Хорошей ведьмочки должно быть много - Нелли Видина

— Но традиция…

— В Пустыню такою традицию. Когда соберётесь развлечься, просто вспомните, что весело вам, а расхлёбывать Блезу.

Близнецы тотчас сникли.

Это далеко не победа, надо будет ещё не раз аккуратно донести до них мысль, что в первую очередь от их «шутки» пострадает не капитан, не его жена, а единственный близкий им человек. Но это потом. А пока…

— Идите сюда.

Блеза не было, ограничители, которые мальчики не имели право снимать без контроля, становились опасны. Близнецам требовался отдых. И на правах взрослого члена семьи я взяла на себя ответственность — попросила Азаран снять ограничители и через положенное время снова одеть.

Азаран провела с нами три часа. Провела с пользой. Магиня рассказывала мне о мире в целом, о действующих законах, о видах магической деятельности, подлежащей обязательному лицензированию. Я пополнила свой список запретов. Узнав о моём «дальтонизме», Азаран попыталась научить меня видеть ауры, но как и мальчики, потерпела поражение.

На прощание Азаран оставила мне список талисманов, пользующихся повышенным спросом. Я кивнула — попытаюсь.

Сама бы рада заработать, но за три недели я успела в полной мере осознать неприятную сторону своего дара. Да, будучи ведьмой, я могу делать такие фокусы, которые магам недоступны, но в отличии от меня маги работают стабильно. Азаран может сварить пять, десять, двадцать порций одного и того же зелья, а я повторяться не способна. И каждый раз результат зависит от искренности моего желания. «Финансовая защита» — мощнейший кулон. Когда я попыталась сделать нечто похожее на продажу, у меня не получилось вообще ничего. То есть кулон я сплела, а вот чары растаяли в считанные минуты, аура погасла на глазах.

— Ляля? — позвал Виан.

Я встрепенулась.

Азаран ушла, а я осталась сидеть в гостиной.

— Да?

— Ужин готов.

У меня из головы снова не выходил Блез. Какое-то смутное ощущение… Не то предчувствие, не то игра воображения.

Я кивнула, поднялась. Аппетита не было, а кактусовая бурда с хлебной лепёшкой совершенно не вдохновляла. Хоть бы приправы добавить, но приправа была штукой слишком дорогой. Вот стану богаче… В перспективе надо обдумать нельзя ли доставлять вкусняшки порталом, и во сколько это может обойтись. Раз гоняют караваны, значит, порталы дороги, но всё же прикинуть стоит.

— Ляля?

Близнецы выглядели всерьёз обеспокоенными.

Так, надо их успокоить. Я уже открыла рот, чтобы рассказать про планы на следующую партию талисманов. В дверь заколотили.

Я торопливо поднялась. Подумалось, что кто-то мог попасть в дыхание Пустыни. В форте негласно считалось дурным тоном злоупотреблять чужим гостеприимством. Мой дом — моя крепость. Не успеваешь добраться до своего — зайди в магистрат, в трактир, в магазин, и только в крайнем случае проси помощи. На мой взгляд правило несколько суровое, но, явно не на пустом месте возникло. Если представить, что люди перестанут следить за погодой, а будут заходить в первый попавшийся дом… Чужаки, каждую бурю толкущиеся в гостиной… Наверное, правило верное.

Стук повторился.

— Иду! — крикнула я.

Снова стук, ещё нетерпеливее.

Я открыла.

И отшатнулась.

На пороге стояли военные и с двух сторон поддерживали Блеза. Парня я узнала с первого взгляда несмотря на то, что фигуру почти полностью скрывал пропылённый плащ, а голова была опущена и… словно безвольно висела.

— Да не бледнейте вы так, госпожа, — пробасил старший. — Жив.

— Блез!

Мальчишки налетели со спины. Была у близнецов привычка выглядывать из-за угла — и я вдруг для них стала живой колонной, прилипли сзади, кажется, высунулись над плечом.

Блез попытался выпрямиться.

— Куда его? — уточнил военный.

— Что с ним? Видок пугающий, — я отодвинулась, пропуская мужчин в дом.

— Так эмиссар же…

Близнецы синхронно охнули. Я ничего не поняла.

Военный, видя моё замешательство, пояснил:

— Господин Ириас весь отряд спас. Эмиссар внезапно ударил, а господин Ириас его полностью на себя перетянул, прямо в вихрь, говорят, шагнул. Вот же отчаяный.

— Не шагнул бы — все бы там полегли, — возразил второй.

Блеза довели до ближайшего дивана, причём на последних шагах Блез словно в себя пришёл, упрямо скинул поддерживавшие его руки, свалился на сидение. И снова обмяк.

— Лекаря? — спросила я у военных.

— Что мог, целитель уже сделал, он сейчас с остальными работает, — возразили мне. — Всего доброго, госпожа.

Всего доброго. Провожать я не пошла. Сами дверь закроют. Я обернулась. Близнецы отбирали у Блеза плащ. Под материей на груди мага я увидела чуть светящуюся белую звезду. Чёртов похоронный артефакт — я передёрнулась.

Я подошла, присела на корточки.

— Хей, чем я могу помочь?

Блез тихо застонал.

Я протянула руку, провела по его волосам, убирая пряди с лица.

Блез вздрогнул, моргнул. Мы встретились взглядами, и его глаза мне показались вдруг двумя провалами. Не было ни зрачков, ни белка, в его глазах бушевала серо-бежевая песчаная буря.

Глава 17

Блез моргнул, и наваждение прошло. Его глаза стали самыми обычными, и можно было бы подумать, что мне просто почудилось, но у меня по спине всё равно холодок пробежал.

Пока я пыталась сообразить, чем помочь, близнецы принесли коробку, быстро откинули крышку и вытащили несколько склянок. Выдернув пробку из первого флакона, Виан дал Блезу эликсир. Видимо, что-то лечебно-восстанавливающее. Диан помог стащить остатки одежды, расползавшейся драными лоскутами, и нам открылись многочисленные ссадины, словно Блез прошёл через натуральную тёрку. Хотя почему словно? Прошёл! Крутящееся с огромной скоростью пылевое облако как раз тёрка. Особенно пострадали плечи и спина в области лопаток. Я подхватила у мальчишек влажное полотенце. Пусть царапины неглубокие, обработать надо. И сначала убрать оставшийся песок, потом промыть от грязи и в конце нанести лечебную мазь.

Блез не спорил. Мне даже показалось, что он заснул.

— Плохо, — пробормотал Виан.

— Насколько?

Не прекращая работы, я искоса глянула на собранного мальчишку. Никогда его таким серьёзным не видела. А ещё Виан явно был напуган.

— Эмиссаров, да и вообще всех порождений Пустыни, стараются уничтожить на расстоянии. Прямое столкновение грозит… Да всяким грозит! Говорить о таком плохая примета.

Диан притащил два одеяла, подушку. Блеза устроили прямо в гостиной.

Виан тронул меня за руку.

— Ляля, ужин остыл. Я попросил нам снова подогреть. Идём?

Неожиданная забота.

— Спасибо. Всегда он так?

Виан меня понял, кивнул:

— Почти всегда вымотанным возвращается, отсыпается. Блез же «белый». Его на простые охоты не зовут.

Вроде бы радоваться надо, что жив, что почти не пострадал. Царапины заживут, а одежда купится новая. Но на душе было тяжело. Я через силу доела суп, пожелала близнецам доброй ночи и поднялась к себе.