Проклятье медведей - Кимбер Уайт

Раф встал. Он был такой высокий. Он заполнил мое поле зрения, закрывая свет позади себя и все остальное в комнате. Даже когда мой разум протестовал против этого, мое тело взывало к нему. Я хотела почувствовать его прикосновение. Я хотела раствориться в его прикосновениях.

‒ Я даже не могу сказать тебе самого худшего. Я поклялась на крови. Меня могут наказать даже за то, что я разговариваю с тобой, не говоря уже о том, чтобы…

‒ Тогда позволь мне рассказать тебе самое худшее. Ведьмы ‒ причина того, что через несколько поколений оборотней может и не остаться. Ты это знала? Я сказал, что Анам Кара могут рожать новых медведей, но обычно только самцов. Ты знаешь, чем я рискую, даже говоря об этом с тобой? Геноцид. Вот что ведьмы делают с оборотнями. Я, наверное, могу пересчитать по пальцам одной руки количество медведиц, которые все еще существуют в мире. Так поступают ведьмы. Ваше заклинание. Заклинания Цирцейских ведьм. Вот кто ты такая, не так ли? И твои люди пытаются сделать это снова.

У меня отвисла челюсть. Ярость заклокотала во мне.

‒ Ты ничего не знаешь. Более тысячи лет назад ваш род уничтожил наших старейшин. Вы сожгли наши библиотеки. Ты даже не представляешь, что мы потеряли.

Мои губы дрожали от этой тайны. Я не могла признаться ему в этом. Я и так уже сказала ему слишком много. Но в этих пожарах мы потеряли наши самые старые гримуары. С ними мы потеряли так много нашего языка. Мы потеряли способность творить новые заклинания. Вот, что сделали оборотни. Такие, как Раф. Как он мог стоять здесь и пытаться заставить меня поверить, что во мне есть магия оборотней?

Он провел рукой по волосам и повернулся ко мне спиной.

‒ Нелепо. Просто смешно. Ты действительно думаешь, что мы вдвоем решим эту проблему, поговорив об этом? Я не собираюсь извиняться или оправдываться за то, что случилось за тысячу лет до того, как мы оба родились. Я и не прошу тебя об этом. Все, что я знаю, это то, что смотрит мне в лицо и заставляет мое сердце чуть не взорваться в груди. Черт возьми, Талия. Ты знаешь, кто ты. Ты можешь это почувствовать. Ты собираешься стоять здесь, в двух метрах от меня, и говорить, что ты не хочешь того, что и я, хотя я знаю, что ты также хочешь меня?

Раф взял мою руку, и положил на грудь прямо над сердцем. Он действительно чувствовался необыкновенно. Его пульс стучал под моими пальцами. Мой собственный вспыхнул, чтобы соответствовать ему. Я чувствовала его желание вместе со своим собственным. Оно опалило меня изнутри, заставляя мои колени ослабеть, а зрение затуманиться. Боже. Я хотела его. Я принадлежала ему. Что, если он прав во всем?

Я хотела вырвать свою руку. У меня была дюжина оскорблений, которые я могла бы высказать, когда повернулась бы и вылетела за дверь. Но, поскольку пульс Рафа бился в такт с моим, взывая к моей магии, откуда бы он ни исходил, был слишком силен, чтобы бороться. Прежде чем я поняла, что делаю, я поднялась на цыпочки, скользнула другой рукой по его руке и положила ее ему на плечо. Его глаза потемнели, когда его собственная магия попыталась принять физическую форму. Медведь. Его жар. И мой тоже.

Его руки обвились вокруг моей талии. Он оторвал меня от пола, и когда его губы нашли мои, вокруг нас затрещали молнии. У меня разразилась буря внутри. Я увидела Рафа сквозь голубую дымку. Его поцелуй. Его прикосновение. Его запах. Он был повсюду, заставляя мою плоть пульсировать, жаждать наполнения. От него. Боже. Я хотела, чтобы он был внутри меня. Я никогда не чувствовала ничего подобного. Я не могла сказать ему, кто я такая. Он уже знал. Анам Кара. Но, помимо этого, я была девственницей. До этого момента я не совсем понимала, почему. Дело было вот в чем. Для него. Ничто другое никогда не удовлетворило бы его.

Его руки были повсюду. Я рванула его рубашку, отчаянно желая ощутить его обнаженную кожу на своей. Он почувствовал то же самое притяжение. Умелыми пальцами он расстегнул перед моего платья и нашел мои затвердевшие соски. Я застонала от удовольствия, когда он превратил их в твердые пики. Я откинула голову назад и запустила руки в его волосы, когда его губы нашли путь к моей груди. Он ласкал и сосал. Жар пульсировал между моих ног, и вскоре он заставил меня промокнуть до нитки.

Все. Уже слишком. Свет и пламя. Огонь и пепел. Как я могла сомневаться, откуда взялась эта сила? Воздух зашипел, когда моя магия хлынула из меня. Было так жарко, так хорошо. Голубая молния оплеталась вокруг нас, обволакивая и связывая нас вместе.

‒ Талия, ‒ прошептал он мое имя. ‒ Ведьма.

Я бы ему ответила. Я хотела умолять его об освобождении, которого так отчаянно жаждало мое тело. Но глаза Рафа снова закатились. Он запнулся и ослабил хватку. Я скользнула вниз по нему, пока мои ноги не коснулись пола.

‒ Медведь? ‒ ахнула я.

Он выглядел как-то не так. Его когти вылезли наружу, но цвет лица стал серым. Он потянулся ко мне, опрокинувшись, как огромный дуб. Каким-то образом у меня хватило сил подхватить его и осторожно опустить на пол.

‒ В чем дело?

‒ Что ты со мной сделала? ‒ прохрипел он.

‒ Что? Я не… Ничего.

Но это было неправдой. Внутри меня бушевала война. В то же время я не хотела ничего больше, чем отдаться ему, старая древняя магия восстала против этого.

Он весь горел. Его рубашка была наполовину снята, и я осторожно вытащила его руки из нее. Раф откатился в сторону от меня. Когда синий свет от моих пальцев исчез, его цвет, казалось, вернулся. Но, его потрясенное выражение лица разорвало меня.

‒ Раф? Ты меня слышишь?

Закашлявшись, он кивнул.

‒ Да.

‒ Я не пыталась причинить тебе боль.

Краска вернулась к его щекам, в то же время его глаза расширились от ужаса. Он сел и потянулся, пытаясь разглядеть, что я делаю. Его поза ослабла, и он закрыл лицо руками.

‒ Я знаю, ‒ сказал он. ‒ Талия, мне так много нужно тебе сказать. Но мне нужно вернуться на хребет.

Боже. Я не хотела, чтобы он