Любовь и Гниль: Сезон 1 (Эпизоды 7-12) (ЛП) - Хиггинсон Рейчел

— Она… я не знаю, Тайлер. Она совсем другая. И не только потому, что она умеет защищаться и умеет драться. Она просто та девушка, у которой есть всё. Она великолепна, независима, но сначала делает то, что лучше для всех остальных. Она…

— Ладно, я поняла, — простонала я.

На самом деле я не ожидала полного перечисления всех её качеств, но было приятно знать, что мне явно не хватает всего этого. Он каким-то образом умудрился задеть мою гордость сразу после того, как я сказала ему, что не хочу его.

— Должно быть, это отстой быть рядом с этой идеальной девушкой каждый день, зная, что она выбрала твоего брата.

На самом деле я была искренна, но понимала, как сопливо это прозвучало.

Вон поморщился, но был достаточно хорош, чтобы ответить:

— На самом деле, всё не так плохо. Мы легко подружились, и хотя я знаю, что из этого могло бы что-то выйти, если бы мы были в нормальных обстоятельствах, я понял, насколько осознанно мой брат хотел быть с ней. Какое-то время я думал, что мы с Хендриксом переждём, посмотрим, на что она решится со временем. Вообще она не очень-то торопилась выбирать, но потом наши обстоятельства изменились, и Хендрикс оказался первым. Сначала мне было немного горько, но думаю, что это сработало к лучшему. Хендрикс действительно счастлив, а он не тот человек, который когда-либо… был счастлив. И Риган, кажется, тоже счастлива, хотя я думаю, что Хендрикс немного пугает её. Я пытаюсь сказать, что нам с Риган не суждено было быть вместе. И теперь меня это вполне устраивает.

— Не суждено быть вместе? Думаешь, это навсегда? Что, если у них с Хендриксом ничего не получится?

Я всё равно не была уверена, что верю ему. Я заметила, как он наблюдает за ней и смотрит на неё. Парень был полностью сражён.

— Я не смогу этого сделать. Не говоря уже о том, что странно встречаться с бывшей своего брата. Между братьями существует кодекс и, в конце концов, моя семья — это самое важное в моей жизни.

— Хм, — произнесла я, потому что, честно говоря, не могла этого понять.

Если моя семья и была когда-то самой важной вещью в моей жизни, то это было очень давно. Кроме Миллера.

— Так каковы же были обстоятельства? Те, что ускорили процесс сближения?

Вон невесело рассмеялся:

— Твой брат. Или, точнее, весь опыт Колонии. Ну, ты же там была. Риган вырвалась и бросилась прямо в объятия моего брата.

— Чёрт возьми, для тебя это полный отстой.

Он ткнул меня локтем в рёбра.

— Ты, наверное, самый понимающий и чувствительный человек из всех, кого я знаю, — протянул он.

— Извини, — хихикнула я. — Я никогда не отличалась сочувствием.

— Шокирует.

— Но я серьёзно. Прошу прощения. Кейн всегда был мудаком класса А, но то, что он хотел провернуть с Риган, выходило за рамки его обычного репертуара сумасшедшего. Ладно, это не совсем так. Но что касается женщин. Она стала исключением из его обычно низких стандартов. Я прекрасно понимаю, почему она бросилась прямо в объятия порядочного человека.

— А ты? — спросил Вон, переводя тему, вероятно, отбрасывая болезненные воспоминания. — Почему ты не готова к знакомствам во время зомби-апокалипсиса?

— Кроме того, что я уважаю себя?

— Ауч.

— Эй, послушай, я хотя бы не выкладываю список, кем ты не являешься, — заметила я, стараясь, чтобы это прозвучало как шутка.

Но потерпела неудачу.

Вон опустил подбородок на грудь и встряхнул лохматыми волосами.

— Хорошо, я понимаю твою точку зрения. Но я, честно говоря, не говорил, что ты не такая. Я просто рассказывал тебе, что привлекло меня в Риган изначально. Это не имело никакого отношения к тебе лично.

Моё эго немного воспрянуло, и я сказала:

— Я могу сказать то же самое. С тобой всё в порядке… или… — это прозвучало просто плохо, поэтому я прочистила горло и попыталась снова. — Я пытаюсь сказать, что это не имеет к тебе никакого отношения. Я влюблена в другого.

— Ты влюблена? — его голос прозвучал так потрясённо и недоверчиво, что я чуть не рассмеялась.

— Да.

— Ничего себе.

Вона поднял голову и встретился со мной взглядом. Я предположила, что он пытается понять, говорю ли я правду или нет, потому что его тёмно-синие глаза глубоко заглянули в мои, как будто искали что-то.

— Я просто не ожидал этого. Ты кажешься такой…

— Что? Ты думаешь, я не способна любить? — прошипела я.

— Эй, притормози, я хотел сказать «закрытой». Вокруг тебя огромная стена, и я лично установил, что невозможно пройти через твою защиту. Всё, что я имел в виду, это то, что хотел бы встретиться с человеком, который может это сделать.

Сквозь его короткую бородку я увидела вкрадчивую улыбку и снова почувствовала, что смягчаюсь.

Ладно, он был очарователен. Я могла это признать.

Он почувствовал, когда я договорилась со своей внутренней сукой, и надавил:

— Так ты оставила его в Колонии? Или он был откуда-то ещё?

А потом грянула ледяная реальность, и я выпалила правду, как делала всякий раз, когда кто-то спрашивал меня, где Логан.

— Он мёртв.

Вон резко втянул в себя воздух, а затем, заикаясь, произнёс несколько неопределённых звуков, прежде чем снова замолчал.

— Извини, я не должна была вываливать это на тебя, — поспешила я извиниться.

Мне было ужасно неприятно говорить об этом, если уж на то пошло, я никогда не говорила об этом. Вернувшись домой, мой папа был более чем счастлив позволить этой правде остаться похороненной в прошлом, где он в прямом смысле похоронил её. Но Вон был вторым человеком, которому я рассказала об этом, и мои слова и чувства всё ещё были слишком сильными и неловкими.

— Нет, всё в порядке, — заверил он меня. — Я просто не ожидал этого. Я бы никогда не стал дразнить тебя, если бы знал.

— Я знаю, — прошептала я. — Просто я всё ещё привыкаю делиться этим с людьми. Дома мне не разрешали об этом говорить. Но я знаю, что это неловко. Просто, я также знаю, что мы все потеряли людей, которых любили. Так что, в любом случае, я не знаю, что я пытаюсь сказать.

Теперь уже я начала запинаться.

— Так это был Пожиратель? — осторожно спросил он.

— Нет.

— Извини, если ты не хочешь говорить об этом, я не должен…

— Это был мой отец, — признание сорвалось с моих губ точно так же, как и с Риган.

Я не привыкла говорить не только о Логане, но и о своём отце. Вернувшись в Колонию, я ни разу не произнесла ни слова против отца. Если бы я это сделала, последствия были бы болезненными и душераздирающими. Мой отец узнавал всё, абсолютно всё. И тогда он знал, как превратить твою жизнь в ад, чтобы отомстить тебе. Мы с Миллером не раз становились жертвами его реформ.

Вон ничего не сказал и не попытался снова прервать. Он просто ждал, пока я приду к согласию с тем, что и как много я собираюсь ему рассказать.

— Мы с Логаном были влюблены друг в друга с детства. Мы выросли вместе, влюбились друг в друга ещё до того, как узнали, что такое любовь. Он был моим первым поцелуем, моим первым парнем, моим первым, ну, одним словом, всем. Мы всегда планировали пожениться и вместе сбежать в большой город или ещё куда-нибудь. На самом деле не имело значения, где мы бы оказались, мы просто хотели быть вместе и убраться подальше от Кастер Спрингс. Так назывался наш маленький городок до того, как он стал Колонией, — я прочистила горло и сосредоточилась на важных деталях. — Как бы то ни было, вместо того чтобы сразу поступить в колледж, мы целый год работали дома, а потом собирались пожениться и вместе поступить в колледж. Он работал на моего папу, а у меня была хорошая работа в администрации школы. Это было немного, но мы были так молоды, что видели только надежду и возможности.

Я умолкла. Мне надо было справиться со своими эмоциями, и Вон заполнил пробелы.

— А потом началась инфекция.

— Да, — я позволила слову сорваться с губ и подтянула колени к груди, чтобы обнять их. — К нам она пришла не сразу. Я помню, как смотрела новости и видела, как рушатся целые города. А мы были всего лишь маленьким городком в Арканзасе, на который никто не обращал внимания.