Дракон в огороде (СИ) - Белых Любовь

— Да тебе жалко, что ли? — терпение на исходе. В голос пробираются истерические нотки. — Просто не преследуй меня! Не преследуй нас с Энлии. Что они нам сделают? Сам сказал, что там барьер!

— Да при чём здесь барьер?! Ты хочешь их просто так накормить! Как я потом смогу с них что-то стребовать, если ты им хочешь просто так отдать томатную ягоду?!

Жмот! Недальновидный жмот.

— Ой всё. Надоел.

Беру курс на нужное направление и отворачиваюсь от мужчины. Всё равно ведь сделаю, как задумала.

Не хотят помогать? И не надо. Сама справлюсь. Докачу как-нибудь помидор к проходу. Зря у него, что ли, кожура такая толстая и форма подходящая?

— Ольга, возможно, стоит прислушаться к доводам Клинвара? — в вопросе Дэя отчётливо слышится упрёк. — Как-никак он здесь выживал годами и его опыт…

Не выдерживаю и перебиваю:

— Хреновый у него опыт! — пусть обидно, зато правда. — Он умеет выживать! Ни в коем случае не принижаю его достоинств, но я хочу жить! Жить, а не выживать, Дэйвар. Улавливаешь разницу? Я не пойму, вам помидора жалко?! Так я ещё вам выращу! Вон, сколько семян вместе с соком вылилось на землю. Соберите, а я выращу. Я уже и о помощи не прошу. Просто не мешайте. А ты… — голос невольно становится тише и неувереннее. О помощи всё же попросить нужно. — Присмотри, пожалуйста, за Лизой. Я быстро вернусь… а ты ей нравишься.

— Госпожа, — заговаривает эльфийка, — Я могу присмотреть. Я хорошо лажу с детьми.

Меня передёргивает от её обращения, но я не акцентирую на этом внимания:

— Вам лучше пойти со мной.

— Если вам так угодно… — Энлии выглядит весьма растерянной и я прекрасно её понимаю.

Наверное, для них я чудачка. Только вот я уже мотивированная и чующая запах жареной картошки, преследующий меня с тех самых пор, как я услышала о её существовании.

— И-и-идём, Энл-ли-и-и… — толкнув помидор вперёд, тяну я.

Тяжёлый, зараза. Ничего. Справлюсь. Не на горбу же тащить? Дотолкаю так потихонечку, помаленечку. Ничего. И помогать мне не надо. Сама разберусь. Так даже лучше.

Собственно, никто мне помогать и не собирается. Ну-у, не мешают, и на том спасибо.

Движемся медленно. Одного переката помидора хватает на несколько метров. Вставая на желтоватую жопку, овощ замирает и ждёт, когда я найду в себе силы, чтоб отправить его на следующий круг. Признаться, занятие оказывается тяжелее, чем я себе представляла. Прошло всего пять минут, а у меня уже болят руки, мышцы на ногах и ступни. Как-никак, а толкать приходится всем телом, упираясь босыми пятками в землю с окоченевшими комьями.

«А кто говорил, что будет легко?» — флегматично подмечает моё подсознание.

— Госпожа… — Энлии хватает меня за руку, аккурат в тот момент, когда я натужилась и почти толкнула помидор, — Там мужчина!

Нога скользит. Я теряю равновесие и падаю на подогнувшихся локтях на помидор, рвано дыша.

— К-какой мужчина?

— Там же, госпожа, впереди, стоит и смотрит на нас. Нехороший взгляд у него, нехороший… — испуганно шепчет эльфийка, не отпуская моего предплечья.

Выглядываю из-за помидора, наклонившись к красному боку, и в самом деле вижу… кого-то.

Длинную серую рубаху с широкой горловиной треплет лёгкий ветерок, отчего все костлявые места на теле мужчины в годах предстают перед моими глазами. Тощие коленки, узкие щиколотки, торчащие, как шпили, локти в разрезах на широких рукавах, огромные ботинки, один из которых перевязан проволокой и… длинные уши.

— Это же… старик. — немного отдышавшись, я с сомнением перевожу взгляд на Энлии. — Ему лет шестьдесят. Сто лет в обед. — искренне не понимаю, почему седоволосый и длиннобородый немощный эльф испугал мою подельницу. — Думаешь, он на нас нападёт? — даже не замечаю, как перехожу на ты, с любопытством заглядывая в голубые глаза, полные тревоги и волнения.

Конечно же, здесь есть другие люди и эльфы. Стоит ли их бояться? Вопрос сложный, но вряд ли им стоит свой страх показывать. Этим непременно могут воспользоваться в своих целях.

— Идём. — дёргаю рукой, высвобождая свою конечность от эльфийской хватки, и решительно толкаю помидор вперёд. — Не показывай, что тебе страшно. Вообще, делай вид, что ты его не видишь. — раздаю советы направо и налево, сама же отвлекая себя от пугающих мыслей.

— Как скажете, госпожа.

— Оля! — рычу, вновь уперевшись руками в помидор.

— Как скажете, госпожа Оля. — быстро бормочет эльфийка, виновато опустив глаза к земле.

Да ну глянь! Тьфу ты!

— Без госпожи. Просто Оля, Энлии!

Женщина хочет что-то сказать, но её опережает скрипучий мужской голос:

— Голубушки, куда же вы направляетесь с томатной ягодой?

Энлии округляет глаза и поджимает губы. Не иначе как вспомнила мои советы и делает вид, что старика не существует.

— К проходу! — бойко отзываюсь я. — Вы бы отошли в сторону, а то помидор на ногу как закатится, так и до перелома недалеко. Тяжёлый ведь.

Выглядываю из своего укрытия и замечаю, как старик, прихрамывая на одну ногу, отходит с траектории движения помидора.

И чего Энлии боялась? Очень даже культурный и понимающий мужчина, оказывается.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

…а уши у эльфов и правда волосатые по верхним хрящам.

Толкаю свой источник манипуляции снова и снова. Раз, второй, третий, пятый… Наконец-то до меня доходит, что старик остался позади нас и так и не сдвинулся с места, провожая нас странным взглядом.

Останавливаюсь. Оборачиваюсь, тряся онемевшими и ноющими руками, и абсолютно уверенно кричу:

— Если вы голодны, идите к Клинвару. У него ещё есть томатная ягода.

Мне кажется, мужчина даже вздрогнул, расслышав или слова. Только вот с места не сдвинулся.

Ну-у, моё дело предложить, а там пусть поступает как хочет.

— Вы очень добры. — Энлии улыбается, расправляя складки на своём серо-голубом платье, и дополняет: — Давайте, я попробую?

Эльфийке стоит отдать должное. Несмотря на лишний вес, она довольно проворная и ловкая. К тому же сильная. Опомниться не успеваю, как нам уже приходится вместе разворачивать помидор, забирая вправо к виднеющемуся проходу в Стене.

— Уважаемые солдаты, — кричу я, не видя никого впереди себя. — Эй, служивые!

Не орать же: «приспешники тьмы»? Или…?

Мы останавливаемся в нескольких метрах от Стены. Ближе подходить я боюсь, помня слова Клина, а дальше… Если встать дальше, мы, наверное, просто не затолкаем помидор на ту сторону. Ему просто не хватит метража, чтоб замереть на жёлтой жопке за пределами барьера.

Я вальяжно облокачиваюсь на помидор бедром, подпирая ещё и рукой голову. Стою, будто навороченную иномарку презентую, как какая-то топ-модель. Жопку отставила, в спине прогнулась, ножку немного вред выставила… И ничего, что вся чумазая, будто из печи с углем вылезла. Главное ведь что? Харизма! Во!

— Чего ор… — сбоку сверкают сабли. Вперёд выступает светловолосый приспешник тьмы, держа клинки перед собой крест-накрест. Некрасиво приоткрывает рот и замирает, переводя лихорадочный взгляд серых глаз с выпендрёжной меня на помидор-переросток.

— Энлии была так добра, что шепнула мне о вашей проблеме. — тихонько, слащавым голоском не говорю, а мурлычу я. Запускаю грязные пальцы в волосы, немного взбив их на макушке, и как можно ленивее интересуюсь: — Забирать будете?

— Где Клинвар? — даже с такого расстояния я слышу, как шумно он сглатывает. — Пусть придёт. Обсудим цену.

Вот же долбо…долбостук! И сексист, к тому же.

— А по еде здесь я главная. — ухмыляюсь, с трудом подавив в себе вспышку гнева. — Цены нет. Что же я, оставлю армию голодной?

Светловолосый мне не верит. Оно и понятно.

— Не заговаривай мне зубы, женщина! — скалится он.

— И в мыслях не было. — веду плечом и тут же выдаю условия сделки. — Я отдаю вам томатную ягоду просто так. Можете считать, на пробу. Конечно же, у меня есть ещё и я не заставлю своих людей голодать, чтоб помочь армии из-за своего доброго сердца. Захотите ещё, кричите. Цена следующего — выкопанный куст картошки. Так что? Вы там ловить томатную ягоду будете? Или мы покатили её обратно?