Дракон очарованный. Подвид женатый (СИ) - Надежда Игоревна Соколова

каблуками по коридорам и лестнице, я зашла в обеденный зал точно в срок. И императорское семейство, и придворные уже сидели на своих местах. И ждали завтрака.

Пока я не зашла, да. Потом они все как-то резко забыли о своих страдавших желудках и впились в меня жадными взглядами. Ну как же, такая сплетня на ближайшие пару недель! Надо обязательно разглядеть каждую деталь моего костюма, чтобы было о чем спорить долгими холодными вечерами у горящего камина.

Как ни странно, спокойной осталась только герцогиня Арантайская. Она окинула меня равнодушным взглядом и вернулась к своей тарелке, пока еще пустой. В принципе, как я и думала.

А вот Ричард… О, он был в ярости. Его взгляд пылал, словно лесной пожар. Впрочем, меня это мало волновало.

— Доброе утро, — мило улыбнулась я. — Смотрю, я вовремя. Завтрак вот-вот подадут.

Договорив, я грациозно уселась в кресло возле Ричарда и усиленно затрепыхала ресничками. Этакая девочка-цветочек, голодная причем.

Свекор со свекровью синхронно улыбнулись. Понять бы только, их настолько позабавила моя выходка, или они не решились портить отношения с богами?

В это время слуги внесли блюда на завтрак. И народ на время отвлекся от меня. Впрочем, я не позволяла им полностью обо мне забывать, раз за разом позвякивая браслетами, что бесило Ричарда еще больше. Внешне я была невозмутима. А вот в душе радовалась. Пусть, бабник, сойдет с ума от ревности к собственной жене. Будет знать, как по любовницам бегать в день свадьбы.

Завтрак завершился. Придворные один за другим поднялись из-за стола. И совсем скоро в обеденном зале осталась только императорская семья. Мы собирались пить здесь чай. И только потом могли разойтись по своим комнатам.

— Вы великолепно выглядите, Ирисия, — сделал мне комплимент Артур. Он был намного вежливее и галантнее своего сыночка, моего дражайшего супруга. Тот продолжал скрипеть зубами на своем месте. — Но я удивлен, что вы не побоялись выйти в подобном наряде к столу.

— Благодарю за комплимент, — улыбнулась я. — В том мире, где я жила, этот наряд не считался таким уж ужасным. — В глазах Лидии с дочерьми зажегся неподдельный интерес. — И я не думаю, что в правилах этикета есть хотя бы одна строка, объясняющая, какой длины обязательно должно быть платье за завтраком. Так что формально я ничего не нарушила.

— Необычный мир, — отметил Артур. — Ваши родственники тоже там живут?

— Вы говорите о божественных предках? — уточнила я. — Понятия не имею. Я знаю своих родителей. Но не уверена, что кто-то из них является потомком божества.

— Похоже, вы удивлены не меньше, чем мы.

— И даже больше, — невесело хмыкнула я. — Уж поверьте на слово. Если учесть, что я прибыла из немагического мира и о богах и магии читала только в книжках, то мое удивление станет более понятным.

Артур кивнул, принимая объяснение.

— Вы вернулись после общения с богами. Значит ли это, что вы пока не спешите разрывать ваш брак?

— Прадед уговорил меня не делать этого без весомых причин, — я кинула взгляд на самую весомую причину, кипевшую сейчас, словно топка у паровоза.

Артур, Лидия и их дочери синхронно улыбнулись.

Ричард выпустил из ноздрей колечки пара. Вот как у него это получается? Может, научит?

— Кстати, — вспомнила я вопрос, который забыла задать богам, — теперь, когда выяснились мои корни, наши с Ричардом дети все же станут слугами?

— Праправнуки бога жизни? Нет, конечно.

Угу. В любом другом случае мне точно ответили бы «да». Ну, или промолчали бы на худой конец. Нет, с нынешними традициями определенно надо что-то делать. Как-то их менять. Не дело это, когда дети расплачиваются за дурость родителей, особенно отца, не способного пройти мимо очередной юбки.

Но здесь и сейчас я, конечно, промолчала и вернулась к своей наполовину допитой чашке чая.

Потом. Все потом. Революцию надо устраивать подготовленной.

Чаепитие скоро закончилось. И я поднялась из-за стола, чтобы вернуться в свою спальню. Ричард отправился со мной.

Я не возражала. Чем раньше этот умник узнает все, что я о нем думала, тем проще будет жить нам двоим.

До моей комнаты мы дошли в полном молчании.

Я открыла дверь, переступила порог. Ричард остался на месте, в коридоре.

— Амулет, — выдал он раздраженно.

— Отличная защита от нахальных мужей, — отрезала я. — И я вроде бы тебя не звала…

Договорить я не успела. Сначала послышался поток ругательств, потом меня прижали к стене, уже внутри комнаты. Дверь закрылась сама. А Ричард попытался меня поцеловать. Наивный. Губы скользнули по щеке. А затем…

Я успешно вывернулась из захвата, полюбовалась на признаки аллергии на лице Ричарда и предложила:

— Давай по-хорошему, а? Ты идешь к себе, я остаюсь здесь. У меня нет ни малейшего желания сейчас с тобой…

Второй захват вышел удачней первого. И губы Ричарда все же накрыли мои.

Глава 23

Любовь и бедность навсегда

Меня поймали в сети.

Но мне и бедность не беда,

Не будь любви на свете.

Зачем разлучница-судьба —

Всегда любви помеха?

И почему любовь — раба

Достатка и успеха?

Роберт Бернс

У меня слишком давно не было мужчины. Да, в том самом понимании этого выражения. Наверное, пора настала. Иначе никак по-другому я не могу объяснить нашу с Ричардом постельную игру. Только вчера я била себя в грудь кулаком, что муженек мне вообще не нужен, что я отлично проживу и без него. И вот, пожалуйста, кувыркаюсь с ним в кровати.

Я, настоящая я, не была девственницей. Зато это тело было. И потому последствия не заставили себя ждать.

— Мужики, — ворчала я после первого раза, ерзая на простынке. — Вот почему вас так природа любит?! Все мучения нам, женщинам, достаются.

— Все? — саркастически спросил Ричард, почесываясь. — Тебе напомнить про мою аллергию на один сволочной амулет?

«Заслужил», — так и хотелось сказать мне.

Но