Джанин Фрост - На дне могилы

— Купер, не пачкайся в крови, у тебя нет зеленого взгляда, чтобы заставить людей не замечать, — сказала я, закидывая в багажник труп. — Возьми второго и суй сюда же.

Купер послушно поднял полумертвое тело и забросил его в багажник.

Кости приподнял и встряхнул оставшегося:

— Только пикни, и я из тебя душу вытрясу. Ну, пока я тебя не загрузил: где ваша машина?

— Уг, — отозвался висящий в его руке парень. — Угх…

— Ты ему гортань повредил, он не может говорить, — заметила я.

— И верно. — Кости проколол себе кончик пальца клыком и оскалился волчьей улыбкой в перепуганное лицо, сунув ему в рот окровавленный палец. — Вот теперь отвечай. Только тихо. А то я вырву тебе язык и спрошу второго.

Даже от капли крови Кости к парню вернулась способность говорить, хотя и не слишком внятно.

— Бе…ый пик…п…

— Белый пикап с флажком конфедерации у въезда? — подхватил Кости, встряхнув его еще разок. — Он?

— А…га.

— У кого ключи?

Сдавленный кашель и болезненный стон.

— У Кенни… в к…рмне. Убил…

— В кармане у покойника?

— А…га.

— Котенок, тебе не трудно?..

Я уже рылась в карманах мертвеца. Ни в передних, ни в задних ничего. Я похлопала по карманам рубашки. А, вот они.

— Есть.

— Купер, бери их тачку и правь к перекрестку Двадцать первой и Вебер-стрит. Жди там, мы тебя подберем, когда закончим.

— На всякий случай держи мобильник под рукой, — добавила я, промолчав о том, как забавно будет чернокожему вести грузовик под флагом мятежных штатов.

— Ну вот, приятель. — Кости сбросил парня в багажник и захлопнул крышку. — Не теряй головы.

10

Указатель парка Кэндлридж обещал множество природоведческих и обзорных маршрутов, но мы не затем сюда приехали. Нет, нам надо было похоронить труп. Надеюсь, один.

Фабиан проплыл над деревьями и молча просквозил в машину Ниггера. Чтобы перебираться на большие расстояния, ему приходилось за что-то держаться. Кроме случаев, когда он попадал в энергетическую линию. Я в этом так и не разобралась: что-то о том, что потоки невидимой энергии для духов вроде автострад. Сейчас меня занимал спор с Кости. В который раз!

— Одно дело — Ниггер, он это сделал сгоряча, а другое дело — хладнокровное убийство. Их следует отправить за решетку и обеспечить небольшое промывание мозгов, чтобы они, когда выйдут, не пропускали ни одного марша «Верните нам ночи», не говоря уж о выступлениях за гражданские права. Но их семьи ни в чем не виноваты и не заслужили траура из-за их жалких задниц.

— Каждого хоть кто-то да любит, — неумолимо возражал Кости. — Даже чудовищ. Это несправедливо, но это не отменяет необходимости…

— Пистоль был не заряжен, — пробормотала я, избрав другую тактику. — Я проверила. Кроме того, ничего бы не случилось. Я бы позаботилась.

— И что это меняет?

Кости в изнеможении выключил мотор и повернулся ко мне:

— Ты их мыслей не слышишь, а я слышу. Они не первый раз такое проделывают, и, даже если бы ты их остановила и заставила валяться у тебя в ногах, вымаливая прощение, их намерений это бы не изменило. Не будь они люди, ты бы стала со мной спорить?

Тут он меня поймал. И, судя по его взгляду, сам это понимал.

— Вампиры и гули живут по своим законам, — сделала я еще одну попытку. — Они знают, что будет, если они пойдут на такое. Эти дубины играли, не зная правил. Они заслужили срок в тюрьме, но не смерть.

Кости фыркнул:

— А почему им не пришло в голову, что их поступок так отвратителен, что их казнят на месте, если поймают? Не моя вина, что у вампиров наказание за насилие более справедливо, чем у людей.

Я обхватила руками голову. Голова болела. Конечно, не так, как у Лохматого, когда он грохнулся на бетон площадки. С точки зрения логики Кости был прав. Но все равно я чувствовала, что надо иначе.

— Ты, я вижу, решился, так делай, что решил. Помешать тебе я не в силах.

Кости бросил на меня загадочный взгляд и вылез из машины. Я слышала, как он заставил двух живых отнести труп приятеля в лес. И заставил копать могилу руками. На это у них ушло минут сорок. Потом я услышала нечто вроде усталого вздоха.

— Котенок, я уверен, что ты не права… Слушайте, вы, оба. Вы отправитесь в ближайший полицейский участок и признаетесь во всех своих преступлениях, кроме этих ночных похорон. Когда вас арестуют, откажетесь от адвоката, а когда предстанете перед судом, признаете себя виновными. И проведете свой срок за решеткой, помня, что каждую секунду его заслужили. Теперь убирайтесь.

Когда Кости вернулся к машине, я еще утирала глаза. Он хлопнул дверцей и недовольно фыркнул:

— Что, в последнее время все так плохо, что дать этим мерзавцам избежать наказания — лучшая минута нашей жизни?

Говорил он легкомысленно, но смотрел серьезно. Я уловила мелькнувшее на его лице раскаяние, однако он тут же замкнулся снова.

— Просто я увидела, что тебе на меня не наплевать, как бы гадко все ни шло.

В его лице опять что-то мелькнуло.

— Ты в самом деле думала, что я тебя разлюбил, Котенок? Да я чуть не умираю от любви.

Я потянулась к нему со своего места, ощутила безумное облегчение в его ответных объятиях.

— Поверить не могу, что так взбесилась, оттого что осталась без работы и без бумажника, — всхлипнула я, осознавая, как это было нелепо рядом с тем, что действительно имело значение.

— Что?

— Ничего. — Я поцеловала его долгим ищущим поцелуем, стершим все отчуждение последних дней. — Сколько тебе нужно, чтобы вернуться в мотель?

В его глазах зажегся восхитительный голодный огонь.

— Совсем немного.

— Хорошо. — Это был почти стон. — Я позвоню Куперу и предупрежу, что мы найдем его утром.

Кости опустил окно.

— Фабиан, — крикнул он, — тащи свою призрачную задницу в машину, мы отбываем!

Кости мигом довез нас обратно к «Ред руф инн». Мысли о неуютных матрасах и тонких одеялах теперь представлялись мне грешными и нелепыми. Но когда мы остановились на светофоре в миле от отеля, мой мозг прорезала боль.

…Пойми, этого человека ничто не остановит и ты нигде не будешь в безопасности…

— Грегор, — еле слышно выдохнула я.

— Где? — вскинулся Кости.

…обеспечу тебе защиту, но ты должна довериться мне, chérie.

— О Господи, — прошептала я. — Кости… по-моему, он в отеле.

Кости развернулся на месте и ударил по газам. Завизжали тормоза, машины останавливались, гудя во всю мощь. Кости не стал ждать зеленого света.

— Фабиан, — сдавленным голосом приказал он, — отправляйся в отель, проверь. Мы будем ждать у ворот парка, из которого недавно выехали.