Невеста вампирского короля - Анна Кривенко

за спиной, он едва не подпрыгнул на стуле от неожиданности, а потом, развернувшись, ударил в меня сгустком концентрированной темной магии.

Мне едва удалось схватить этот сгусток и оплести своей силой, а после этого я хмуро посмотрел другу в глаза.

- Ты решил облегчить задачу моим соплеменникам и убить меня? – бросил я раздраженно, на что эльф не менее раздраженно буркнул:

- А не нужно подкрадываться ко мне так тихо! Я чуть в небесные чертоги не отлетел!* (*в смысле, умер)…

Я больше не стал спорить, а устало опустился на стул, пока Лиэль развеивал плод своей темной магии.

- Мне нужна помощь… - проговорил я, пытаясь собраться с мыслями.

- В чём именно? – уже с проснувшимся любопытством произнес эльф, откладывая перо.

Я посмотрел другу в глаза.

- Я должен срочно взять Джину в жены! Причем… она не должна об этом знать!..

Глава 27. "Видение"

Лавиан Шими

До сих пор помню изумление на лице своего друга-эльфа, когда я озвучил ему свой план по спасению Джины.

- Я тайно женюсь на ней, поэтому Займеллех уже не сможет взять ее в жены, даже если она каким-то образом попадет к нему!

- Ты сумасшедший! – воскликнул Лиэль, смотря на меня своими большими синими глазами. – Как же можно жениться на девушке, не спросив ее разрешения? Она же потом тебя возненавидит за это!

Я пожал плечами.

- Зато сохраню от загребущих лап новоявленного короля!

Эльф неодобрительно покачал головой, но, поняв, что я уже для себя все решил, произнёс:

- Есть один способ… Запрещенный, естественно, - он многозначительно поиграл бровями. – Нужно опоить ее чем-нибудь расслабляющим и запустить заклинание, называющееся «цепи страсти» … Это из разряда темной магии. Ты точно... готов?

Я твердо кивнул.

Брак со мной будет в сотни раз лучше, чем участь вампирской королевы, которую, возможно, сведут со свету сразу же, как только она перестанет быть нужной.

- Тогда… встречаемся в комнате Джины через час… - проговорил Лиэль и встал со своего места, решительно направившись в лабораторию…

***

Джина

Я уже дремала, когда Петер принес мне настой из трав. Я не очень хотела его пить, но слуга убеждал меня в том, что это приказ его хозяина, поэтому я выпила лекарство ради гостеприимства Лиэля и снова попыталась уснуть.

Дремота на меня нашла вязкая, неприятная, и я почему-то затосковала.

Остро почувствовала себя одинокой, никому не нужной. Единственный родственник в тюрьме, Леонард больше мне никто, и даже показываться во дворце не хочется – настолько сплетни тут же отравляют всё вокруг.

А больше…

Правда, есть Лавиан. Ветренный и загадочный Лавиан, не перестающий со мной флиртовать.

Если бы я могла быть уверенной в его серьезности и абсолютной искренности, возможно…

Перед глазами вспыхнул его образ: узкое, худощавое лицо, длинные черные волосы, большие синие глаза, смотрящие слегка насмешливо, но мягко…

Иногда я ловлю себя на мысли, что любуюсь им. Он ведь очень даже красив! А еще он настоящий. Не лукавый. Такой, за которым можно спрятаться от беды, вот только… чувствам его я не верю. Он кажется мне ловеласом…

- Джина… - вдруг прошептало видение, - ты в моем сердце! Выходи за меня замуж!!!

Я ухмыльнулась.

- Галлюцинация, а всё о том же! И не надоело ли тебе еще паясничать, несносный вампир?

Лицо мужчины сделалось хмурым, даже обиженным.

- Почему ты мне не веришь? Мои чувства к тебе совершенно искренни…

Я тяжело выдохнула.

- Я… никому не верю, - пробормотала тоскливо. – Боюсь верить. Однажды мое сердце уже было разбито, и я едва собрала его из осколков. Второго подобного случая я не переживу… Поэтому… лучше не играй со мной. Не пытайся привязать меня к себе!

Выплеснула.

Хоть пустому видению, но выплеснула сполна!

В глазах «ненастоящего» Лавиана появилось сострадание, что меня просто изумило, и какая-то запредельная нежность.

- Девочка моя… - зашептал он вдруг, наклоняясь ниже. – Я и не думал, что у тебя настолько ранена душа! Позволь мне… исцелить твое сердце! Я готов даже поклясться тебе в том, что не покину тебя никогда!!!

Я слушала его взволнованный шепот, его такие удивительно ласковые и многообещающие слова и… ужасно сожалела, что это всего лишь выдумки моего сознания.

А потом «видение» наклонилось еще ниже, и я почувствовала жаркий и безумно сладкий поцелуй…

Глава 28. Я люблю тебя

Джина

Нет, галлюцинация точно не могла так целоваться!!!

Я собралась решительно оттолкнуть вполне себе реального Лавиана, но… он применил очень хитрый маневр – запустил руки в мои волосы, касаясь чувствительных точек на коже и вызывая толпы мурашек. Ласковые и очень умелые губы захватили меня врасплох и заставили задрожать от удовольствия. Бившаяся в голове мысль о сопротивлении не встретила никакого отклика в теле, да и… в душе тоже. Ведь мне действительно было очень одиноко, а он… а он источал такое тепло, принятие, влечение, что… искушение сдаться стало слишком сильным.

Мои напряженные мышцы непроизвольно расслабились, и Лавиан воспринял это, как сигнал к действию и тут же углубил поцелуй.

Голова закружилась. Страсть начала скапливаться внизу живота, и я поняла, что еще немного – и я решусь на такой шаг, после которого… все станет только сложнее.

Напряглась снова, немыслимо желая продолжения, но при этом страшась, стыдясь этого самого желания и пытаясь побороть его, хотя все мои попытки были весьма ничтожными.

- Лавиан… - выдавила я из себя, - я… не готова…

Вампир оторвался от меня, тяжело дыша, и посмотрел мне прямо в глаза.

- Я… действительно люблю тебя, - шепнул он вдруг, поражая меня до глубины души. – Никогда не думал, что смогу почувствовать что-то подобное, да и сказать тоже, ведь за пятьсот лет жизни я уже многое повидал… Джина, доверься мне, прошу тебя…

Он казался таким искренним, таким умоляющим и нежным, что мое жгучее сопротивление дрогнуло.

А может… действительно согласиться? Разве попробовать снова любить – это так уж страшно? Жизнь проходит, и не пора ли мне оставить свое прошлое позади, чтобы начать всё с чистого листа?

Правда… он вампир! Могу ли я так безрассудно отдать себя во власть существа, который даже не человек?

Но синие глаза смотрели на меня с таким напряженным ожиданием, с такой трепетной искренностью, что душа моя - сегодня что-то слишком нежная, ранимая и жаждущая -