Мои Снежные монстры (СИ) - Трой Лика

Внутренний голос подначивает: «а если выбирать из двоих, то кого?»

Задумываюсь.

Тони – с его пробирающей с ног до головы харизмой, со смесью джентельменских и дикарски-наглых замашек? Хмм… От его гипнотических глаз не оторваться, мускулистый рельеф его тела хочется исследовать, касаться. А губы… Я ведь помню его поцелуй. Тот самый, что в бездну порочной страсти сразу кидает.

Или Яра?

Яр меня никогда не целовал.

Но его аура магнетическая. Будоражащая. Хриплый раскатистый голос часто внушает трепет. От огромной фигуры исходит такая сила и уверенность, что хочется покориться и довериться, позволить себе быть слабой. Отдаться в его мощные руки…

Ерзаю на лавке.

По телу расходятся покалывающие волны, внизу живота наливается приятным, но навязчивым чувством. Возбуждение, что меня в лесу настигло, требует выхода.

Мотаю головой, капли с волос разлетаются во все стороны, раскаленная печка шипит, добавляя пара.

Я не буду, я не такая, у меня гордость есть.

Нужно сконцентрироваться на задачах посложней.

Узнать, что там с дядей и связаться с ним. Яр обязан мне это сказать.

Узнать, какие дальнейшие планы.

Ну и просто… привыкать друг к другу, раз уж так сложилось.

Я уже закончила водные процедуры: выжимаю волосы, открываю дубовую дверь, осторожно выглядываю в предбанник.

Никого.

Как странно. Я ведь целый час или больше торчала тут, неужели не забеспокоились, не пришли проверить?

Я ожидала, что выйду, а тут на лавках в полутьме сидят они оба, без одежды, со своими нахальными взглядами…

Даже как-то обидно…

Тьфу ты! Отгоняю дурацкую мысль.

Выхожу, одно полотенце наматываю на волосы, закутываюсь во второе. Сверху накидываю огромный мужской халат с капюшоном, заботливо мне предоставленный.

Вставляю ноги в угги на три размера больше, выхожу на улицу, в снежную ночь. Снег искрится в свете почти полной луны. Воздух морозом проникает в легкие, наполняет прохладой.

От бани до дома несколько метров дойти по узкой тропинке.

Иду.

От порыва ветра халат развивается, как плащ. Дует так, что возникает ощущение, что меня сейчас сметет и утащит в сугроб.

С трудом открываю скрипящую дверь, захожу в тепло дома.

Меня никто не встречает, в избушке такая же тишина, как и на улице, даже камин не трещит.

Вряд ли Снежные уже спят…

Тогда что?

Но нарушать тишину этого дома криками «эй, вы где?» как-то не хочется…

Коридор разветвляется на три комнаты. Где тут кухня? После бани так пить хочется, во рту настоящая пустыня.

Снимаю тяжелый халат, вешаю на крючок. Плотней кутаюсь в полотенце.

Холодок, сквозящий по полу, подбирается к пальцам на ногах, перебирается выше, покрывая кожу колкими мурашками.

Сжимаю зубы, прогоняя из головы истории про призраков.

Нахожу на обувной полке пушистые тапочки, вставляю в них ноги.

Иду наугад, под буханье сердце, направо - туда, где в конце коридора, через щель полуоткрытой двери, лампочка мигает, как новогодняя гирлянда. То тухнет, то загорается снова. Просто в остальных направлениях полная темнота…И идти туда желания еще меньше…

Открываю дверь и останавливаюсь на пороге, осматривая помещение.

Я пошла правильно - это действительно просторная кухня, обставленная в стиле американского охотничьего домика, с овальным столом посередине, с головой лося над каменной аркой. Морщусь – сразу видно, что это холостяцкий домик, надо навести тут порядок. И проветрить - запах какой-то спертый и неприятный.

Где же холодильник?

В мигающем свете сложно сориентироваться в пространстве. Взгляд выхватывает бар, заставленный бутылками, и рядом с ним темный прямоугольник холодильника.

Делаю шаг и…

…вздрагиваю, когда замечаю мужчину, сидящего в кресле у бара.

Ловлю дежавю: когда я в кабинете у Яра думала, что нахожусь там одна, из тени возник Тони.

Так же и сейчас.

Только вот это не Тони.

И не Яр.

Коричневые длинные дреды, подстриженная борода, кустистые брови, темная обычная одежда – это всё, что я могу разглядеть. Но я его точно не знаю. Никогда не видела.

Капец!

Сердце щемит неприятным предчувствием, мысли мечутся, как безумные, спотыкаясь о версии, кто же этот мужик и что он тут делает?!

Незнакомец растягивает губы в улыбку и говорит:

- Ну, привет, что ли.

- Привет, - отвечаю, а сама отступаю.

Только куда?! Я в полотенце, с мокрыми волосами, на улице метель!

Проще всего спросить:

- Ты кто?

- О, не волнуйся. Я из Снежных. Из тех, кто остался. Сейчас и другие подтянутся.

Я сглатываю противный комок в горле…

Потому что потом вспоминаю слова Тони.

«Тобой может насыщаться вся стая»

Лампочка мигает в последний раз и тухнет, оставляя меня в кромешной темноте.

Глава 17

В голове вертится мысль, что если хищник почувствует мой страх, то обязательно набросится. Так говорят про собак. Думаю, с оборотнями работает так же.

Давлю желание завизжать и броситься наутек, вместо это сердито спрашиваю у сверкающих глаз в темноте:

- Где Яр с Тони?

Ехидный голос в голове просыпается: «Ага, когда они были рядом, хотела от них избавиться, а теперь, как ушли, так сразу понадобились? Защиты хочется?»

Во мраке раздается лающий смех.

- Ты прямо, как сердитая жена. Только мужья на гулянку отправились, как тут же возникают вопросы.

Вспыхиваю.

- Какие нормальные мужья уйдут гулять, оставив свою женщину с другим мужчиной?

Надеюсь, мне удалось спрятать дрожание в голосе.

Огоньки глаз мигают.

- Расслабься, лазутчика они ловят. Выследил нас, гад… Мелкий, а прыткий такой… Меня, кстати, Дан зовут.

Голос раздается все на том же расстоянии, не приближается. Живот, поначалу скрутивший судорогой страха, теперь понемногу отпускает. Но я все равно насторожена:

- Что еще за лазутчик? Чей?

- Походу от охотников. Намечается заварушка. Надо опять сваливать, но гребанное полнолуние… Слушай, ты вроде магичка? Умеешь лечить? Регенерация не работает. Этот ублюдок меня зацепил.

Отрицательно мотаю головой, нисколько не заботясь о темноте. Он меня точно видит.

- Хреновенько… А какие у тебя способности?

Способности попадать в дурацкие ситуации, неужели не заметно?

Угрожающим тоном говорю:

- Проклятья.

Он снова смеется болезненным смехом:

- Пожалуй, воздержусь.

Вот и славно.

Хватаю с ближайшей тумбы стеклянную бутылку с водой, разворачиваюсь, выхожу. Мне надо одеться. Если он пойдет за мной… То дело плохо.

Но он не идет. Или я не слышу.

Когда я возвращаюсь, одетая и с аптечкой, Дан все еще сидит на том же месте. Рядом с ним на столике бутылка коньяка и стакан. Его лицо освещается экраном телефона.

Мои глаза уже привыкли к темноте. И я смогла взять себя в руки, а за пояс засунуть найденный в комоде тесак. Командую:

- Включи на телефоне фонарик, посвети, я посмотрю рану.

- Забей, до свадьбы заживет. Хотя бы до вашей.

Ага, только мне сначала с первым мужем развестись надо.

Дан, хмыкает, но включает фонарик. Задирает футболку.

Вроде ничего страшного, запёкшаяся кровь у правого ребра. Пока я обрабатываю рану, Дан болтает, еще больше снижая градус напряжения. Рассказывает, что Яр и Тони – Снежные с рождения. Точней, Яр – усыновленный, он медведь. После выращивания медведя среди волков Снежных стали считать изгоями. А вот Дан и остальные, кто должны скоро прибыть – бывшие одиночки, без рода. Они помогают Яру и Антону, чтобы после обряда, соединяющего Истинность, и последующего за ним перехода, объединиться со всеми Снежными. Клан большой, невест на всех хватит, поясняет Дан. Спрашиваю:

- Полнолуние… Оно же вот-вот. Вы все - волки, тоже не сможете себя контролировать? И что будет? Зачем вы сюда пришли?

- Яр и Антон запрутся от тебя, чтобы не сорваться. В другом доме. Ты не парься. Мы тебя не тронем. У нас свои оргии.