Сьюзен И - Конец времен (ЛП)

- Слухи распространяются не хуже лесных пожаров, - подхватывает Тра. – Я слышал нечто из области фантастики: будто она повелевает ангельскими мечами и даже приручила демона. Все просто потрясены! Одни ищут тебя – то есть, конечно, её – чтобы сдать в обмен на прощение, другие пьют за твое здоровье свое последнее пиво, а третьи совмещают оба эти занятия.

- Будь осторожна, - советует Тру. - Не важно, ты это или нет, люди думают – ты. И этого может хватить, чтобы отправить тебя на смерть.

- Слушай, а ведь у тебя имеется меч, замаскированный под медведя, а еще ты замешана в преинтересной истории с демоном, та-ак? – вскидывает брови Тра.

- Это была ты, – косится на меня Тру.

- Это секрет, конечно, - заверяет Тра.

- Мы никому не скажем! – говорят они в унисон.

Одна моя половина умирает от желания все им рассказать. Но та половина, что поумнее, решает ответить так:

- Я разве не говорила о том, что подрабатываю киллером ангелов? А о том, что командую демонами? Я и летать могу – только тсс.

- Ну-ну. - Они изучают мое лицо, чувствуя подвох.

А я лихорадочно соображаю, как бы сменить тему.

- Э-э… вы, ребята, со всем справляетесь.

Они продолжают сверлить меня взглядами, не позволяя соскочить с крючка.

- Я имею в виду, непросто и лагерь беженцев создать, и армией сопротивления рулить одновременно.

- Оби пытался совмещать все на свете, пока мы наконец не собрали совет, задача которого – помощь с тылами и снабжением. Ох, блин, с логистикой море проблем.

- А еще тебе приходится гонять на краденых авто, подстилая соломку под подвиги Оби. Кстати, об этом! Автобусный тур прошел хорошо?

- Точно. В последний раз мы видели тебя в компактной автобусной клетке, и ты послала нам любовную записку.

- Мы планировали организовать твой побег, но Оби решил, что мы нужнее пленникам Алькатраса.

- Мы бы точно ему возразили, если б знали, что там твоя мама.

- Та еще заноза, я скажу!

- Можешь не говорить, - отвечаю я. - Мне прекрасно известно о ее занозистых гранях.

Тру смеется.

- Заноза-боеголовка! Мы догадались натравить ее на злых дядечек, она стала нашим секретным оружием.

- Дестабилизировала охрану еще до нашего прибытия!

- Ты в курсе, что она способна быть реально пугающей?

Я киваю:

- О да, и это мне тоже известно.

- А многие из нас понятия не имели! Она застала нас врасплох.

- Твоя мать вошла в капитанский состав Сопротивления.

- Что?! – Мне сложно представить маму ответственной за что бы то ни было.

- Я серьезно! Как страшно жить…

Я моргаю, пытаясь это осмыслить. Должна признать, моя мать и непредсказуемость – сестры.

- У тебя чумовая мама! – кивают близнецы, походя на китайских болванчиков.

- Вы в курсе, где она сейчас? – спрашиваю я.

- Ага, - отзывается Тру. – Мы можем найти ее, если нужно.

- Спасибо, было бы здорово.

Мы переходим на Эль-Камино-Реал, уже готовые прятаться за машинами, когда до нас доносится чей-то крик. Кажется, в роще какая-то драка.

Пейдж находится там.

Я бросаюсь к деревьям.

ГЛАВА 19

Мы вбегаем в темную рощу, ориентируясь на крик. Мы не одни спешим на него, петляя между деревьев – я не вижу деталей, но замечаю тени.

Слышатся разгневанные голоса. Я абсолютно уверена, адские твари не владеют человеческой речью. И надеюсь, сегодня не день лингвистических сюрпризов из преисподней.

Под кронами деревьев кто-то с криками вскидывает и обрушивает свои кулаки на тело, сжавшееся в пыли, попутно его пиная. По мере приближения я замечаю иссушенную кожу жертв саранчи. На некоторых рваная и грязная одежда – они действительно похожи на восставших из могил.

Кулаки взлетают и опускаются на жертву, а та безропотно сносит побои, тихонько скуля при каждом ударе.

- Что происходит? – спрашиваю я, подбегая к ним, но меня, очевидно, никто не слышит.

- ЭЙ! – шепотом кричит Тру.

- Что за дела? – интересуется Тра приглушенным голосом, но в очень требовательной манере.

Несколько пострадавших оглядываются на нас, избиение не прекращается, но один из них говорит:

- Это тот подонок из Алькатраса. Он во всем виноват! Создал монстров, а после скормил им нас. - Мужчина с силой пинает лежащего на земле. Мне трудно его рассмотреть, но уверена – это Док.

Видимо, близнецы приходят к тому же выводу. Они врываются в толпу с поднятыми вверх руками:

- Довольно!

- Совет велел вам оставить его в покое, - говорит Тру, отталкивая парня от Дока.

- Ваш совет нам не указ. Мы не часть лагеря Сопротивления, забыл?

- Вот именно, - отзывается другой. Его иссохшее лицо напоминает копченую колбасу. – Вы нас сами прогнали. И все из-за него! – Очередной яростный пинок.

- Следующий, кто распустит руки или ноги, лишится возможности делать ставки до конца своих сморщенных дней. А теперь расступитесь.

Как ни странно, они отходят.

Быть может, все и зареклись общаться с жертвами саранчи, но, наверное, близнецы не стали их дискриминировать в рамках своих пари.

Тру выглядит таким же потрясенным, как и я. Он бросает на брата взгляд.

- Чувак, мы же новые Эйч-Би-Оу2! - Тру расплывается в улыбке.

Тра протягивает руку и помогает подняться мужчине, в котором я с трудом узнаю Дока. Он как-то странно поджимает руку. Его лицо, на котором и так красовался синяк, теперь так заплыло, что он едва может открыть глаза.

- Ты как? – спрашиваю я. – Что с твоей рукой?

- Они потоптались на ней. И даже не поняли, что натворили.

- Она сломана? – До меня потихоньку доходит, чем обернется такой перелом для хирурга.

- Не знаю. - Его разум еще не осознал, но судя по тому, как бережно Док прижимает руку к груди, тело уже в курсе. – Из-за таких людей, как они, я теряю энтузиазм в отношении спасения человечества.

Док выглядит взбешенным, он обгоняет меня, но спустя пару шагов прислоняется к дереву и пытается отдышаться. Тра придерживает его за локоть.

- У нас есть еще один врач, - говорит мне Тру. - Посмотрим, чем она сможет ему помочь.

- Я с вами!

Ужаленные саранчой по-прежнему здесь. Мне кажется, теперь я вижу их в новом свете. Сморщенные плечи и грудь каждой жертвы продолжают вздыматься от гнева и невыплеснутой злобы. Некоторые рыдают, выплакивая накопившиеся эмоции, вовсе не связанные с потасовкой.

Близнецы помогают Доку перейти улицу, а я не отстаю.

ГЛАВА 20

Я прислоняюсь к стене в помещении, полном пациентов, ожидающих своего приема. Док в приоритете, поскольку врачей в лагере раз, два – и обчелся. Ему вместе с одним из близнецов позволяют пройти без очереди, второй уходит по делам. Мне велели присесть с остальными.