Кейти МакАлистер - Последний из страстных вампиров

Но когда Тео удалась вернуть его язык и губы оттуда, где я покусывала их, аналитическая часть моего разума подчеркнула, что я только что нежничала с мужчиной, который лишь день назад похитил и напал на меня.

Как ни странно, это казалось, постепенно становилось неважным перед лицом того, что он, несомненно, должен был целовался лучше всех в мире.

— Милая мать-земля, — выругалась я, когда он отстранился, выпуская меня.

— Salus invenitur, — сказал он в тоже время, его черные глаза отражали мое удивление.

— Что это было? — спросила я, игнорируя хихиканье трех девочек-подростков, окруживших нас.

— Поцелуй. Я полагаю. — Тео выглядел столь же смущенным случившимся, как и я. Его выражение, однако, сменилось на одно лишь раздражение. Он на мгновение показался выше, когда неодобрительно посмотрел на меня. — Прекрати это.

— Я хотела бы подчеркнуть, что ты был тем, кто поцеловал меня, а не наоборот.

Он приподнял одну эбеновую бровь.

— Действительно? Так это не ты пыталась высосать язык из моей головы?

— Я целовала тебя в ответ. Я не начинала поцелуй. Если твой язык собирались высосать из твоей головы, это не моя вина, — праведно сказала я, распрямляя плечи и приказывая своим коленям прекратить таять, при воспоминании о поцелуе.

Тео пошел рядом со мной, когда я продолжила подниматься на холм к трактиру, снова взяв мою руку, что без сомнения предупреждало мои попытки к бегству. Фактически, возможность сбежать от него соскользнула вниз в моем списке первого десятка выполненных вещей, а в следующие полчаса была ни здесь, ни там.

— Я хотел бы думать, что ответственность и похвала за поцелуй, лежит на обоих участниках, а не только на одном. Пожалуйста, прекрати это? Это же становится раздражающим.

— Прекратить что?

Он указал наверх.

— Прекрати лить на меня дождем.

Вот те на, галлюцинация облака вернулась, и она следовала за мной!

Я не стыдилась признать это, но на мгновение, дикий безрассудный страх охватил меня.

— Я не делаю этого! — завопила я, когда встряхнув рукой, освободилась от Тео, и помчалась вверх по холму к безопасности трактира.

— Порция…

Проклятое облако следовало за мной всю дорогу, поливая дождем все сильнее и сильнее с каждым шагом, так что когда я достигла трактира, мое дыхание поступало большими резкими вздохами, а я согнулась от колющей боли в боку. Я была мокрой насквозь.

— Порция, остановись! — Тео был справа от меня, когда я бежала, с взглядом полным беспокойства на лице. — Ты не сможешь обогнать его. Ты должна заставить это прекратиться.

Я развернулась, вода полетела с моих намокших волос.

— Я не могу управлять погодой! — завопила я.

— Да, можешь. — Мы стояли около трактира на парковке, которая была к счастью в этот момент свободна. Тео сжал мои предплечья и заглянул в глубину моих глаз. — У тебя есть Дар. Ты не желаешь признавать это, но ты должна уметь управлять им.

— Это же невозможно для человека…

— У тебя нет хоть немного веры в себя? — спросил он, слегка встряхнув меня.

— Конечно, у меня есть вера в себя! — Мои зубы начали стучать от холода.

— Тогда докажи это! Докажи, что не имеет значения, в какой бы ситуации ты не оказалась, ты веришь в себя.

— Это глупо. Я не могу управлять погодой! — Мое облако зловеще грохотало над головой, волоски на моих руках встали дыбом от ощущения статического электричества.

— Да, ты можешь, — завопил Тео, перекрикивая шум. — Ты сможешь его остановить, Порция! Сила твоя. Оно уйдет!

Дождь бил по нам с такой силой, что это жалило мою обнаженную кожу. Я в отчаянии огляделась, но здесь было негде спрятаться кроме самого трактира.

— Я иду внутрь…

— Нет! Ты должна учиться обращаться с этим! — сказал Тео, притягивая меня назад. Его пальцы напряглись на моих руках, когда около нас три вспышки молнии взорвались так близко, что моя кожа загудела от силы. — Заставь это прекратиться!

— Я не могу!

— Ты должна поверить, Порция. Ты должна иметь веру! — завопил он мне в лицо, его голос был едва слышен, сквозь тотчас же взревевший гром над головой. Моя кожа покалывала, предчувствуя еще одну череду молний.

— Я утратила ее очень давно, — прокричала я, уступая ужасу и разочарованию, что поднимались во мне. Я бросилась в его объятия, цепляясь за его скользкое от дождя тело и желая спрятаться от всего этого.

— Поверь! — проревел он, когда молнии танцевали около нас в круге голубого света. — Я знаю, ты можешь сделать это!

Его пульс был таким же диким как мой, и я инстинктивно знала, что он говорит правду. Он верил, я могу остановить эту странную бурю. На мгновение, на время между секундами, я подумала, что возможно он был прав. Что если я могу управлять погодой?

Буря над головой тот час же рассеялась, как будто ее не было.

Тео отодрал меня от своей груди, его черные глаза ничего не выражали.

— Это было очень хорошо сделано, — медленно сказал он. — Мы все же сотворим из тебя Достоинство.

Вода капала вниз на мое лицо, мою промокшую одежду, падая с мягким немного ласкающим звуком на мои ноги.

— Только не из меня…нет. Это же невозможно. Этого не может быть.

Он засмеялся и развернул меня к двери трактира.

— Давай возьмем выпить и сможем поговорить об этом, хорошо?

Мои ноги дрожали так сильно, что сперва Тео размышлял над идеей помочь мне подняться по лестнице в мою комнату.

— Переоденься во что-нибудь сухое. Я же встречу тебя внизу, через несколько минут.

— Ты так же промок, как и я. Ты схватишь воспаление легких или что-то еще, если останешься в мокрой одежде. — Я задавалась вопросом, почему я забочусь, заболеет ли мужчина, который попытался похитить меня, но я делала это и поскольку я, казалось, не могла ничего изменить, то решила, что не стоит беспокоиться. Что позже будет достаточно времени, когда я снова буду контролировать мою жизнь, волнуясь над фактом, что я находила моего похитителя невероятно привлекательным.

— Мои вещи в машине. Я принесу их сюда и переоденусь. — Он склонился вперед, его губы на мгновение коснулись моих с нежностью, что обещала так много. Я вцепилась в дверную раму, удерживаясь вертикально. — Я увижусь с тобой внизу через несколько минут.

Я содрала с себя промокшую одежду, высушила полотенцем волосы, которые свисали на мои плечи мягкими прядями и засомневалась перед платяным шкафом над тем, что одеть на встречу с Тео. Это было невероятно, что я должна быть в смятении из-за того, что одеть на встречу с мужчиной, которого я пыталась арестовать практически с того самого момента, как встретила его, но я была в смятении. Я нашла и отказалась от нескольких пар брюк, наконец, выбрав длинное платье из жатого бархата, которое я купила для посещения театра и всяких издательских вечеринок, куда Сара пожелала бы меня затащить. Я закрутила волосы наверх в небрежный французский узел, желая, чтобы они были более привлекательного цвета, чем красновато-коричневый. Мои орехового цвета глаза глянули на меня из зеркала с признанием, что они никогда не вдохновят кого-нибудь писать сонеты.