Судьба пепла - Тесса Хейл

или кто-нибудь из других парней услышат, как ты это говоришь, они тебя прикончат.

— Они могут попытаться, — отрезала Хлоя. — Но когда поймут, насколько я могущественнее этого куска мусора, они будут умолять меня вернуться.

Мими и Грейс хранили молчание.

— Вы мне не верите? — отрезала она.

Грейс прочистила горло.

— Я просто думаю, что она им очень понравилась.

— Они увидят правду, не волнуйся.

Холодок пробежал у меня по спине, когда я быстро натянула форму. Отдернув занавеску, я направилась к шкафчику.

Взгляды трех девушек впились в меня. Я почувствовала их сердитый жар, когда наклонилась, чтобы взять рюкзак. Когда я выпрямился, Мими смотрела прямо мне на грудь.

Паника охватила меня, когда я быстро взглянула вниз. На моей блузке было расстегнуто несколько пуговиц, но, к счастью, метка феникса была незаметна.

Мими выпятила подбородок.

— Позволяешь им всем терзать тебя сейчас?

Я выдохнула. Она смотрела на клейма Колта. Я ухмыльнулась ей.

— Весь день и всю ночь.

— Отвратительно, — прошипела Грейс.

Я просто улыбнулась еще шире.

— Сильно ревнуешь?

Я закинула рюкзак на плечо и направилась к выходу из раздевалки.

Трейс и Колт ждали прямо снаружи. Трейс в мгновение ока оказался рядом со мной, взял мое лицо в ладони и крепко поцеловал.

— Я чертовски скучал по тебе, — прорычал он.

Я прижалась своими губами к его.

— Мне нравится, когда по мне скучают.

Он обхватил ладонью мою ягодицу, сжимая.

— Можешь показать мне насколько позже.

Я не смогла сдержать смешок.

— Давайте убираться отсюда, пока он не схватил тебя в коридоре, — пробормотал Колт.

— Лучшее использование школьных часов, какое я могу придумать, — парировал Трейс, обнимая меня за плечи и ведя по коридору.

— Как прошла физкультура? — спросил Колт, пока мы шли.

Я знала, что он хотел знать. Как эта ужасная троица обходилась со мной.

Я потеребила уголок губы.

— Все было прекрасно.

Трейс издал рокочущее рычание.

— Сучки.

— На самом деле все было не так уж плохо, — возразила я. — Это своего рода забавно — заставлять их головы взрываться.

Колт рассмеялся не так, как я ожидала.

— Я хочу, чтобы ты была осторожна с Хлоей, пока мы не узнаем, что с ней происходит.

Я пожала плечами.

— Ладно. Но она просто кажется такой же озлобленной дрянной девчонкой, как и всегда. Может быть, чуть более взбешенной.

Колт мгновение молчал, а затем кивнул.

Мы направились к внедорожнику, где ждали остальные ребята.

Деклан оттолкнулся от машины и вытащил меня из объятий Трейса.

— Эй, — запротестовал Трейс.

— Моя очередь, — сказал Деклан. — Я не видел ее после английского.

Он запустил руку мне в волосы, оттягивая мою голову назад. Его губы встретились с моими в страстном поцелуе, который показал мне, как сильно он скучал по мне.

— Ты на вкус как рай, — прошептал он мне в губы.

— Ты почти так же вкусен, как мороженое, — пробормотала я.

Деклан усмехнулся.

— У меня внезапно появилось настроение съесть мороженое.

Мои глаза загорелись, а в животе заурчало.

Дэш рассмеялся, целуя меня в висок.

— Мы приготовим немного, когда вернемся домой.

— Не собираюсь с этим спорить, — сказала я.

Мы забрались во внедорожник, но как только мы оказались на местах, Ронан усадил меня к себе на колени.

Я взвизгнула от удивления, когда он уткнулся лицом мне в шею и глубоко вздохнул. Я прижала руку к его груди.

— Эй. Ты в порядке?

Он кивнул.

— Моему дракону не нравится, когда ты пропадаешь из виду.

Вспышка беспокойства пробежала по мне.

— Это больно?

— Ну, не солнечный свет и розы.

Я расстегнула несколько верхних пуговиц на его рубашке и просунула руку внутрь. Его сердце билось о мою ладонь в ровном ритме.

— Прости.

— Это не твоя вина, — проворчал Ронан.

— Мне все равно не нравится, когда тебе больно.

— Все станет проще, как только у брачной связи появится возможность уладить дело, — сказал Колт, выезжая со стоянки.

Дэш наклонился вперед с заднего сиденья.

— И даже больше, как только мы заякоримся.

Но если Ассамблея настоит на своем, мы, возможно, никогда не закрепим связь.

— Это все наши сверхъестественные стороны, — объяснил Трейс. — Прямо сейчас они находятся за пределами территории. Им нужно как можно чаще контактировать с тобой.

Я могла это понять. Я так сильно чувствовала влечение ко всем ребятам. Если бы я слишком долго не видела никого из них, у меня начала бы болеть грудь.

— И как долго это обычно длится?

Колт пожал плечами, поворачивая к дому.

— Обычно пару месяцев.

— Ух ты, — пробормотала я.

Ронан уткнулся носом в мою шею.

— Я не против быть рядом с тобой.

Я ухмыльнулась.

— Как и я.

— Что за хрень? — прорычал Трейс.

Я подняла голову и увидела фигуру, стоящую у ворот.

Деклан издал низкое рычание.

— Что, черт возьми, здесь делает мой отец?

22

Внушительная фигура Патрика маячила перед воротами, где он стоял в окружении двух охранников по бокам. Охрана Колта собралась, Луис сердито указывал на то, что, как я предполагала, было транспортным средством драконов.

Охранник двинулся к окну Колта, когда тот опустил его.

— Что, черт возьми, происходит? — рявкнул Колт.

Моложавый охранник поморщился.

— Прошу прощения, сэр. Он появился всего минуту назад и отказался уходить. Мы как раз собирались вам звонить.

Колт пробормотал проклятие себе под нос и выключил двигатель.

— Оставайтесь с Лейтон.

Он выскочил из внедорожника прежде, чем кто-либо из нас успел отреагировать.

Трейс быстро последовал за ним, бормоча что-то о том, что нельзя отпускать Колта одного.

Я скользнула к двери, но Ронан поймал меня за руку.

— Не надо, — предупредил он.

Я осторожно высвободила локоть.

— Он ничего здесь не сделает. Здесь слишком много свидетелей. И мне нужно показать ему, что я не боюсь.

Патрик О'Коннер был хулиганом. И мало что могло разозлить хулигана больше, чем притворяться, будто это на тебя никак не влияет.

Я отодвинула щеколду и открыла дверь.

Взгляды Колта и Трейса мгновенно метнулись ко мне, оба стали суровыми. Я просто улыбнулась, натянув на себя маску беззаботного безразличия. Позади меня послышалась возня, и я поняла, что остальные ребята выбрались из Эскалейда.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Деклан.

Было что-то такое в тоне его голоса. В столь немногих словах было столько эмоций. Гнев, боль, холодная отстраненность. От этого звука у меня защемило в груди.

В серых глазах Патрика промелькнула ярость.

— Мой сын здесь.

Мускул на щеке Деклана дико дернулся.

— У тебя нет сына.

Серебро сверкало в глазах.

— Не позволяй лжи и полуправде поколебать себя.

— Здесь только один лжец, и я смотрю на него, — парировал Деклан.

— Я