Источник рода. - Елена Северная

но никак не в казарме. Разговор то и дело прерывался достаточно резкими высказываниями из межнационального фольклора, то бишь мата, и чтобы уберечь мои ушки от этих знаний свекровь живенько закрывала их своими руками. Ах, да! Забыла пояснить почему я в курсе содержимого вечернего переполоха – просто я от любопытства – правда-правда, – прокралась к кабинету свекра и, используя старинный артефакт для прослушки, именуемый «стакан», наглым образом приникла к двери рядом с обожаемой свекровью и её таким же старинным артефактом. Неизвестно, когда бы закончилось противостояние двух сильных оборотней, но почти в полночь заявился глава клана Рэйд Мэрно. Марту удалось передать ему слова Хельги и Рэйд, вдохновленный и окрыленный, уже посетил храм. А вот содержание разговора Стромов и Мэрно нам узнать не удалось, так как мужчины в карете администрации тут же уехали. Мы с Неоной промаялись до самого утра. Сначала на кухне, потом в гостиной, потом опять переместились на кухню. Я уничтожила недельный запас кофе для Левисвила, рассвет мы со свекровью встретили в саду, где в беседке выпили целый кофейник. Наше ожидание закончилось с первыми лучами солнца. Левисвил вернулся злой, как шерх, а вот Март сиял. Подхватил меня в охапку и чуть ли не бегом понес в спальню. Как я не пыталась, но выведать, о чем они разговаривали с Мэрно не смогла. Арс лишь загадочно улыбался и насыщался мной.

– Родная, как не хочется от тебя отрываться! – муж в очередной раз приник к губам и властно поцеловал. – Но уже пора, причем давно. Вставай, солнышко, нас ждут, – Он проложил дорожку из поцелуев до самого низа живота, на мгновенье замер и решительно устроился у меня между ног.

– М-м-м, а «вставай, солнышко» – это было мне сказано или одной очень уставшей части твоего тела? – хихикнула в предвкушении «банкета».

– Это у кого что устало? – шутливо выгнул бровь супруг. – Это я устал? – и легонько пощекотал языком грудь.

Я засмеялась уже в голос и заерзала под тяжелым горячим телом. Глаза арса полыхнули голодным жарким огнем и мне тут же принялись доказывать, что полны сил и энергии.

Излившись, Март последний раз качнулся мощными бедрами и замер, приподнявшись на локтях. Смотрел с любовью и нежностью, чувствовалось, что была бы его воля, он сутками не выпускал бы меня из спальни. Вздохнул с сожалением, медленно встал, поднял меня, перекинул через плечо, смачно шлепнул по голой попке и понес в ванную. Я воспользовалась моментом и ущипнула мужа за аппетитную задницу. Он тихо взревел, прижал к стенке и долго и медленно «наказывал», буквально насадив меня на себя. Я мысленно провела аналогию между эпитетом «кот мартовский» и именем мужа. Сравнение понравилось. Только не стала делиться этими умозаключениями – а то точно до вечера не выползем.

Теперь уже наскоро приняв душ, Март оставил меня собирать вещи, а сам спустился вниз. Я надела тунику до середины бедра, приготовила дорожный костюм, а остальные вещи сложила в чемоданы. Получился один полный и второй почти пустой. В раздумье замерла над ними, соображая, как поплотнее утрамбоваться, чтобы второй чемодан не брать. И пропустила появление Свона. Деверь тихо проскользнул в комнату, я опомниться не успела, как он перехватил согнутой в локте рукой шею и насильно влил какую-то гадость в рот. Тело стало ватным, сознание помутилось и я обмякла прямо в лапы Свона. Теперь он перекинул меня через плечо и понес куда-то вниз. Пошевелиться, тем более закричать, не было ни сил, ни желания. Похоже, даже отключилась не на долго. В себя пришла в темной комнате, окон не было, только несколько свечей около кровати, на которой себя и обнаружила. Шевелиться до сих пор не могла и с ужасом наблюдала, как совсем обнаженный Свон гладит и целует мое тело. Это тот, который не собирался меня опаивать!!!

– Мр-р-р, какая ты сладкая! – мурчал он на ухо, наваливаясь мощным телом. – К шерху все! Отец не будет против, он сделает все, чтобы ты осталась в семье! Март не заберет тебя с собой!

Говоря все это, он привязал мне руки к спинке кровати, закинул мои ноги к себе на плечи и приготовился слиться. Но как только он притронулся ТАМ, как его шибануло сильным разрядом. Спасибо, Хельга! Твоя защита действует! Я воспрянула духом – теперь была уверена, что никто, кроме Марта, не сможет заниматься со мной любовью. Свон отлетел к стене и зашипел от боли.

– Что за…? Что это за чары?

Одновременно я почувствовала, как онемение спадает.

– Развяжи! – потребовала ещё не совсем послушным языком. – Март тебя не пощадит!

– Как же! – он ухмыльнулся. И… влил ещё пузырек.

Как во сне я наблюдала, как пришел Левисвил, они вдвоем обсмотрели каждый сантиметр моего тела и наконец нашли серебряное крылышко – защиту Хельги. Свекр зло сплюнул и развел руками. Меня привязали к кровати и накрыли покрывалом. Затем потушили свечи и оставили одну. Сколько времени прошло – не знаю. Очнулась от прикосновений мужских рук. В комнате было темно, хоть глаз выколи. Дернулась и заорала – боги, как же обрадовалась, что могу кричать! Рот тут же закрыли поцелуем. Вырывалась яростно, как кошка. Эмоции захлестнули через край, даже не сразу узнала голос мужа.

– Тише, родная! Тише! Ты нас оставишь без потомства!

Ну да, как только почувствовала, что могу двигаться и уже не привязана, брыкалась знатно.

– Март?

– Я, родная! Прости, не уберег!

Истерика накрыла с головой.

– Где ты был?!

– Прости, мне и в голову не могло прийти, что Свон на такое решится! Он, хоть и горячий, но голову никогда не терял, а тут совсем с катушек слетел.

Говоря это, Март завернул меня в покрывало и понес наверх. Дом был наполонен мужчинами, слышались короткие команды и окрики. Муж принес меня в нашу комнату.

– Времени совсем нет. Одевайся быстро, в гарнизоне приведешь себя в окончательный порядок. Я оставлю за дверью охрану. Ничего не бойся.

Фразы короткие, рубленные. Сразу стало понятно, что Март привык командовать. Я не стала ничего спрашивать, оделась, заплела косу и выглянула в коридор. Спальню охраняли двое военных. Увидев меня, они посторонились, образуя проход. Так и спустились вниз втроем. В холле уже работал портал. Из родных нас провожала только Неона. Она не скрывала красные заплаканные глаза. Со мной попрощалась