Лиза Смит - Влечение

Я посмотрел на Дамона.

Тот пожал плечами:

— Я проголодался, пока ждал.

Честно говоря, я немного расслабился — он не сдерживал себя, предвкушая что-то грандиозное.

Наконец вышел Уинфилд, гордо ведя обеих дочерей. Лидия шла прямо и легко. На ней было простое белое платье из тяжелой ткани, ложившейся складками при каждом движении. Оно полностью закрывало шею и руки, и единственным украшением ему служил ряд жемчужных пуговиц. Тонкая сетка фаты лежала на спине. Она походила на королеву из сказки и улыбалась загадочной улыбкой, которая делала ее еще красивее.

Слева от Уинфилда шла Бриджит в своей парче и атласе. Она была довольно хорошенькой, хоть и слишком разукрашенной. Огромная кружевная фата топорщилась на голове, как корона. Я не мог вообразить, что недавно сравнивал ее с Келли. Бриджит была капризным ребенком, а Келли — независимой и практичной девушкой.

Но сейчас было не время думать о Келли.

Время поползло медленно. Бриджит поднимала и опускала ноги, с каждым шагом приближаясь ко мне на несколько дюймов. Юбки колыхались, как будто по собственной воле. Губы кривило хихиканье, казавшееся далеким и искаженным. А потом я почувствовал запах лимона и имбиря.

Все снова расплылось.

— Катерина?

Вместо Бриджит ко мне шла женщина, одетая в подвенечный наряд. Это из-за нее я здесь находился. Густые черные волосы были забраны под фату, открывавшую идеальные плечи и шею. Синяя камея сверкала на груди. Она застенчиво опустила голову, но бросала озорные взгляды из-под длинных ресниц. Когда она облизала губы, у меня задрожали колени.

Видел ли ее Дамон? Я искоса посмотрел на брата — видит ли он то же, что и я? Не знаю, был ли я околдован, любил ли я Катерину или находился под воздействием Силы, но я все еще был в плену ее чар. Но на лице Дамона была надета безупречная маска, изображающая любовь и радость.

Время снова потекло нормально. Я снова увидел радостно улыбающуюся Бриджит.

А потом девушки стали перед нами, пришел священник, а в наших руках оказались кольца.

К счастью, церемония оказалась очень короткой. Священник произнес короткую речь о любви и зачитал несколько строк из Библии, которые мне бы очень понравились в любых других обстоятельствах. Я не знал, молиться ли, чтобы священник продолжал и продолжал и дал мне как можно больше времени перед неизбежным, или чтобы он поторопился и поскорее закончил все это.

— Если кому-то известна причина, по которой эти две пары не могут вступить в законный брак, назовите ее сейчас или молчите вечно.

Я оглядел зал, надеясь, что кто-то встанет и запротестует. Может быть, это будет Маргарет; она скажет, что Дамон де Санг — не тот, за кого себя выдает, или назовет меня шпионом Конфедерации, или… старшая сестра покачала головой и улыбнулась, но промолчала. Мне могло показаться, но я увидел, что мать сжимает ее колено.

Дамон был первым — он женился на старшей. Я не слушал; в ушах шумело так громко, что я удивлялся, что этого не слышит больше никто.

Что случится, когда закончится церемония? Все произойдет сегодня? Буду ли я вынужден в собственную брачную ночь насмерть сражаться с братом?

— Повторяйте за мной, — наконец сказал священник. Я подчинился.

— Я, Стефан Сальваторе, беру тебя, Бриджит Линн Капберт Сазерленд, в свои законные жёны, чтобы, начиная с этого дня, в согласии с Божьим святым установлением, любить тебя и заботиться о тебе в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и здравии, пока… смерть не разлучит нас.

Я почти задохнулся и мог только надеяться, что публика примет это за эмоции.

— Я, Бриджит Линн Капберт Сазерленд, беру тебя, Стефан, в свои законные мужья, чтобы, начиная с этого дня, в согласии с Божьим святым установлением, любить тебя, заботиться о тебе и подчиняться тебе в радости и в горе, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас.

Она забыла мою фамилию. Посмотрев ей в глаза, я понял, что она все еще думает о прошлой ночи.

У меня в руке было кольцо. Простая золотая полоска, на внутренней стороне которой были выгравированы инициалы — мои и Бриджит. Драгоценный металл, приковавший меня к моей судьбе.

Я взял Бриджит за руку. Голос звучал на удивление спокойно:

— С этим кольцом я беру тебя в жены и принимаю его в знак твоей любви отныне и навсегда, во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.

Кольцо скользнуло на палец. Она радостно взвизгнула.

Я поцеловал ее. Поцелуй был быстрым и жестким — надеюсь, он оказался достаточно долгим для публики. Бриджит прильнула ко мне, пытаясь продлить момент. У ее губ был вкус мяты. Я чувствовал себя ужасно.

Теперь я стал женатым вампиром.

17

Прием происходил в другом зале. Мой брат, Лидия и мы с Бриджит принимали и приветствовали гостей у входа. Дамон раскланивался и делал вид, что знает этих людей. Зачаровывал их, чтобы они считали его старым другом. Бриджит демонстрировала свое кольцо, Лидия целовала гостей, пожимала им руки и улыбалась, в зависимости от близости их отношений. Она даже засмеялась, когда Брэм попытался сорвать «прощальный» поцелуй. Бриджит стояла рядом с сестрой, светясь искренней радостью.

— Благодарим за то, что пришли, — повторял я снова и снова. Слова отдавали мелом на языке. — Мы так рады, что вы нашли время разделить с нами праздник. Благодарю за то, что вы здесь. Рады вас видеть.

— Стефан Салъваторе? — вопросила дама в почти негнущемся сером шелковом платье и жемчугах, задержав мою руку в своей дольше, чем этого требовали приличия. Она произнесла е в конце моей фамилии, а глаза у нее были такие же каменные, как юбки.

— Да, мэм. — Я улыбнулся как можно теплее.

— Из флорентийских Сальваторе? Князь Алессандро?

— Не уверен, мэм. — Я пытался удержать на лице улыбку. — Когда мой отец приехал в эту страну, он объявил себя американцем. Он не поддерживал отношений с родственниками.

Ее глаза расширились — правда, руку она отпустила:

— Иммигрант! Как чудесно! — Она удалилась без улыбки.

Еще через несколько сотен людей мы все-таки сели. Наш стол был украшен пальмовыми ветвями и цветочными гирляндами и уставлен самыми дорогими деликатесами — то ли для еды, то ли для демонстрации возможностей. Закуски из морепродуктов — устрицы, копченый шотландский лосось, русская икра. Главное блюдо, включавшее в себя пугающее количество мертвых животных: ростбиф, перепела, оленина, фазаны, вальдшнепы, утка, ягненок, жареная свинина, мясо холодное и горячее, тушеное и жареное, рубленое, соте, нарезанное ломтиками и запеченное в пироги.