Невеста Стража Хаоса (СИ) - Кариди Екатерина Руслановна

Это повод для беспокойства, да? Ей было трудно сказать.

К тому же они уже подошли к границе поселения вдов. Теперь Эва смотрела во все глаза. Пришлось миновать кордон, весьма напоминавший ей легкие заграждения военного лагеря. Энгвард сказал:

— Держись за мной, — и двинулся вперед.

Казалось, там пустынно, но неожиданно из-за заграждений вынырнула старуха-привратница, закутанная в накидку. Оглядела их и прокаркала:

— А, глава? Проходи. И ты проходи, раз пришла.

Старуха засеменила вперед, Энгвард за ней, а Эва на несколько шагов отстала, хотела оглядеться. Поселение вдов выглядело жутковато и чем-то походило на общий скит. И да, Энгвард был прав, тут действительно было холоднее, чем в Хранилище.

Привратница провела их вглубь поселения, остановилась перед ворохом каких-то тряпок и позвала:

— Моргот! Эй, Моргот! Вставай!

Неожиданно ворох тряпок зашевелился. Из него выглянула старуха. Вся морщинистая, на подбородке щетина. Но глаза блестели ярко.

— К тебе глава пришел! — гаркнула привратница.

— Вижу, чего орешь, — проскрипела та.

Прищурив один глаз, уставилась сначала на Энгварда, потом на Эву. И хмыкнула:

— Горячая. Совсем как я была когда-то.

Эве вдруг захотелось провалиться сквозь землю, но та уже перевела взгляд на Энгварда и спросила:

— Что ты хотел услышать, глава?

— Ты помнишь пятьдесят восьмой год?

— Пятьдесят восьмой? Хе-хе. Да, помню.

* * *

Наконец-то! Он вплотную подошел к разгадке. Энгвард подавил волнение и назвал точную дату. Старуха усмехнулась.

— Что было в этот день?

— А ты не знаешь? — она хитро на него уставилась, склонив голову набок.

Потом отвела взгляд и проговорила:

— В этот день умер тогдашний глава.

глава 11

Энгвард ожидал чего угодно. Но это? Он мысленно прошерстил все, что было в той книге с прошитыми и пронумерованными листами. Ведь пропал-то всего один лист, но остались записи того, что было до и после!

Картинки вставали перед глазами четко, в таком порядке, в каком он их запомнил. Да, в предыдущих записях ему встречалось имя главы — Сейлор. Но если он умер, такое событие не могло пройти незамеченным. Энгвард стал судорожно вспоминать записи о погребениях Стражей, но не мог вспомнить, чтобы ему там встречалось упоминание…

Не могло такого быть, старая Моргот что-то путает. Лет-то ей вон сколько. Он решил задать наводящий вопрос.

— Подожди, Моргот, ты говоришь, умер глава. Но как же так?

— А вот так, глава, — старуха саркастически усмехнулась.

Он невольно подался вперед и застыл. Морочит ему голову? Какого черта! А та зыркнула на него холодным изучающим взглядом и выдала:

— Без вести он пропал. Сейлор ушел в Разлом и не вернулся.

Повисло звенящее молчание.

Энгвард осмысливал услышанное. То, что тогдашний глава без вести пропал, объясняло, почему нет записей о погребении. Среди последующих записей было только упоминание о выборе нового главы. И все равно это казалось странным. Он не мог соотнести, понять.

А старая Моргот отвернулась и нахохлилась, теребя заскорузлыми пальцами тряпки, в которые она куталась. Впервые в ней читалась какая-то человеческая эмоция.

— Один ушел? — спросил он наконец.

— Нет, конечно, — бросила старуха.

— С кем? Кто был с ним из братьев?

И тут она обернулась к нему, глаза ярко вспыхнули из-под накидки.

— Откуда ж мне знать?

И не понять, правду она сейчас сказала или что-то скрывает.

— Хорошо, — Энгвард склонил голову и приблизился на шаг. — Тогда про Сейлора откуда знаешь?

Женщина хмыкнула, ворох тряпья, которым она была укрыта, колыхнулся.

— Как же мне не знать? Он был моим мужем.

А он вдруг понял.

— И с того времени ты…

— Да. Живу здесь, — отрезала она.

* * *

Эву колотила нервная дрожь, настолько шокирующе все это звучало. И сама обстановка, атмосфера этого места, холод, просачивавшийся отовсюду, лезущий в душу. Старуха вдруг перевела на нее взгляд и сказала:

— Тебе пора, глава. Твоя женщина совсем замерзла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Страж сразу же повернулся к ней, а Эва невольно вздрогнула, потому что на нее теперь смотрели все.

— Спасибо, Моргот, мы уже уходим, — проговорил он.

Старуха просто кивнула, но смотрела она в глаза Эве. Столько чувств, горечи и затаенных сожалений. И черт бы ее побрал, если бы Эва сейчас не читала в ее взгляде: «Береги его».

Подошел Энгвард, взял Эву за руку, она только успела кивнуть всем этим женщинам на прощание, и они пошли прочь. Некоторое время еще молчали, потом он неожиданно остановился перед ней, поправил меховой воротник плаща и сказал:

— Эва, я хочу проверить кое-что.

Подхватил ее на руки и переместился прежде, чем она успела опомниться и начала возражать. Но когда огляделась вокруг, уже поняла — он принес ее на кладбище.

— Постой здесь, — сказал. — Я сейчас.

А сам стал быстро обходить захоронения, легко касаясь рукой могильных камней. Под его ладонью на них высвечивались имена и даты. Могилы Сейлора здесь действительно не было. Потом вернулся к ней.

— Уходим, — и скорее для себя добавил: — Я должен был проверить.

Снова подхватил ее на руки и, не слушая возражений, перенес прямо в дом.

— Какого черта! — ругалась Эва, когда он поставил ее на пол. — Ты же сказал, никаких заклинаний! Совсем спятил?! К тебе же сейчас присосется Хаос!

Страж только смотрел на нее, насмешливо улыбаясь. И хуже того, он гладил ее ладонью по щеке. А Эве хотелось вспылить еще больше и как следует отругать его, чтобы не дурил. Хотелось злиться на него, но злиться не получалось!

А он сказал, повелительно понизив голос:

— В ванну, мейра, и быстро! Тебя надо отогреть.

— Ладно, — буркнула она. — Но ты не вздумай вламываться!

Страж вскинул вверх руки, при этом вид у него был такой двусмысленный, что Эва просто прошипела сквозь зубы:

— Черт с тобой!

И пошла в ванную набирать и греть воду. Дверь, конечно же, закрыла, но что этому амбалу тот хлипкий крючок! В конце концов она плюнула на все. Разделась и влезла в лохань, полную горячей воды. И уставилась на дверь. Но он не вошел.

Вернее, Энгвард вошел, когда она уже вылезла, успела одеться и сушила волосы.

Вошел и стал раздеваться. Эва невольно замерла, и надо бы выйти, а она почему-то не могла двинуться. А он даже не стал сливать после нее воду, так прямо и залез. И все это время молча смотрел на нее.

Она наконец опомнилась и вышла за дверь.

* * *

Стоило Эве выйти, он сразу же откинулся головой на бортик и закрыл локтем глаза. Сегодня между ними было все немного иначе. Мелькнула мысль — а ведь он мог бы провести с ней ритуал. И тогда еще ночью…

Да, он хотел ее.

Но не так. Ему нужно было другое.

Он хотел, чтобы Эва пришла к нему сама. Потому что он мужчина, а она женщина.

В конце концов он отбросил все эти мысли и стал просто мыться, быстро и яростно растирая себя рукавицей из шершавой ткани. В том, что в этой воде до него мылась Эва, было что-то невероятно горячее, извращенно-сладкое. Потом он еще и вытерся ее полотенцем. А после слил воду, оделся и вышел.

Первый взгляд на нее.

Мейра сидела за столом, нервно постукивая пальцами по столешнице. В дерзких синих глазах на миг мелькнул женский страх, на который мгновенно среагировала его мужская суть. Но вид у Эвы был такой, словно она готовилась к бою. Напряжение так и повисло в воздухе.

Не так. Неправильно. Не этого он хотел от нее. Энгвард мрачно хмыкнул про себя и уселся за стол.

— М? Ты ждала меня, мейра? Я тронут, — протянул насмешливо.

И тут же получил по руке.

— Иди к черту, — фыркнула она и потянулась за чайничком, чтобы налить ему кружку горячего взвара.

А потом поставила перед ним тарелки с едой. И опасное напряжение, сделавшее их чуть ли не врагами, как-то вмиг сошло на нет. Мейра снова чувствовала себя с ним свободно. Придвинулась, положила локти на стол и, подавшись вперед, спросила: