Наследница забытой усадьбы - Джулия Поздно

рев. Аданая, в одной ночной, льняной рубашке, с хворостиной в руках пыталась выпроводить непрошенную гостью восвояси.

— Пошла вон! — крикнула она и сочно приложилась хворостиной по заду животного.

— Му! — раздался воинственный клич, и разъяренная скотина понеслась в наступление.

— А-а-а, — истошно завопила служанка, — убивают, а-а-а! Помогите!

— Му! — животное вырвало из рук женщины ненавистную палку и начало смачно пережевывать крепкими зубами. Потом смачно сплюнула ее остатки на землю и наклонив рогатую голову, понеслась в атаку;

Дрессировка явно не удалась, надо было немедленно спасать Аданаю, которая со скоростью антилопы неслась к спасательным дверям усадьбы. Но скорость обиженной скотины была намного выше.

— А-а-а, спасите, ради святого Альбана, заклинаю!

Да тут уже было не до Альбана.

Аданая, перепрыгивая через три ступеньки, взлетела по лестнице и юркнула в дверь. Теперь рога были направлены прямо на меня.

Я резко выкинула руки вперед и почувствовала горячие волны, идущие от пальцев.

Животное остановилось. Повело огромным, розовым носом с черным пятном в центре, подошло вплотную к рукам.

В этот момент, как иногда высказывалась прабабушка из моей прошлой жизни, по голеням чуть не потекло.

Но вместо ужасной смерти замаячило быть раздавленной или пережеванной, зверь лизнул руку огромным полуметровым языком и издал нежное:

— Му-у-у.

— Святой Альбан! Она вас признала!

— Кто она? — переспросила я.

— Бубали! Дикая и необузданная! Принесло же ее к нашему порогу.

— Супер! — радостно взвизгнула я. — Мне не нужны храморы! Я буду разводить бубали!

— Но они дикие!

— Да это же просто коровы!

— Какие еще коровы?!

— Бубали, которые дают молоко! Мы будем делать сыр!

Аданая стояла и испуганно вращала глазами. Она не понимала: что за корова, что за сыр.

Я спустилась по ступенькам, подошла вплотную к бубали и нежно потрясла ее за кучерявый чуб между рогами.

— Идем! — позвала я животину и пошла к конюшне.

Животное покорно повернулось за мной и медленно направилось следом.

— Пока будешь жить в конюшне, а потом мы построим для тебя хлев, теплый и уютный.

Я беседовала с бубали, как с человеком. Она точно понимала, что я ей говорю.

Нас встретил конюх.

— Хозяйка, только не это. Эта дикая тварь порвет меня на части, а потом сожрет и не подавится!

— Вовсе нет. Будь смелее, подойди ближе.

Конюх топтался на месте.

— Ну же!

Он не мог не выполнить мой приказ. Ему было страшно. Но он подошел.

— Погладь ее за чуб!

Мужчина протянул руку, его пальцы подрагивали. Рука легла на голову бульбани.

Та радостно кивнула головой и лизнуло его прямо в щеку!

— Этого не может быть, — удивленно произнес он.

— Повяжешь ей колокольчик на шею, натаскай больше сена, чтобы ей мягко спалось и дай воды!

Сердце радостно колотилось в груди. Надо же как все славно получилось.

— Му-у-у-у-у-у, — раздался протяжный голос за спиной.

«Надо же! Это она мне типа «пока» сказала?» — подумала я, направляясь в усадьбу.

Я ошиблась.

Не успела я вернуться на приусадебный двор, как опять услышала истошный крик Аданаи.

— Леди Ильена! Да что же это сегодня происходит! Скорее сюда!

За спиной по-прежнему раздавалось: «Му-у-у».

— Святой Альбан!

— Что еще произошло?

— Хозяйка, я не выдержу! — произнесла Аданая, указывая пальцем на ворота.

— Да в чем дело?!

— Они у вас за спиной!

В полном недоумении я обернулась и замерла.

Десяток бульбани, веселых мальчиков и девочек, упирались рогами в ворота.

— Му-у-у-у-у-у, — доносилось со стороны конюшни.

Я взвизгнула от радости и кинулась открывать засов.

— Аданая! У нас будет ни одна бульбани, а целое стадо!

Служанка схватилась за голову.

Дикие животные прогремели копытами на продолжительный зов!

— Да я смотрю вы тут время не теряете, — услышала я насмешливый голос. — Леди Шорсли— предводительница бульбани! Вам осталось только оседлать одного из них и войной пойти на соседнее королевство.

— Зачем же далеко ходить! Могу прямо сейчас, не сходя с места, оседлать не менее дикое животное, позволяющее нападать на меня! — ляпнула я сгоряча.

— Неожиданно… Ты великолепна, когда в гневе, — усмехнулся Максан. — Сколько страсти!

И тут до меня дошло! Горячим жаром полыхнуло в груди, в висках застучало, не хватало воздуха.

— Какого черта вы себе позволяете, сэр! — рявкнула я, гордо подняла голову. Шпилька вылетела из волос, и они волной рассыпались по плечам. Я сделала шаг прямо навстречу ему, подошла вплотную!

Служанка стояла на месте, туго соображая, каким бисером ей рассыпаться по полу и под какие шкафы, чтобы ее не было видно и слышно.

— Даже не мечтайте! — многозначительно сказала я и посмотрела в его глаза.

На минуту он замешкался, но тут же взял себя в руки.

— Не могу сказать, что я был бы счастлив! Но вам —думаю понравится!

Я широко раскрыла глаза, мне хотелось схватить его и разорвать на части! Выдохнула, взяла себя в руки и с напускным равнодушием произнесла:

— Займитесь лучше возведением хлева для моего стада! Это единственное, что на сегодняшний день вы можете хорошо делать! В остальном не уверена!

Это был отличный удар по его самолюбию. Лицо лорда слегка побледнело, в глазах проснулась ярость.

— Как прикажете! Но, чистить хлев будете сами! У вас это тоже отлично выйдет!

— Не волнуйтесь, я найму тех, кто это будет делать!

— На что? На мои скромные средства? Своих то у вас нет! А у меня придется очень хорошо просить, — и дракон явно намекал на то, что валяться мне у него в ногах, пока он не подобреет.

— Чтобы отсох ваш язык!

— Вы все прекрасней! Какие еще будут пожелания?

Со злости я топнула ногой, рывком дернула дверь и скрылась в коридоре.

***

Я шла по коридору и метала молнии во все стороны. Ну если можно так сказать о моем отвратительном настроении. Принесла его нелегкая. Опять ехидничал и высмеивал. Ненавижу!

Идея с бульбанями так меня окрылила, что даже забыла о главном. Я ускорила шаг

В два счета оказалась у дверей спальни. Уже в комнате, подбежала к кровати и откинула подушку в сторону. Выдохнула! Ценный сверток лежал там, где его оставила.

Несколько минут в раздумье крутила сверток в руках, не зная в какое надежное место спрятать его. Наконец,