Стихийный мир. Дракон-вампир - Сильвия Лайм

Будем считать, что Алу я доверяю. Вынужденно.

— Вот как, — задумчиво протянул тот, снова опустив взгляд, словно рассматривал что-то на полу. — Действительно, дожу это не понравится, если он узнает, — покачал головой он. — Но… ты можешь быть и обладателем двух магий. В теории.

— Что? Правда? — приподняла бровь я. — А мне показалось, что водники не встречаются в огненной империи и наоборот. Разве нет?

Черная стрела внимания вонзилась в самое сердце.

— Чароводники не встречаются в империи Огненной луны? — поправил он.

— Да-да, именно это я и хотела сказать, — фыркнула, махнув рукой. — Масломасляное, — добавила еле слышно.

— Тебе кто-то рассказал об этом, да? — приподнял бровь Ал.

А я слегка напряглась.

— Ну да, был тут у меня один разговор… — на этот раз вдаваться в подробности почему-то не хотелось. Зеленоволосый красавчик всплыл перед глазами, как живой.

К счастью, Ал не стал углубляться в детали. Ну идеальный друг, честное слово. Уважает чужие границы.

— Да, в большинстве случаев так и есть, — кивнул Ал, продолжая для меня начальный курс магических основ. — В девяностадевяти процентов из ста. Магия в человеке передается не только по крови, но и взращивается землей, на которой растет ребенок. Поэтому если чарогник родится, скажем, в морской империи, то его дар попросту угаснет. Но остается один процент людей, на которых этот закон не действует. Изредка человеческая магия развивается параллельно по двум путям. Растет и та сила, что дана кровью, и та, которую вскармливает чужая земля. Появляется чаровник или чаровница, обладающая двойной магией.

Я покачала головой и улыбнулась.

— Звучит так, как будто я никогда в жизни не попаду в один процент этих редких колдунов.

Ал без улыбки кивнул.

— Скорее всего, да. Это огромная редкость, и такие маги ценятся на вес золота. Но, если ты подозреваешь у себя способности к воде, в твоих интересах уверять любопытствующих, что так оно и есть. Что огонь тебе тоже подвластен. Иначе здесь тебе делать нечего.

Он обвел руками все вокруг и снова положил ладони на подлокотники кресла. Длинные аристократические пальцы обхватили мягкую ткань и замерли.

— А может, сказать правду? И отправят меня подальше от этой красоты необыкновенной? — Яс иронией повторила жест Ала. — Хоть свободной стану.

Несколько мгновений мужчина молчал, а потом вдруг негромко задал вопрос, от которого все внутри перевернулось:

— А куда дальше, Алек-санд-р-р-р-а?

Так, словно знал, что я не из этого мира… Но ведь я ему не говорила, так? Так ведь?..

А ведь если он знал обо мне правду, то вопрос был в самую точку. Я из другой вселенной. Из реальности, которая бесконечно далека здешней. Что мне делать здесь на свободе?..

Ничего. Мне нужен путь домой, а не свобода. Но, к сожалению, я пока даже примерно не знаю, есть ли у меня шанс вернуться. Или там, в моем родном мире, я попросту погибла в автомобильной аварии, сгорела в жидком пламени заживо.

Под кожей зашевелились холодные мурашки ужаса. Я вздрогнула и на миг закрыла глаза, стараясь не вспоминать случившееся. Даже короткой вспышки памяти с раскаленными огненными языками было достаточно, чтобы начать сводить меня с ума.

— Вот и я думаю, что никуда, Александра, — добавил Ал и встал с кресла. На этот раз он произнес мое имя правильно и спокойно. — Тебе лучше не пытаться морочить голову себе и дожу. В конце концов, это может разозлить его настолько, что он исполнит твою просьбу, но вовсе не так, как тебе хотелось бы.

Я поежилась. А перед глазами почему-то всплыли те его хлысты с головами огненных драконов в навершиях.

Может, повелитель у них еще и садист? Женщин плетьми бьет?..

Проверять не хотелось.

Даже думать не хотелось, потому что приходилось признать: что-то во мне очень полюбило вспоминать об этом мужчине. Стоило представить его мужественное лицо, четкую линию подбородка, властную — губ, и живот сводило легкой сладкой судорогой.

Возмутительно… и мучительноприятно.

— Не человек прям, а монстр какой-то, — пробормотала я, коснувшись пальцами серебряного ошейника. Он почти не ощущался на коже, а потому, как ни странно, вспоминала я о нем очень редко. Гораздо реже, чем должна была бы.

Это ж надо — приодеть девушку, как собачонку! Хорошо хоть, поводок сюда не крепился.

Ал заметил это движение, и его черные глаза остановились на моих пальцах. Однако он так ничего и не сказал.

— Только такой может сидеть на троне империи, — пожал плечами Ал, сунув руки в карманы брюк. А потом вдруг посмотрел куда-то в сторону. Его лицо приобрело задумчивое выражение. — Огненная луна с трех сторон окружена враждебными государствами, которые испокон веков мечтают стереть нас с лица земли. С последней войны с чароводниками минуло двадцать пять лет. Но они все еще не забыли, как наш император мановением руки уничтожил несколько тысяч их солдат, что обманом проникли на территорию столицы и вот-вот были готовы штурмом взять дворец.

— Что значит «мановением руки уничтожил несколько тысяч»? — нахмурилась я. — Это аллегория такая?

Ал бросил на меня темный, немного усталый взгляд.

— Никаких аллегорий. Сияющий обладает чудовищной огненной силой, — пояснил он. — Когда морские воины вышли из океана в городском порту и начали убивать мирных жителей, Райя-нор призвал пламя. Стена огня сожгла всех, кто был тогда на берегу. Их было несколько тысяч. Исключительно чароводники, обученные маги, колдуны-воины. Погибли все, сгорели заживо. Морской эмир подписал пакт о капитуляции в тот же день. — Ал сделал небольшую паузу, уронив взгляд в пол, а затем тихо добавил: — С тех пор песок там гладкий, как стекло…

Я громко сглотнула.

— То есть ваш повелитель… то есть наш повелитель может сжечь человека заживо? И уже как-то сжег несколько тысяч?

— А я тебе сейчас о чем рассказывал? — сдвинул брови мужчина. Черная прядь упала на глаза, и он с легким раздражением и звериной грацией откинул ее назад.

— Ну… я просто не знала таких деталей, — попыталась оправдаться я, старательно успокаивая расшалившиеся нервы. Стоило представить стену огня, которая сжигает заживо тысячи людей, как все внутри обмирало. — А как же мирные жители, что были на том берегу? Их он тоже, получается, уничтожил?

Ал отвернулся.

— К сожалению — да. Погибли все, кто был тогда на побережье. Это случилось после захода солнца тринадцатого числа месяца норда. Эту дату теперь зовут ночью Пепла.

— Ужасно, — выдохнула я.

Ал пожал плечами с полным безразличием.

— Многие говорят так. И многие считают Райя-нора монстром. Эта мысль не нова. А тебе, кстати, пора поторопиться.

Он кивнул куда-то