Маленькая хозяйка большой таверны (СИ) - Гринберга Оксана

Ставрос тут же покивал, вполне довольный сделкой, а я подумала, что только что обзавелась собственным доктором в этом мире. Пусть алкоголиком, но надо же было с чего-то начинать!

И еще одним ртом в таверне, который тоже нужно будет как-то прокормить.

Хотя я еще посмотрю на то, как он справится с лечением Анаис!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍6.4

Впрочем, Ставрос сразу же начал проявлять служебное рвение, вызвавшись немедленно осмотреть мою дочь. При этом намекнул, что не откажется в таверне от завтрака и рюмки чего-то покрепче для улучшения здоровья.

Затем подхватил свой потрепанный чемоданчик, после чего мы вернулись в «Сквозняк», где доктор долго выспрашивал притихшую Анаис о ее здоровье. На это моя дочь изредка мотала головой, но послушно открыла рот, чтобы тот взглянул на ее горло, а потом позволила приложить к своей груди деревянную трубку, похожую на стетоскоп.

Наконец, убрав трубку, Ставрос сделал какую-то манипуляцию рукой. С его ладони сорвалось едва заметное голубое сияние, окутавшее девочку. Почувствовав магический всплеск, я напряглась, потому что такого не ожидала, но Ставрос покачал головой.

— Я тоже маг, — заявил он мне с гордостью. — Правда, всего лишь Второй Ступени, но все равно в состоянии ощутить постороннее магическое вмешательство, а также определить его степень и глубину.

Сказав это, он снова повернулся к Анаис. Улыбнувшись ей, выловил из своего видавшего виды чемоданчика петушка на палочке. Я было снова дернулась, подумав, что на сладости полным-полно микробов, но Анаис уже протянула ручку. Взяв угощение, она с довольным видом отправила его в рот, на что я мысленно застонала.

— Ты совершенно здорова, — с важным видом заявил ей доктор. — Но я настоятельно рекомендую тебе проводить как можно больше времени на свежем воздухе. И еще как минимум пять часов в день веселых игр и много-много сладостей. Это важная часть лечения. Тебе все понятно?

Анаис покивала — такие рекомендации явно пришлись ей по душе. Зато у меня к доктору все еще оставались вопросы.

И я их задала, когда мы спустились в отмытый, пахнущий чистотой обеденный зал — «ночные бабочки» постарались на славу. К тому же, возле одного из окон суетились мастера, заканчивая свою работу.

Правда, Мария мне шепнула, что стекольщикам пришлось приплатить за срочность, потому что заказов из-за страшной ночи у них было порядком, зато «Сквозняк» уже очень скоро сможет похвастаться всеми вставленными окнами.

Тут Леннарт подал усевшемуся за стол Ставросу рюмку, а Мария поставила перед доктором горшок с тыквенной кашей и блюдо с порезанным на куски мясным пирогом, и тот с довольным видом взялся за ложку.

Но перед этим сказал мне совсем не то, что я услышала наверху.

— Ваша дочь порядком истощена и находится на грани нервного срыва, так что все мои рекомендации остаются в силе, — заявил мне. — Она обязательно должна хорошо спать, много гулять и нормально есть. К тому же, в ближайшее время ее следует показать Высшему Магу. Желательно, как минимум Восьмой Ступени.

— Зачем? — растерялась я, прикидывая, что это еще за ступени.

Лорейн ничего о них не знала, а я и подавно.

— Ее зацепило одним из Высших боевых Заклинаний. Каким именно, я не знаю, но чувствую его отголоски. К сожалению, снять их выше моей квалификации. Кстати, это выше квалификации Эзнера, — намекнул он, и я поняла, что Ставрос недолюбливал конкурента. — Этот высокомерный выскочка тоже не смог бы ничего сделать!

— Хорошо, — сказала ему, кусая губы. — Допустим, ее зацепило. — Такое вполне могло произойти в особняке де Эрве. — К чему это может привести?

Судя по виду Ставроса, ничего хорошего Анаис не ждало. Но говорить вслух он этого не стал, заюлил, и я оставила его в покое — пусть завтракает.

— Значит, мне нужно обязательно отыскать Высшего Мага. Интересно, где они обитают?

Накинувшийся на еду Ставрос пробормотал что-то невнятное, а я подумала, что если бы он не пил и не потерял лицензию, а еще не жил бы в доме, похожем на свинарник, — что, кстати, было напрямую связано с первым пунктом, — то вполне мог бы обзавестись респектабельной практикой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Потому что, прикончив кашу и мясной пирог, он достал из своего чемоданчика бумагу и чернильницу, заявив, что выпишет мне несколько рецептов, которые поддержат мою дочь до поры, пока кто-то из Высших Магов не удосужится ее осмотреть.

— Так где же мне такого найти? — вновь повторила я свой вопрос.

— На службе у Истинного Короля, — отозвался доктор. — Или же в лазаретах, но соваться сейчас туда я бы не советовал. Надо немного подождать. Там полным-полно раненных, поэтому пока что развлекайте девочку, и пусть она побольше гуляет. Да, и купите в аптеке то, что я выписал. Деньги-то есть? — спросил он у меня, на что я неопределенно пожала плечами.

— Все относительно в этом мире, — сообщила ему, и доктор со мной согласился, но уже после того, как пригубил вторую рюмку и спросил, не у найдется ли у нас сладкого пирога к чаю.

Жизнь Ставроса определенно начинала налаживаться, чего я не могла сказать о своей.

Оставив его завтракать под надзором Марии, я взяла выписанные рецепты, после чего, позвав Леннарта, во второй раз за это утро покинула таверну.

На этот раз я собиралась посетить Ратушу, чтобы заплатить налоги и подтвердить свою дарственную — мне совершенно не хотелось проблем с властями, — а потом уже решить, стоит ли мне закладывать свое единственное украшение.

Но перед этим я думала взглянуть на то, что стало с особняком де Эрве на улице Острых Клинков, и, если получится, забрать оттуда кое-что из одежды.

А если нет, то Боги им в судьи, этим Клинкам и Лилиям, из-за которых мы с дочерью остались на улице без ничего!..

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍6.5

* * *

Из Ратуши на свободу я вырвалась только через два часа, отстояв длиннющую очередь. Внутри собралось слишком много желающих подать жалобу на действия Лилий — вернее, на их злодеяния, — и запросить компенсацию за ущерб, причиненный собственности уличными боями.

Правда, никто не знал, дадут ли эту компенсацию и будет ли толк от жалоб, поэтому в очереди порядком нервничали, время от времени срываясь на крик.

А еще она совершенно не двигалась.

Наконец, когда я уже стала подумывать, что здесь состарюсь и умру, снова вмешался Леннарт. Поймал одного из секретарей, с озабоченным видом спешивших по коридору, и намекнул ему, что я пришла заплатить налоги, а вовсе не клянчить деньги из казны.

Подозреваю, именно из-за этого очень скоро меня вызвали в кабинет, куда я отправилась под ненавидящими взглядами толпы. Но мне было не привыкать…

В кабинете пожилой чиновник долго рассматривал мою дарственную, паспорт и бумагу, выданную королевским магом Эдвардом Блейзом. Признаюсь, я затаила дыхание, ожидая какого угодно отношения, включая и то, с которым я столкнулась в доме доктора Эзнера.

Но проклятий в свой адрес так и я не услышала, и деньги у меня тоже взяли. Только вот за регистрацию дарственной и разрешение на работу на новое имя с меня мстительно содрали чуть ли не втрое больше, чем я ожидала. Куда больше той суммы, которую мне озвучил Леннарт!..

Но делать нечего, пришлось заплатить.

Поэтому к дому ломбардщика я явилась без единого дукара и готовая почти на все.

Но только не на то, что он мне предложил.

Впрочем, сперва меня встретили крайне приветливо и проводили в святая святых хозяина — в роскошный кабинет с изящной и дорогой мебелью и тяжелыми бархатными гардинами, закрывавшими окна.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Неужели ко мне пожаловала сама красавица-вдова Лорейн де Эвре? — произнес господин Шерц, вышедший навстречу.

Галантно поцеловал мне руку, затем усадил в мягкое кресло.

В его кабинете царила приятная прохлада, располагавшая к беседе. Вышколенная служанка тут же принесла кофейник, на подносе рядом с которым стояло лакомство — цукаты и засахаренные орехи.