Бесправная наследница - Юлия Александровна Пульс

class="p1">– Он уехал, милая, много дел, – я погладила ее по волосам в утешение. – Помнишь, ты говорила, что кого-то видишь вон там? – указала я в темный угол комнаты.

Она закивала болванчиком и в страхе подобрала под себя ноги.

– Ты видишь мертвых, Луэлла? – задала я прямой вопрос, даже не надеясь, что получу внятный ответ, но она посмотрела на меня со всей серьезностью и сказала:

– Да. Они сокровища охраняют. Нельзя ходить по полу, – у меня сердце удар пропустило, когда сестра упомянула сокровища.

– Почему? – потянула я за нить в попытках развязать спутавшийся клубок.

– Сгоришь. Нельзя ходить, искать. Они не отдадут. Мама с папой не послушались. Нет их теперь.

– Ты их видишь?

Луэлла отрицательно качнула головой.

– Не говори с мертвыми, Джослин, они сводят с ума, – мне на миг показалось, что сестра прозрела и от ее безумия не осталось и следа, но потом она опять зажевала эту несчастную ткань и замолчала.

Сколько бы я не пыталась вывести ее на разговор, больше ничего не получалось. Она будто воды в рот набрала. Смотрела на меня пустыми глазами и не двигалась. Смирившись, что толку развивать дальше беседу нет, с тяжелыми мыслями я пошла в свою спальню.

Глава 19

Это была бессонная ночь… Мне постоянно мерещились тени и снились гуляющие по дому призраки. Страшные такие, как из фильмов ужасов. Меня пробирало до мурашек, но справляться со страхом помогал здравый смысл. Чем мне может навредить бестелесный дух? Я сама кого хочешь напугаю!

В итоге я проспала завтрак, а разбудила меня Нара, с восторженным видом вручив какой-то конверт.

– Гонец из поместья герцога Бейфорда привез, – расплылась она в коварной улыбке и застыла у кровати, с нетерпением ожидая, что я открою при ней конверт.

От экономки мне скрывать уже давно нечего, так что я потерла глаза и распечатала конверт. Выудила из него лощеную бумагу и принялась зачитывать текст.

– Это официальное приглашение на светский прием, – отдала я Наре приглашение, чтобы она сама прочитала. – Уже сегодня вечером, – вздохнула я с тяжестью и взглянула на платяной шкаф с одеждой. – И в чем ехать?

Нара почесала затылок, оглядывая меня с прищуром.

– Нужно что-то шикарное, но на новый наряд не осталось средств, – развела она руками.

– На шмотки я точно тратиться не стану! – вскочила я с кровати и кинулась к шкафу. – Уверена, всегда найдется что-то подходящее!

– Мы продали почти все украшения, – опечалено вздохнула экономка.

– Осталось одно ожерелье и серьги. Вот к ним и подберем наряд, – бросила я взгляд на трюмо. Синие камни ярко сверкали, значит, и платье в тон украшениям надо найти.

Я вывалила из шкафа все наряды Джослин и начала копаться в пышных платьях. Остановила взгляд на темно-синем с рукавами-фонариками и кружевом на лифе.

– Довольно милое, – осмотрела я его придирчиво и Нара смущенно пожала плечами.

– Слишком простое для такого приема, Дина, – осторожно намекнула, что я зря его выбрала.

– Ладно, – швырнула я платье на пол. – Поехали, продадим скакуна и заедем за новым, так и быть, – все же не хотелось ударить в грязь лицом перед аристократической сворой. А то будут высмеивать весь вечер, а я ой как этого не люблю! – Скажи Бентону, пусть готовит экипаж, – распорядилась и вспомнила, что у нас осталась единственная карета. Неприметная и старенькая. На такой и подъехать будет стремно. Но тут уже не до выбора. Глядишь, в толпе затеряется и никто не заметит.

Позавтракать я не успела, закинула в рот пару ягод винограда и мы помчались в столицу. Перед отъездом я попросила Эмберли следить за Карлотой и стараться не подпускать ее к двери, ведущей в темницу.

Ох и долго же мы торговались с потенциальными покупателями на ипподроме! Эти богатые такие скряги! Просто ужас! За копейку воробья в поле загоняют. В итоге сошлись на восьмидесяти миллионах, чем я была крайне недовольна. Но времени на торги больше не оставалось. Вечер неминуемо близился, а у меня еще платье не куплено.

Мы с Нарой заехали в местный модный дом и обалдели от цен! Самое дешевое начиналось со ста тысяч. Но наряды от модистки Фукс считались крутым брендом для столичных дам. Пришлось раскошелиться и взять синее, расшитое камнями по корсету, с аксессуаром в виде атласного болеро, прикрывающего оголенные плечи. Для прически подобрала ленту в тон, ведь шляпка тоже выходила немало. Хоть на чем-то сэкономить.

Оторвав от сердца денежки, я недовольная вышла из модного дома. Всю дорогу до графства Нара меня утешала, но я проклинала герцога за то, что позвал меня на этот дурацкий прием. Вот сдалась я ему! Бедна ведь, как церковная мышь и ему ли этого не знать!

– Не волнуйся, дитя, – гладила меня по спине экономка, пока я сидела у трюмо покоев и недовольно бурчала, как старая бабка. – Герцог холост, богат и хорош собой. Вдруг влюбится? Только представь, станешь герцогиней Бейфорд! Наше графство будет процветать под покровительством Даррела, – обрисовывала она мне красивые картины возможного будущего. А мне вовсе не верилось в подобный исход. За всю свою земную жизнь я так и не встретила достойного мужчину. Вечно то козлы-абьюзеры, то изменники, то альфонсы. Меня никогда никто не содержал и денег не давал. Так что я не питала иллюзий на счет удачной женитьбы. Баста, карапузики! Я больше чувствам не поддамся! Один лишь голый расчет и надежные сделки!

– И без покровителя справимся, вот увидишь! – я воинственно вскинула подбородок и припудрила носик.

Глаза подвела так, чтобы было не вычурно, все же у Джослин естественная красота. Молодость – лучшая косметика из всех возможных. Невинный взгляд из-под ресниц, легкая улыбка, мягкие жесты – я знала, как соблазнить мужчину, но не факт, что буду этим пользоваться сегодня. Мне бы выбить отсрочку долгов и свалить поскорее.

– Ты прекрасна! – восторженно объявила Нара, поправив волнистую прядь, выпавшую из моей высокой прически. Отошла и залюбовалась результатом наших совместных трудов.

– Благодарю за комплимент, – склонилась я в реверансе у зеркала и рассмеялась.

– Только не делай так на приеме. Лишь легкий снисходительный кивок, – тут же дала дельный совет экономка и я кивнула.

– О чем мне там говорить? Я понятия не имею, как живет столичный свет, – обняла я себя за плечи, чувствуя, что начинаю нервничать. Не хотелось бы опозориться.

– Ох, милая, я так же далека от жизни высшего света, как и ты, – виновато пожала она плечами. – Молчи побольше и улыбайся, – и то верно. Молчание – золото, как говорила моя бабушка.

– Ничего, – я самоуверенно