сюда отправила? Все ваши бабушки давно похоронены.

— Это сложно, — ответил за сестру Гар.

— Ничего, я открыта для новых горизонтов.

— Мам, понимаешь… — начала Лис, а я перебила. Ну не могу слышать, как меня такие великовозрастные детки мамой зовут. Передергивает каждый раз.

— Так, давайте договоримся, вы зовете меня Аура, и мы на время забываем о том безобразии, что здесь творится. Договорились?

— Да, — немного смущенно, немного обиженно ответила девушка.

— Что вы здесь забыли?

— Это не важно.

— Это очень важно. Вы меняете будущее. Как вы попали сюда?

Промолчали. А парень так вообще упрямо поджал губы, что здорово злило.

— Так, детки. Мне надоели эти тайны, секреты и пришельцы из будущего. Вы мне скажете все. И прямо сейчас.

— Ты не понимаешь…

— Я жду.

А детишки снова заиграли в гляделки между собой. Я секунд тридцать пялилась на их переглядывания, а потом дошло. Эти двое ментально общаются сейчас. Интересно, а я смогу подключиться. Все-таки одна кровь и все такое. Сосредоточилась, прислушалась и уловила отголоски.

«Не смей».

«Нет, я скажу».

«Я сказал — молчи».

«Ты всегда так, мне рот затыкаешь. Это же мама, она имеет право знать».

«Изменишь будущее».

«Ну и пусть. Если бы могла, сказала бы ей, что через шесть лет…»

«Тихо. Кажется, она нас слушает».

Эх, раскусили, замолчали и укоризненно воззрились, причем оба. А нечего запрещенными приемами пользоваться, тем более в присутствии универсала.

— Так, ладно. Колоться, как я поняла, вы не собираетесь. Но на один вопрос я хочу услышать ответ сейчас. И, если понадобится, я его из вас силой вырву.

— О тете Миле? — догадался парень, — В том будущем она жива и здорова.

— Но…

— Но кто-то меняет наше будущее именно здесь, в прошлом, — ответила за брата Алисия, — Мы думали — из-за Нила. Никому нельзя находиться в одном и том же времени одновременно. Будут последствия.

— Во всем должен быть баланс, — продолжил Гар, — Иначе мир начнет меняться в худшую сторону.

— Но если бы не Нил, ни меня, ни тем более вас не было бы.

— И мы не умаляем его заслуг, но и оставаться здесь ему опасно. Для всех.

— И как вы намерены его забрать?

— Через врата.

— Которые закрыты.

— Сейчас да.

— Значит, их откроют?

Видимо этот вопрос был из ряда запретных. Хорошо.

— Вы сказали, что кто-то меняет прошлое. Это Нил?

— Нет, есть кто-то еще.

— Путешественник во времени?

— Не обязательно. Достаточно просто знать.

Странно, но последняя фраза мальчика зацепилась в сознании. Я нахмурилась, заходила по комнате, пытаясь понять, что в этой невинной фразе так меня насторожило. Но в голову так ничего и не пришло.

— И что дальше?

— Ничего. Мы заберем Нила с собой, когда откроются врата.

— Пожалуйста, — взмолилась девушка и даже за руки меня схватила, — Не вмешивайся. Это наше дело. Пожалуйста.

Да я и не собиралась. У меня сейчас столько проблем, что если появятся новые, я просто не выдержу. И так на грани.

— Ладно. Вмешиваться не буду. Довольны?

Кивнули, заулыбались, расслабились. Эх, дети. Просто дети, возомнившие себя взрослыми. И я такая же. А они ничего так. Умненькие, красивые, сильные. И как могли у такой непутевой девицы, как я, появиться? А вот имя отца не давало покоя или скорее, чем больше вглядывалась, тем больше понимала. Не нужно мне это имя. Потому что давно его знаю, только сомневалась почему-то. Я и сейчас сомневаюсь, особенно после того ужасного разговора, но… Кольца больше нет, а тоска в душе осталась. Вот такая я неправильная.

С детишками мы договорились разойтись утром. Не уходить же на ночь глядя. Тем более Яр должен меня где-то найти, так почему не здесь? Когда-то он говорил, что стоит только позвать — и придет. Я и позвала, глядя в окно. Несколько раз даже, при этом чувствовала себя такой дурой. Стою у окна, вглядываюсь в темноту и зову, совершенно не веря, что меня услышат. А потом решила — если не услышит, буду сама выбираться. Он не уйдет далеко от Милы сейчас, только при острой необходимости.

Жанна очнулась от запаха гари и поняла, что комната горит, и дверь уже полыхает. Она закашлялась, прижала ткань одеяла ко рту, но стало только хуже. Усугубляло ситуацию то, что в комнате не было окна, но была ванная. Она кинулась туда, заперла дверь и пустила воду из крана. Взятое с собой одеяло как раз подошло, чтобы заткнуть промежуток между дверью и полом. Теперь она уже не видела огонь, разгорающийся где-то там, в комнате, и почти не ощущала дымного запаха. Она все никак не могла поверить, что кто-то решился на поджог, в том, что это не случайность, сомнений не было. И единственная цель поджигателя — картины, которые она рискнула перенести в свою комнату. Сейчас огонь сжигал единственные улики, которые могли бы привести их всех к предателю. А в том, что поджог совершил именно он, сомнений не возникало.

Пожар очень быстро обнаружили и ликвидировали. Ноэль, Акрон, Регина, Макс, Эльвира и даже сам повелитель стояли посредине забрызганной пеной и полной копоти комнаты, которая с утра казалась ей довольно просторной, а сейчас слишком маленькой для такой толпы.

— Не могу поверить, все сгорело! — причитала Эльвира. Ноэль занялся рукой Жанны, которая немного пострадала от огня, и на коже вздулись водяные пузыри, но она не замечала ни боли, ни других людей. И пристально смотрела на повелителя. Он был сосредоточен и казался таким же удивленным, как и все, но едва заметное качание головой и острый, мимолетный взгляд, который он бросил на нее и тут же отвел, заставил проглотить рвущиеся наружу вопросы и сосредоточиться на своей ране.

— Как это случилось?