Божественная академия (СИ) - Кантор Виола

— На первом курсе мы займемся проработкой основных стихий, а после испытания, которое вы, конечно, пройдете, я открою для вас мир уникальных стихий. Поверьте, стихийная магия может даже невозможное, а сочетания стихий охватывают все стороны жизни как смертных существ, так и богов.

Видно было, что она любит свой предмет…

Без предупреждения перед каждым студентом возник горизонтальный ряд из четырех шаров, состоявших из основных стихий. Огонь горел, волны шумели, в воздушном шарике дул ветер, а земной был похож на круглый камень.

И Мерхдлен приказала:

— Дотроньтесь до той стихии, что вас интересует больше всего. После этого сферы выстроятся в зависимости от того, насколько вы способны с ними общаться.

У всех, кроме Таи, стихии выстроились вертикально. Так, у Шиззара первым оказался земляной шарик, потом водяной, потом почти на одном уровне огненный и воздушный. У Велесы в обратном порядке — огонь, воздух, вода и земля. И только сферы перед Таей не сдвинулись со своего места, хотя она дотронулась до водяного шара. Это было вполне понятно: она так далека от стихийной магии. Лантаниола теперь будет ликовать. Но… Не всегда же Тая может у нее выигрывать!

— Вы, наверное, думаете, что я хочу узнать, в какой стихии вы достигли мастерства, чтобы улучшить ваш и без того прекрасный результат? — Мерхдлен покачала головой и добавила: — Нет. Каждый из вас сейчас должен зажать в ладони тот шар, который находится ниже всего. Эту стихию он будет изучать первой…

Тая подняла руку, и после выжидающего взгляда магистра, направленного на нее, спросила:

— А что мне делать?

Мерхдлен поморщилась и только потом удостоила ее своим ответом:

— Я слышала, что ты попала в Эльфийскую лилию по ошибке, но не думала, что все так кошмарно. Скажи, ты умеешь использовать хоть какие-нибудь заклинания?

— Нет.

— Что ты тогда делаешь в этой группе?

Вопрос казался риторическим, но Тая все же ответила:

— Меня сюда распределили.

— Не думала, что скажу это, но… Тебя здесь быть не должно. Я не работаю с новичками, у которых нет никаких знаний о магии. Я даже не знаю, о чем можно с тобой разговаривать, чтобы ты поняла хоть слово. Думаю, тебе лучше покинуть аудиторию, чтобы не мешать остальным и не отвлекать тех, кто действительно способен учиться. Иди, а я, наконец, смогу начать лекцию!

Краем глаза Тая видела, что Лантаниола улыбалась, как ненормальная. Казалось, что у нее лицо сейчас треснет… Тая встала, гордо подняла голову и не менее гордо вышла из комнаты. Когда за спиной закрылась дверь, на глаза навернулись слезы обиды.

Нет, Тая была уверена, что Совер, как куратор, объяснит магистру правила, которые она и так должна была знать. Нельзя выгонять того, кто распределен в эту группу. Нельзя сомневаться в распределении. Нельзя… Но возвращаться к магистру Мерхдлен не хотелось…

В воздухе соткалась искра, которую Тая попросила:

— Пожалуйста, отведи меня к окну, из которого самый волшебный вид.

Страдать нужно красиво! А то — когда это занятие завершится, нужно будет идти на урок для Птенчиков, а потом за ней придет Жасмин, а может еще Эльмира и остальные. Страдать будет некогда…

* * *

У окна на пятом этаже Таю ждал Баш-Ирг, которому она обрадовалась как родному. Он спросил:

— Почему ты такая грустная? Что случилось? И почему ты не на лекции?

Тая не хотела жаловаться, но врать огру было неразумно, тем более, что он и сам умел это лучше всех, а значит, сразу почувствует неправду.

— Магистр Мерхдлен выгнала меня из аудитории. Она сказала, что не умеет обучать тех, кто не знаком с магией.

Баш-Ирг нахмурился и стал еще представительнее, чем был. Он прогудел:

— Непорядок! Твой куратор разберется с этим делом. Не расстраивайся так!

— Но я не буду ему жаловаться…

— А тебе и не надо! Он уже знает. Где бы он ни был, до него уже дошло мое послание.

Тая вдруг вспомнила, что Баш-Ирг — не простой привратник, а один из основателей академии.

— Раньше ты был директором, мне Совер про это сказал.

— Он слишком много болтает. Молодой совсем…

— Если бы ты не ушел с этого поста, то смог бы убедить гадательный шар, что мне не нужно учиться с Эльфийской лилией.

— Я так внушительно выгляжу? Нет, этого даже я изменить бы не смог.

Тая горестно вздохнула. Быть может, чересчур горестно… Разговор с Баш-Иргом ее успокоил, а слезы высохли. Он — настоящий волшебник!

— Мерхдлен — один из лучших специалистов в стихийной магии во всех известных нам мирах. Когда у вас с ней получится найти с ней общий язык, ты узнаешь много интересного.

Когда Баш-Ирг так уверенно говорил, ему хотелось верить… Но с магистром Мерхдлен Тая не хотела бы больше встречаться, а уж об экзамене ей даже думать было страшно.

Чтобы отвлечься, Тая спросила:

— А ты не скучаешь по своей прежней жизни?

— Вот уж нет!

И Баш-Ирг стал рассказывать смешные истории о непослушных магистрах и студентах, которые он знал очень и очень много.

Глава 16

Благодаря Баш-Иргу к аудитории, где должна была проходить стихийная магия у “Птенчиков”, Тая подошла уже спокойной и даже улыбающейся. Но Креспид не поверил ее облику и спросил:

— Ты плакала?

— Нет.

— Извини, я использовал неправильную интонацию. Она должна была быть утвердительной, а не вопросительной. Ты плакала! Что случилось?

— Ты умеешь подсматривать чужое прошлое?

— Нет.

— Тогда со мной все в порядке.

Тая вошла в аудиторию, а за ней последовал ворчащий Креспид:

— Не хочешь мне рассказывать, не надо. Посмотрим, как ты сумеешь промолчать, когда вопросы тебе будет задавать Жасмин…

Тая тяжело вздохнула. Она не хотела жаловаться на магистра Мерхдлен, тем более, Баш-Ирг пообещал, что ситуация разрешится в пользу Таи. Но Креспид нашел, чем ее напугать…

— Я и не знала, что за серебряной маской скрывается такой противный ябеда! Я просто не хочу много раз рассказывать эту историю, в которой, предупреждаю, нет ничего интересного. Когда соберемся все вместе, тогда и услышишь…

Креспид кивнул и отодвинул для Таи стул.

“Вы только на него посмотрите! Ябеда-джентльмен…”

Пришлось сесть, и, так как преподаватель еще не появился, у Таи вырвался вопрос:

— Скажи, а как ты изучаешь магию, хотя даже не пытаешься научиться ею пользоваться?

— Теоретически. И надо сказать, что практику переоценивают. Сегодня выяснилось, что я лучше разбираюсь в лавовых созданиях, чем вся моя группа.

— А что ты такого смог сообщить про этих существ, чего бы не знали остальные студенты?

Креспид сел рядом, скрестил руки на груди и ответил:

— Всем лавовым созданиям свойственна самовлюбленность. Про себя, красивых и замечательных, они готовы слушать бесконечно.

— Ты так много знаешь про стихийную магию?

— Не просто много, а очень много.

— Тогда почему ты в “Птенчиках”? Нет, я очень рада, что не сижу здесь в одиночестве, но чему ты можешь научиться в группе для новичков?

— Академия, лично гадательный шар и магистры, вместе взятые, все еще надеются, что хоть один из технобогов научится магии. Рано или поздно…

— Так у тебя есть шанс войти в историю?

— Спасибо, но нет. В присутствии магических сил техника ломается, а страшнее участи, чем у бесполезного технобога, я не могу себе представить.

Дверь открылась, впуская Тарруса, который воскликнул:

— Моя любимая группа! Как я рад вас видеть!

С ним Тая чувствовала себя легко, как со старым другом. Она спросила, постаравшись сделать невинное лицо:

— Привет! А где наш преподаватель? Ты же еще не имеешь права преподавать?

— Хорошая попытка, но вы должны радоваться, что вас будет учить по своей экспериментальной методике младший магистр. Вы еще спасибо мне скажете, — тут он присмотрелся к рукам Таи и произнес с чувством: — Поздравляю тебя со вторым браслетом! Это настоящее достижение…