Исцеление любовью - Елена Северная

готова была впустить его прямо сейчас, здесь, на этом чудесном ковре. Она обвила ногами его торс и качнулась навстречу вожделенной плоти. Вейден зарычал и рванул кружево трусиков. Наконец-то! Теперь Кате ничего не мешает слиться с ним всей своей кожей. Язык мужчины прошелся по темным кружкам груди, животу, спустился ниже и осторожно раздвинул нежные стеночки. Катя задрожала и подхватила колени руками, чтоб хоть как-то унять эту непонятную дрожь. Вейден раздвинул её бедра шире и жадно припал к девственному цветку, перебирая языком розовые лепестки и нежно исследуя маленькую щелочку. Бабочки внутри живота сплотились в единую раскаленную стрелу и с силой вылетели наружу, возносясь вверх, рассыпаясь на тысячи огненных искр и забирая с собой протяжный стон наслаждения. Тело стало воздушным, невесомым и одновременно неподъемно тяжелым. Катино сознание застыло где-то посередине между телом и небытием.

— Боги! Кати! Что я делаю… — послышался вымученный стон Вейдена.

Он уперся мокрым лбом в живот девушки и напрягся до каменного состояния. Несколько длинных затяжных вдохов и выдохов. Катю подхватили сильные руки, она проплыла в воздухе и очутилась на кровати. Двигаться не было сил и она даже не пошевелилась, когда Вейден прикрыл её тонким покрывалом, нежно поцеловал в лоб и оставил в спальне одну.

Глава 13.1

Вейден.

Вейден вывалился из спальни мокрый и тяжело дышал. Он ругал себя последними словами — дурак! Повел себя как зеленый мальчишка при виде обнаженной женской груди! Пограничник прислонился спиной к стене, немного постоял, успокаивая бешено стучащее сердце, и медленно сполз вниз. Некоторое время он сидел, опираясь локтями на колени и уронив голову на сцепленные руки. Возбужденная плоть камнем давила в паху — надо выпить настоя от Самоли. Вейден так же медленно встал, придерживая рукой дергающий член, и выпил весь трехдневный запас. Понемногу возбуждение сошло на нет и физическая боль отступила.

Но душа Вейдена металась дикой птицей в клетке. Как так получилось, что от не смог удержаться? Мужчина корил себя и только внутренний зверь урчал и облизывался: «Сладкая. Наша. Кошечка. Моя.» Вейден провел пальцами по губам — они сохранили ещё вкус сока Кати. Действительно, сладкая. Сладкая девочка. Вейден никогда не был сторонником орального секса. Да, он с удовольствием отдавался этим ласкам, но только принимал их. Кошечки старательно вылизывали ему член и яйца, иногда доводя до оргазма, и он выстреливал прямо им в рот. А вот самому попробовать женскую киску ему никогда не хотелось. Никогда, до сегодняшнего дня. Лоно Кати притягивало, оно манило своей чистотой и девственностью. И как только первые капли её сока попали ему в рот — осторожность отключилось сразу. Они подействовали на мужчину как магическое зелье. Целовать розовые складочки было удовольствием, которого Вейден никогда не испытывал. А когда язык уперся в тонкую преграду, отделяющую девушку от взрослой жизни, он готов был кончить прямо себе в штаны. Ещё немного и мужчина окончательно бы свихнулся.

Он хмыкнул в бороду формы бретта — если только прикосновения к телу Кати и один вид того, как она кончает вызывает такую бурю эмоций, то как отреагирует он на полный контакт? Это должно быть поистине крышесносно — чувствовать, как её горячие стеночки пульсируют на его стволе… Вейден помотал головой — надо что-то делать, это не может так продолжаться, в конце концов он не сможет остановиться и тогда…Что будет тогда, он даже думать боялся. И не за себя — за секс с несовершеннолетней можно загреметь в тюрьму и надолго, он боялся за Кати — куда её определят? У девушки тут никого, ни документов, ни родственников. Она из другого мира, так бывало. Крайне редко, в их мир попадали существа из другого. И не всегда они находили себе место под чужим солнцем.

Вейден надел чистую рубашку. «А я ведь разорвал её трусики. Нужно смотаться в город.»

Однако, в городе он был сегодня, так что девушке придется носить то, что есть. Хотя Вейдену, по правде говоря, по нраву было, если бы она вообще без белья ходила, чтобы в любой момент иметь возможность забраться под юбку, прижать к стене, поднять за попку и насадить её на…Тьфу, опять мысли в эту сторону!

Он снова вынырнул из пучины вожделения и, чтобы не наброситься на девушку с новым желанием, решил заняться боевой подготовкой. До самой поздней ночи он отрабатывал удары мечом и приполз домой, еле держась на ногах. Кати уже спала, свернувшись калачиком и тихонько посапывая. Вейден невесомо погладил смоляные волосы и направился в душ.

Утро началось с шумного посещения Тореном. Маг, не особо заморачиваясь приличиями, вломился в жилище Мара с громкими возмущениями касательно своей старшей дочери.

— Нет, ну ты представляешь? — Возмущался маг в голос. — Они хотели пожениться тайно! — Он с наслаждением выпил стакан воды. — Иду по саду, а они сидят в беседке и этот подлец лапает мою Софи! Я чуть не вытряс из него душу! Тут подбежали жена, малая, прислуга, поднялся такой гвалт! Как куры! Ну, я поднажал на своих дам, те со слезами и рассказали, что Софи беременная и живот вот уже скоро виден станет. Вот и решили за моей спиной. Парень-то из простых.

Торен уселся в кресло и продолжил.

— Я вот, что решил. Замуж за этого оборванца я свою дочь не отдам. Отошлю её в дальнюю деревню, на пасеку к кормилице. Там родит. Пусть байстрюк растет вдеревне, в семью я его не заберу. Там на пасеке и останется. А дочь выдам замуж за графа Сернского. Он давно на неё облизывается.

Вейден нахмурился:

— А что сама Софи?

— А что ей остается? Ревет, конечно, но слово отца — закон.

Из спальни вышла Катя.

— О, прости, детка, совсем из головы вылетело, что ты тут живешь, — он с подозрением потянул носом и успокоился — девушка пахла невинностью. — Спасибо, что вовремя сообщила, а то бы наша семья опозорилась таким зятем.

В гостиной Вейден поставил высокий столик-бюро и там постоянно лежали бумага и ручка-самописка. Катя написала несколько слов и протянула магу.

— «Не мешайте свадьбе. Парень хороший, с ним Софи счастлива будет.» — он пожал плечами. — Кати, детка, парень хороший, я согласен, но он не нашего сословия, отдать дочь за такого — это опустить её в глазах общественности. Если любит — пусть встречаются, Сернский не будет против. Я слышал, что он больше кхм…по мальчикам.

— Так зачем ты ему дочь отдаешь? — удивился Вейден.

— У него сильный дар,