Евгения Савицкая - Привет. Я - вампир. Прошлое не выбирают

— Я думала, что мы проведем выходной день в кругу семьи. Может, сходим куда-нибудь?

— Завтра, милая. Хорошо? — отец несколько заискивающе заглядывал в мои глаза.

После вчерашнего разговора по душам, я видела, как ему было неудобно передо мной. Словно он опасался моего гнева, обиды и слов. Голубые глаза отца глядели на меня с нескрываемой тревогой. Я широко улыбнулась и взяла первый бутерброд.

— Без проблем, па. Завтра, так завтра. Значит, сегодня засяду за домашнее задание, — беспечным тоном заметила я. — Кривич велел переделать работу.

Лицо папы выражало значительное облегчение. Я понимала, что он сильно переживает по поводу своего прошлого. Правду говоря, это было не так просто принять… Твой отец — вампир. Пусть и бывший. Конечно, я же не могла сказать ему, что все отлично и не о чем беспокоиться. Это было бы неправдой и отцу такое одолжение с моей стороны вовсе не нужно. Папа видел фальшь, чуял ее по голосу, словам и незримым движения век и губ собеседника.

— Вот и отлично, — раздался размеренный голос отца. — Сделай все, а завтра днем сходим куда-нибудь.

Я тщательно пережевала бутер и неожиданно спросила:

— Па, а почему Славентий, Мигель и Алехандро могут передвигаться днем, а ты в свое время не мог?

Папа с видимым облегчением вздохнул. Он прекрасно знал, что мое неприятие всей ситуации заключалось в игнорировании очевидного. Но если я иду на контакт, интересуюсь, задаю вопросы, пусть и самые каверзные, то уже дело сдвинулось с мертвой точки. То есть, я постепенно начинаю принимать темное прошлое папы.

— Святославу почти три тысячи лет, Мигелю и Алексу — примерно по шесть сот лет, а это немало. Просто они могут передвигаться днем и не под прямыми солнечными лучами. И что бы ты знала, что даже у Меррава все вампирские способности днем меркнут.

— А ты? — робко спросила я.

— А что я? — удивленно спросил меня отец. — Я был вампиром каких-то сто пятьдесят лет. Этого мало, что разгуливать днем. Васенька, я был относительно молодым вампиром.

— Понятно, — тихо прошептала я и принялась за очередной бутер.

— Ладно, дочь, мне надо бежать на встречу с инвесторами, — с этими словами отец поднялся из-за стола. — Если есть желание, погуляй с братом днем. Сегодня отличная солнечная погода. Огромная просьба — не гуляй до самой темноты. Просто в следующий раз Алехандро не сможет быть рядом…

Тем временем отец деловито уложил свой ноут в кейс и выжидающе уставился на меня. Я усиленно закивала, соглашаясь с папой. После близкого знакомства с монстрами обеих рас, у меня надолго пропало всякое желание перечить отцу. Когда папа был уже на пороге кухни, я окликнула:

— Па!

— Да, Вася? — он тут же развернулся ко мне лицом и внимательно посмотрел на меня.

— Папуля, как бы там ни было, я все равно любила, люблю и буду любить тебя… Мама не могла полюбить монстра… И ты… никак не мог быть им…

Лицо отца стало растерянным, словно он весь наш завтрак ожидал от меня этих самых слов, и дождался. Широкими шагами, он пересек кухню и оказался рядом со мной. Отец заключил меня в крепкие отцовские объятия.

— Я тебя тоже очень люблю, доченька, — растроганно шептал отец, целуя мое лицо. — Ты с братом и ваша мама — самое главное, что вообще есть в моей долгой жизни. И твое мнение, Вася, дороже всего на свете. Я так боялся твоего осуждения.

Он фактически поднял меня с табурета, и я уже задыхалась от сильной хватки отца. Хоть он и был человеком, но, по-моему, некую часть вампирской силы не растерял.

— Хватит, — прохрипела я, вырываясь из рук отца. — Ты меня задушишь!

Отец наконец-то усадил меня обратно на мое место. Он был несколько смущен и растерян. Я рассеянно пригладила волосы, пожелала отцу удачного дня и вернулась к еде. Папуля еще потоптался на кухне и с тихим вдохом облегчения ушел по делам. Было слышно, как хлопнула входная дверь.

XVI

— Привет! Как спалось, Танюха?

Я весело вращалась в кресле перед монитором и рассеянно накручивала на палец локон. Настроение было отличное, не смотря на то, что я успела написать работу по Кривичу, покормить брата и сделать другие задания в институт. Кипучая энергия буквально фонтанировала из меня. Зато Танюше было не до веселья. На экране новенького видеофона (кстати, старый отец выкинул) была видна недовольная физиономия подруги. Она усердно протирала глаза и сонно моргала, чем сильно напоминала сову, которую днем вытащили из дупла. Было очень смешно и забавно за ней наблюдать. Я не удержалась и весело расхохоталась.

— Отвратительно! — буркнула подруга. — Что смешного? Я, между прочим, вчера с Максом разошлась.

Танюшка была все еще в шелковой пижаме ядовито-розового цвета. Она безуспешно пыталась пригладить спутанные волосы и смешно морщилась.

— Из-за чего? Вы же были отличной парой! — оживилась я.

— Отличной парой мы были полгода назад, — горестно вздохнула подруга. — А теперь Макс нашел себе другую! Понимаешь, другую девку! Ты бы ее видела! Ужас!

— Что такая страшная? — сочувственно поинтересовалась я, больше из солидарности с подругой, нежели из злорадства.

— У нее фиолетовые длинные волосы, пирсинг в губах и носу, мужская косуха и ездит она на байке, — шмыгая носом, перечисляла подруга.

— Ужас! — выдохнула я и со смешком предположила. — А может это парень?

— Ты издеваешься? — вспылила Таня. — Намекаешь, что я встречалась с геем?

— Ну… Всяко может быть, — запинаясь ответила я и состроила умильную рожицу. — Ладно, ладно, милая, я пошутила.

— Хорошие у тебя шутки над подругой, — жалобно проговорила Танюша. — Я всю ночь проревела в подушку. Только под утро заснула, а ты все зубоскалишь!

— Ревела всю ночь? — сочувственно проговорила я.

— Да!

— Думаешь, он оценил? Кому это надо? — благодушно заметила я. — Плюнь на этого козла! Мы тебе другого найдем!

— Козла? — мрачно уточнила подруга, глядя на меня исподлобья.

— Нет, почему же козла? — изумилась я. — Хорошего парня. Нормального.

— Угу… И где же он, этот хороший парень? — мрачно поинтересовалась подруга и тут же заинтересованно прибавила. — А чего это ты вскочила в такую рань?

— Настроение отличное! — солнечно улыбаясь, выпалила я.

— Ты часом не влюбилась, подруга? — поинтересовалась Таня, а в ее темных глазах плясали смешинки.

В этот момент мои щеки вспыхнули, но я продолжала лепетать:

— Нее-е-ет… Ты что подруга… Да и в кого…

— Знаем в кого! — хитро выпалила Танька. — А кто обжимался на танцполе со Славкой? Не я же, конечно!