Кристалл силы: дьявольская любовь (СИ) - Смертная Елена

— А ты ревнуешь? — как бы между делом спросил дьявол, осматривая «изобилие» алкоголя на столе и морща нос.

— Ревнууует. — вторила ему Мари.

— Вы что, совсем с ума сошли?!

— Так, Мерриман, выдохни. — притворно грозно скомандовала Мари и всучила подруге стаканчик с чем-то крепким. — Сегодня… ну то есть вчера был твой день рождения, мы тут его весело и шумно отмечаем, расслабься и наслаждайся.

— Но вон тот парень из параллельного класса стоит ногами на антикварном диване. — почти плачущим тоном воззвала к благоразумие Ева.

— Да, и за это я сейчас дам ему по голове чем-нибудь тяжелым. Но это моя проблема, понимаешь? Завтра я сделаю так, что от кутежа и следа не останется. Но эта магия будет возможна, только если ты повеселишься этой ночью. Поняла?

Ева посмотрела сначала на странное содержимое своего бумажного стаканчика, затем на людей вокруг, а после вздохнула, подняла мало-мальски решительный взгляд на подругу и кивнула.

— Моя девочка! — Мари довольно хлопнула её по плечу. — Это будет самый незабываемый день рождения. Так, Райнхард, то есть мистер Шац, вы за ней пока приглядите, у меня есть дело.

Девушка бойко опрокинула стаканчик с алкоголем, поморщилась и спешно зашагала к крупной компании, разместившейся на диване, параллельно крича во весь свой звонкий голос:

— Стэн, свали нафиг с дивана, он стоит больше, чем твоя жизнь!

Ева сразу же потухла и теперь наблюдала за этой картиной с эмоцией полной обреченности на лице. Казалось, она окаменела как дворецкий Вильгельм ранее, но когда Райнхард попытался забрать из рук девушки стакан, она резко вцепилась в него и одарила дьявола недобрым взглядом.

— Я просто хотел предложить тебе пить что-то нормальное, а не это.

— Без тебя разберусь. — буркнула наследница и, действуя явно на зло мужчине, залпом выпила содержимое.

Сразу после лицо её всё стянулось к носу, а глаза болезненно зажмурились. Следящий за этим Райнхард лишь резюмировал очевидное:

— Никогда раньше не пила, да?

Однако этот вопрос будто бы только раззадорил девушку. Она схватилась за еще один стоящий на столике нетронутый стакан и повторила то же самое, так и не открывая глаз. После она резко сунула пустой стаканчик дьяволу и с вызовом посмотрела на него, еле разглаживая морщины на своем лбу.

— Иди ты. — буркнула она.

Со стороны послышался зазывающий мужской голос, который со свистом вещал:

— Бутылочка. Собираемся играть в бутылочку. Присоединяйтесь.

— Но только если вы красивая и открытая для новых свершений. — посмеиваясь, вторил ему второй голос.

— И я пойду. — утвердительно кивнула Ева, взяла со стола еще один стакан и направилась в сторону собирающейся компании.

Там ей активно похлопала парочка шумных подростков. Усадили виновницу торжества на пол на подушку и принялись ждать прочих жертв разыгравшихся спьяну гормонов.

— Гутен абенд, Мистер Шааац, — послышался за спиной Райнхарда тонкий девичий голосок.

— Вы знаете, мы пришли на эту вечеринку, только потому что нам сказали, что вы будете здесь. — вторил ему второй.

Дьявол обернулся, лицезря перед собой двух подвыпивших миловидных девиц, которые только-только достигли совершеннолетия и теперь могут говорить родителям: «я уже взрослая», когда встает вопрос, можно ли им идти на подобного рода вечеринки. Он вздохнул, кинул беглый взгляд на Еву, что вела активную беседу с каким-то прыщавым пацаном, и, твердо решив разрешить глупой смертной девочке совершать её пьяные ошибки, натянуто улыбнулся школьницам.

Так и протекал их шумный вечер. Райнхард пытался не заскучать в обществе смертных девиц, которых вокруг него становилось всё больше, и изредка поглядывал за Евой, хоть и ругал себя за это. Самой виновнице торжества же везло. Она около полутора часов оставалась в пьяной компании, игравшей в незамысловатую игру, однако сама судьба словно бы оберегала её от ненужных проблем. Горлышко бутылочки всё никак на неё не указывало, да и крутили ту не так уж и часто. В основном, пьяные игроки больше шутили и бурно что-то обсуждали, а затем кто-то уходил и ему искали замену.

Правила игры были просты: крутишь бутылочку и уединяешься на десять минут в тесной кладовке с тем, на кого она указала. В придачу с этим идут пошлые комментарии в духе: «о, ну окей, приятель, две минуты ты её развлечешь, а что вы будете делать остальные восемь?» и громкий гогот. Еве было, честно говоря, стыдно участвовать в чем-то подобном, но алкоголь ударил в голову, а странные выпады Райнхарда в её сторону отчего-то злили теперь еще больше. Впрочем, может, её расстраивало то, что он сразу же по приходе пошел общаться с какими-то непонятными девицами? Да не, бред какой-то.

— Ооо, Ева. — пьяный знакомый голос вытащил девушку из раздумий.

— А? — она с удивлением посмотрела сначала на одноклассника, а после опустила взгляд и поняла, что горлышко бутылочки указывает на неё.

Игроки радостно и возбужденно зашумели: «наконец-то!», а парень начал почти с трудом подниматься на ноги. Только сейчас, обдумав ситуацию еще раз, юная Мерриман поняла, что право на уединение с ней «выкрутил» себе чертов Карл, который должен был сегодня кутить на своей же вечеринке. Она даже не заметила, как он вообще присоединился к игре, и теперь не знала, куда ей деться. С Карлом у них были непростые отношения. Он был игроком школьной футбольной команды с огромным самомнением, но Ева когда-то отказала ему в свидании, потому что знала, что всех девушек школы он записывает в ужасный список «объезженных». С тех пор местная звезда затаил на неё обиду и вот даже устроил свою вечеринку в один день с ней, чтобы перетянуть народ к себе. Сейчас же парень был еще и изрядно пьян. Однако широкая улыбка, с которой он смотрел теперь на Еву, как бы намекала, что от своей возможности отказываться спортсмен не собирается. Внутри у девушки вмиг свился ком из сомнений и логичных опасений.

— Слушайте, я же именинница, а значит, у меня должно быть право одного отказа. — попыталась отшутиться она.

Но толпа вокруг была непробиваема. Сидящие по бокам от Евы парень и девушка начали помогать ей встать, подхватив наследницу под локти, в то время как прочие игроки чуть ли не скандировали её имя, подобно фанатам на трибуне.

— Наоборот, как именинница, ты должна показывать примееер. — усмехаясь, ответил Карл, пьяно грозя ей пальцем.

— К тому же, ты почти полтора часа этого ждала! — послышался женский голос из круга.

— Ладно, ладно. — с неуверенной улыбкой и великой надеждой, что все обойдется, ответила Ева, поправляя своё платье.

Карл, от которого неприятно пахло алкоголем, подошел к девушке и пьяно-галантно пригласил её проследовать с ним в тесную кладовку. Все замерли, наблюдая за парочкой. Ева поджала губы и зашагала к двери, но взгляд её беспомощно начал метаться из стороны в сторону в поисках фигуры Райнхарда или Мари. Никого из них найти она не смогла.

Дверь темного тесного помещения закрылась, и они остались с пьяным обиженным когда-то ею спортсменом наедине. В темноте, почти вплотную друг к другу, овеянные запахом алкоголя со стороны Карла и шлейфом колкой неловкости со стороны Евы…

Глава 12. Прячься во мне

Тишина. Неловкое молчание, в котором отображалось слишком много. Карл ничего не говорил, но зато Ева ощущала на себе его взгляд. Пьяный, но четко сконцентрированный. Он смотрел ей прямо в глаза с каким-то дерзким вызовом. Словно очень долго ждал подобной возможности побыть вдвоем именно с этой девушкой. Что-то хищное и опасное витало в воздухе, затмевая собой четкий противный запах алкоголя. Это «что-то» давило на плечи наследницы и заставляло слегка ёжиться, как если бы здесь было холодно.

Внутри было слишком тихо. За дверью всё еще играла музыка и шумела пьяная компания, но, находясь здесь, Ева готова была поклясться — она слышит, как Карл прерывисто дышит. Странное ощущение опасности пробежало холодком по спине. Тихо, тесно, неуютно. Мерриман постаралась незаметно вжаться в ящики за спиной, чтобы отдалиться от одноклассника на максимальную дистанцию. От непонятного напряжения хотелось провалиться сквозь землю. В то время как Карл буквально пожирал лицо и тело девушки глазами, она лишь опустила взгляд в пол и обняла себя руками в неосознанной попытке защититься. Неловкая улыбка показалась на девичьих губах.