Воинственные фейри - Каролайн Пекхам

и пятна темноты мелькнули в моем зрении, пока он врезался в меня снова и снова, продлевая мой оргазм и лишая меня дыхания.

С Драконьим ревом Данте вошел в меня в последний раз, проникая глубоко внутрь и расплющивая меня о дверь на несколько пьянящих секунд. Электричество потрескивало по всему телу и заставляло меня вскрикивать, пока каскады удовольствия проносились сквозь меня, продлевая экстаз.

Он поцеловал меня еще раз, жестко и грубо, напоминая о том, кем он был и кем я была для него, прежде чем резко отпустил мои запястья и отступил назад, вытаскивая свой член из меня.

Данте поставил меня на ноги, отступив назад, оглядывая меня, и мои ноги задрожали, когда я посмотрела между тремя другими королями, чувствуя себя их следующим блюдом, пока их голодные взгляды пожирали меня.

Габриэль внезапно шагнул вперед, отвечая на невысказанный вопрос между всеми нами, и я облизала губы, прислонившись спиной к двери, позволяя ему подойти ко мне.

— Грязный ангелочек, не так ли? — вздохнул он, его взгляд скользнул вниз к моим ногам, где сперма Данте медленно скатывалась по внутренней стороне бедра. Но если судить по жару в стальных серых глазах Габриэля, он совершенно не возражал против этого.

Габриэль подошел ко мне, схватил подол моей рубашки и стянул ее через голову, так что я осталась в одном белье, и отбросил ее в сторону, наслаждаясь видом моего тела.

Он все еще не сложил крылья, и мой взгляд притягивался к ним, когда он их расправлял. Черные перья отражали свет, как нефтяные пятна, и мне до боли хотелось провести по ним пальцами.

Когда он снова потянулся ко мне, я приподняла подбородок, желая почувствовать его вкус. Но его губы скривились от удовольствия, как будто идея о том, что я буду командовать, была шуткой, когда он схватил меня за бедра и развернул так, что я оказалась спиной к нему.

— Руки на дверь, — приказал он, и я повиновалась, склоняясь перед своими королями и уступая их требованиям.

Габриэль ухватился за края моих трусиков и скатил их вниз по моим ногам, опустившись на колени, ожидая, пока я выйду из них, и я сделала это, впиваясь ногтями в деревянную дверь, так как предвкушение пожирало меня заживо.

Он снова медленно встал, придвинулся ко мне сзади и заставил меня застонать, когда он скользнул рукой по мне и начал дразнить мой клитор.

Звук удара его брюк на пол заставил дрожь пробежать по моему позвоночнику, и в следующее мгновение я поняла, что он вводит свой член между моих бедер, смазывая его смесью моего и Данте возбуждения и заставляя мою киску сжиматься от потребности.

Габриэль продолжал поглаживать мой клитор, его движения были твердыми и властными, и я громко застонала, толкаясь попой назад в явном требовании большего.

Но когда он взял в руки свой член, чтобы направить его в меня, он не прижал головку к моей киске, и я втянула воздух, когда он прижал ее к моей попке.

— Да, — простонала я, выгибаясь назад, когда он вошел в меня, и стон, вырвавшийся у него, когда он вошел в тесные границы моей плоти, заставил мой позвоночник выгнуться дугой, и я снова прижалась к нему в поисках большего.

Его пальцы начали быстрее двигаться по моему клитору, и в тот момент, когда он полностью вошел в меня, я почувствовала, что подхожу к пропасти и затаила дыхание в ожидании падения с нее.

Габриэль захихикал, как придурок, убрал пальцы с моего клитора и широко раскинул крылья позади нас, так что я оказалась в тени.

Я хотела пожаловаться, умолять его вернуться и дать моему покалывающему клитору именно то, что мне нужно, но он начал трахать мою задницу глубокими, карающими толчками в тот момент, когда слова сформировались на моих губах.

Я ругалась, упираясь руками в деревянную дверь, пытаясь сохранить равновесие, в то время как Габриэль взял мои бедра и наклонил мое тело именно так, как он хотел. Он выкрикивал мое имя, трахая меня, его пальцы впивались в мою плоть, а мое дыхание сбивалось и вырывалось из моего тела.

Он стал невероятно твердым внутри меня, моя плоть готова была разорваться, пока он догонял свою кульминацию и использовал меня для своего удовольствия.

Его пальцы вернулись к моему клитору так же внезапно, как и покинули меня, и я застонала от удовольствия, когда он вогнал себя в мою задницу в такт сильному давлению, которое он оказывал на это самое чувствительное место.

Он кончил с диким толчком и проклятием, издав протяжный и томный стон, который был настолько чертовски горячим, что этого хватило, чтобы довести и меня до предела. Мои ногти оставили царапины на деревянной двери, и я откинула голову назад, издавая нечто похожее на вой, пока я распадалась на части для него.

Мое сердце бешено колотилось, а ноги дрожали, когда он снова вытащил свой член из меня, а я даже не попыталась выпрямиться, просто прислонилась к двери и пыхтела, пока позади меня приближались шаги.

Холодные кончики пальцев прошлись по моему позвоночнику, прослеживая контуры моих новых татуировок от той, что была чуть выше задницы, до той, что располагалась между лопатками.

— Райдер, — вздохнула я, не отрывая взгляда от пола подо мной, и застыла в таком положении, ожидая, когда он возьмет меня так, как ему хочется.

Его рука скользнула к моей шее, и он притянул меня к себе, повернув лицом к себе и глядя на меня так, словно все, чем он был, начиналось и заканчивалось на мне.

Мои руки приземлились на его окровавленную грудь, мои пальцы обвели Х, который я нанесла там, заклеймив его как моего собственного, заставив его мышцы напрячься под моим прикосновением.

— Ты сломала меня сегодня, детка, — прорычал он, когда начал вести меня назад, его грудь прижалась к моей, а его рука все еще сжимала мою шею.

Я кивнула, впитывая черты его лица и купаясь в облегчении от осознания того, что он все еще здесь, со мной, после того, как я видела, как его смерть разыгралась таким ужасным образом. Даже знание правды было недостаточным, чтобы вытравить это воспоминание из моей плоти. Мне нужно было увидеть его таким, вдохнуть его и поглотить, почувствовать, как он владеет моим телом и господствует над моей душой так, как мог только он.

Я поняла, что он провел меня в душ, только когда моя спина ударилась о кафель, и он протянул руку, чтобы включить