Князь Штормовых Земель - Екатерина Соловьёва

спохватившись, зажала рот рукой и заговорила тише. – У тебя кровь.

Рука Айсы действительно была перепачкана кровью, но саму девушку это совершенно не волновало. Она даже не взглянула, спокойно вытерев ладонь о подол платья.

– Это не моя, – бросила она равнодушно.

Миисса перевела взгляд на Медею, которая все еще пыталась отдышаться. Она лежала на спине с закрытыми глазами, грудь тяжело вздымалась, а из ладони текла кровь – порез был слишком глубоким. Опустившись на колени, Миисса оторвала от своего изодранного корнями подола кусок ткани и принялась перевязывать ее ладонь. Медея вздрогнула, но глаз не открыла.

– Так… – Миисса осторожно обматывала рану. Задать вопрос, ответ на который боялась услышать, было необходимо, но она тянула время, наматывая ткань. Когда все же решилась, голос прозвучал не громче шепота: – Ты ведьма?

– Ты явно самая умная в семье, – насмешливо хмыкнула Айса. – И как только догадалась?

Пока Миисса решала, стоит ли ответить колкостью или нет, Медея сжала ее руку в знак благодарности.

– Да, – тихо подтвердила она, отворачиваясь.

Миисса понимала, почему Медея до последнего не применяла свою силу. Теперь она знала, от чего появлялся тот печальный взгляд и что за шрамы покрывали руки девушки. Рива платила за магию кровью животных, Медея – своей.

– Эй, – Миисса коснулась ее плеча, – тебе не нужно испытывать вину за свою силу.

– Я знаю, что думают о таких, как я, – поджав губы, ответила Медея. Она больше не прятала глаза, твердо смотря на Мииссу. – Мне давно нигде нет места, люди слишком привыкли ненавидеть. Я не могу их в этом винить, как не могу исправить того, что уже случилось.

Ведьма. Это слово считалось страшным ругательством и настоящим проклятием. Ими пугали маленьких детей. С ними не здоровались на улицах, не привечали в домах. Память о последнем восстании ведьм еще была жива, заставляя ненавидеть и бояться тех, кто обладал силами, неподвластными другим.

– Невозможно забыть то, что случилось, – сказала Миисса, не выпуская руку Медеи. Она чуть сильнее сжала ее, привлекая внимание. – Прошлое нельзя изменить. Но можно создать свое будущее.

– Она права. Ты не совершала ничего из того, в чем обвиняют ведьм, и не должна нести вину за их поступки.

Поддержка со стороны Айсы оказалась неожиданной, и Миисса растерянно моргнула несколько раз, прежде чем осознала ее слова. Видимо, Медея тоже не ожидала подобного – она выглядела растерянной не меньше. В ее глазах застыло чувство, которое сложно распознать, но Мииссе показалось, что это было облегчение. И благодарность.

– Я… – Медея пыталась что-то сказать, но голос не слушался, и ей пришлось откашляться. – Я благодарна вам за эти слова. Они много значат для меня.

Мииссу наполнило непреодолимое желание обнять Медею. Да, она ведьма, но не должна нести ответственность за чужие грехи. Они с Ривой отличались так сильно, что если бы Миисса собственными глазами не видела, как магия Медеи сбила с ног Лима, то никогда в жизни не поверила бы, что она ведьма. Мииссе хотелось прогнать из этих ореховых глаз всю боль и печаль, скопившуюся там за долгие годы.

Повинуясь порыву, она наклонилась и крепко обняла Медею. Та вздрогнула от неожиданности, но несмело обняла в ответ.

– Вы уже отдохнули, как я вижу? – прохладный тон Айсы вернул в реальность. Миисса отодвинулась, но успела заметить мокрую дорожку на щеках Медеи.

– Неужели нужно снова идти? – сокрушенно вздохнула девушка, снизу вверх глядя на Айсу.

– Да.

Медея не спорила. Она поднялась и попыталась отряхнуть одежду, хотя толку от этого было мало: темно-зеленое платье теперь выглядело дешевой тряпкой, покрытой грязными пятнами. Миисса опустила взгляд: ее некогда белое платье стало цвета болотной воды, от подола оторван кусок, а на рукаве зияла большая дыра. Внешний вид Айсы в сравнении с ними был особенно удивительным и одновременно раздражающим: ни грязи, ни дыр на платье, волосы почти не растрепались. Словно не было нескольких дней в клетке, словно она не бежала с ними сквозь густой лес и не падала на землю, запнувшись о корни.

– Идите за мной, – скомандовала Айса, уверенно направляясь между толстыми деревьями в глубь леса.

– Ты уверена, что знаешь дорогу? – уточнила Миисса, стараясь не терять ее из вида. Они с Медеей поспешили, чтобы не отстать.

Создавалось впечатление, словно в лесу никогда не ступала нога человека, потому что пробираться приходилось буквально силой. Шли в тишине, напряженно прислушиваясь к звукам вокруг. Они все еще боялись поверить, что им удалось сбежать, но чем дальше отходили, тем явственнее казалось, что все получилось.

Все время, что Миисса находилась в клетке, ее не отпускало чувство беспомощности и страха. Участь, уготованная девушкам в «Ночной охотнице», ужасала. Даже в самых страшных кошмарах Миисса не могла представить, что однажды окажется в такой ситуации. В первый раз она осмелилась покинуть родную деревню, и он легко мог стать для нее последним. Понимание того, что она не попадет в дом удовольствий, приходило постепенно.

Слабое чувство тревоги за бывших соседок по клетке терзало Мииссу, пока она пыталась не отставать от Айсы. Пусть им удалось сбежать, о дальнейшей судьбе каждой остается только гадать. Одну девушку они и вовсе не спасли – еще одно имя в списке сожалений Мииссы.

Она потеряла сумку. Точнее, ее украли хуры, но от этого не становилось легче. Там находились дорогие сердцу вещи, напоминавшие о любимых людях, хранились те небольшие запасы монет, которые удалось наскрести для путешествия. Что теперь делать, Миисса не знала. Она даже не представляла, где они сейчас находятся и куда Айса хочет их вывести. Оставалось довериться.

Они шли почти целый день, делая короткие вынужденные остановки. Никто не жаловался, а если у Мииссы иногда возникали подобные мысли, одного взгляда Айсы хватало, чтобы оставить их при себе. Полноценно отдохнуть смогли только ночью. Благодаря магии Медеи они развели костер и даже сумели раздобыть ягод на ужин. Ночевать в лесу было страшно, но усталость пересилила.

Айса разбудила их с первыми рассветными лучами. Миисса не понимала, в какой стороне север, и надеялась на знания Айсы, доверяя уверенности, с которой та прокладывала дорогу. Медея тоже не жаловалась – одного только чувства свободы хватало, чтобы идти все дальше и дальше.

– Скоро выйдем к озеру, – спустя несколько часов сказала Айса, указывая рукой на чуть заметный просвет.

– Какому? – спросила Миисса, хотя название вряд ли о чем-то ей скажет.

– Озеро Тени.

– Ты уверена? – встревоженно уточнила Медея, с треском ломая ветку, за которую зацепился ее рукав.

– Вполне, – Айса с подозрением посмотрела на нее. – Что-то не так?