Магия грез - Монинг Карен Мари

Я обернулась. Мои руки сжались в кулаки, зубы оскалились. Позже Дэни сказала мне, что я выглядела одновременно как животное и как ангел возмездия. Это произвело впечатление даже на нее, а этого ребенка нелегко впечатлить.

— Мне не все равно, вот что! — зарычала я. — Я приехала сюда через пустошь. Я видела повсюду одежду и кусочки пергамента. Я смотрела на детское сиденье, прежде чем вынула его из «ровера». Я знаю, что пытаются сделать Невидимые с нашим миром, и либо остановлю их, либо погибну, пытаясь это сделать. Так что отвали от меня на фиг со своими подозрениями — ты сидишь у меня на горбу со дня нашей встречи — и очнись! Я не из плохих ребят. Я из хороших. Я та, кто может помочь. И я помогу, но на своих условиях, не на твоих. Иначе я просто ухожу отсюда.

Дэни прошла мимо Ровены и присоединилась ко мне.

— И я уйду вместе с ней.

Я посмотрела на нее, и мои губы уже начали произносить «нет», но потом я остановила себя. Какое я имею право с ней спорить? Дэни уже взрослая и может выбирать. По-моему, тот, кто достаточно вырос, чтобы убивать, имеет право сам принимать решения. А для ханжей в аду приготовлено особое местечко.

Из толпы вышла Кэт. Из всех ши-видящих, которых я встречала, эта тихая, упрямая сероглазая брюнетка, возглавившая небольшую группу напавших на меня в «Книгах и сувенирах Бэрронса» («КСБ») в тот день, когда я нечаянно убила Мойру, казалась мне самой уравновешенной, здравомыслящей и сосредоточенной на долговременной цели — избавить наш мир от Фейри. Мы несколько раз с ней встречались и даже сотрудничали. Я все еще готова была сотрудничать, если Кэт не против. Ей было двадцать с небольшим, но она держалась со спокойствием и выдержкой, которые свойственны людям гораздо старше. Я знала, что у нее есть влияние на ши-видящих, и мне было интересно услышать, что она скажет.

— Мак нужна нам, Грандмистрис. И, нравится нам это или нет, она может быть самым полезным инструментом на данный момент.

— Ты больше не винишь ее за то, что она начинила Сферу Тенями?

— Она может остаться и помочь нам избавиться от этой гребаной мрази, раз уж она ни в чем не виновна.

— Следи за языком, — резко сказала Ровена.

Я закатила глаза.

— Ох, черт побери, Ровена. Это война, а не кастинг на конкурс «Мисс Конгениальность».

Кто-то захихикал.

— На войне нужны правила!

— На войне нужно победить! — сделала я ответный выпад, и мои слова вызвали довольный хор приглушенных голосов.

— Что скажете о голосовании? — предложила Кэт.

— Хорошо, — одновременно выпалили мы с Ровеной и тут же неприязненно посмотрели друг на друга.

Она ни секунды не верила в то, что я могу победить, иначе ни за что бы не согласилась. Я тоже не была уверена в своей победе, но надеялась, что накал эмоций и годы неудовольствия, вызванного ее правлением, дадут мне преимущество. У Кэт было много последовательниц среди ши-видящих, а она высказалась в мою пользу. Даже если я проиграю, я знаю, на кого можно будет рассчитывать.

Кэт повернулась лицом к толпе ши-видящих, заполнивших холл.

— Все зависит от нас, поэтому взвесьте все, прежде чем высказать свое решение: уйдет Мак или останется? Если вы за то, чтобы она осталась, поднимите правую руку и держите ее, пока я не посчитаю всех.

Это было напряженное голосование.

Я победила с небольшим отрывом.

И постаралась запомнить лица всех тех, кто голосовал против меня.

— Какого хрена тут делает В'лейн? — потребовала я объяснений, как только мы с Дэни остались наедине.

А для этого потребовалось несколько часов. После того как я победила во время голосования, Ровена решила слегка надавить на меня перед ши-видящими, чтобы проверить, прогнусь ли я. Она дала мне указание: чтобы оправдать свое присутствие, я должна убрать не меньше десятка Теней из аббатства, прежде чем смогу поесть или поспать.

Я решила пока что подчиниться.

Мне не только нравилось выслеживать Теней и выбрасывать их под клонящееся к закату солнце — я достаточно долго следила за ними еще в книжном магазине и знала все места, в которых они любили прятаться, — я училась правильно сражаться. Я понимала важность нескольких мелких проигрышей. В итоге меня начнут недооценивать, сбросят со счетов. Ровена решит, что я полностью ей подчиняюсь, — ровно до тех пор, пока ряды ее последовательниц не всколыхнутся и не свергнут ее. Я не собиралась оставаться в аббатстве надолго. Я пришла сюда ради копья, чтобы получить ответы на свои вопросы и возможность поднять мятеж в рядах последовательниц Грандмистрис. Я хотела разбудить ши-видящих, напомнить об их призвании. Заставить их свергнуть старушку и стать теми, кем они могли стать.

— В'лейн появился в тот день, когда тебя забрал Бэрронс, — сказала Дэни. — Ты бы только видела! Когда он услышал, что тебя нет, он просто взорвался.

— Фейри не взрываются, Дэни.

Бесстрастные Фейри редко демонстрировали свои эмоции. И даже В'лейн, который в последнее время преуспел в человеческих реакциях, вряд ли мог «взорваться».

Глаза Дэни расширились.

— Чувиха, он заморозил Ровену!

— Ты хочешь сказать, что он превратил ее в глыбу льда? — Дэни так любила сленг, что иногда сложно было понять, что на самом деле она имела в виду. Поскольку Ровена была жива, Дэни наверняка выразилась фигурально.

Девочка кивнула.

— От шеи и ниже. Оставил ее голову торчать изо льда, чтобы она могла говорить. А потом пригрозил щелкнуть по ней пальцем, чтобы она наблюдала, как рассыпается на осколки. Это было офигенно.

— Но почему?

Дэни пожала плечами.

— В'лейн дико разозлился из-за того, что Ро тебя отпустила.

— Я сказала ему, что Бэрронса ничто не могло остановить, но это разозлило его еще больше. Он сказал, что застрял, охраняя Королеву, и не мог до тебя добраться. По-моему, он собирался сделать то же, что и Бэрронс, и, когда узнал, что тот опередил его на несколько часов, совершенно раскис. Я думала, он всех нас заморозит.

— Но почему он до сих пор здесь? И как они с Ровеной могли подружиться после того, что он устроил?

Я попыталась не думать о том, что могло бы случиться, доберись В'лейн до меня первым. Скорее всего, секс со смертоносным Фейри окончился бы тем, что я осталасьбы при-йанавсегда. Я не могла представить В'лейна, который рассказывает мне о моем детстве или показывает фотографии моей семьи, чтобы помочь мне прийти в себя.

Дэни улыбнулась.

— Проще это показать.

Она побежала ко мне так быстро, что ее силуэт показался размытым, а потом просто исчезла.

И я тоже исчезла, точнее, исчез коридор, в котором мы стояли, и я ничего не могла разобрать, кроме расплывчатых пятен, шума и ощущения движения. Я чувствовала руки Дэни у себя на плечах. Она несла меня куда-то с невероятной скоростью.

Мой локоть во что-то врезался, это что-то хрюкнуло.

— Ой! — сказала я.

Дэни захихикала.

— Лучше прижми локти к бокам, это помогает.

— Смотри, куда летишь, девчонка! — крикнул кто-то.

— Ой, простите, — пробормотала Дэни.

Что-то врезалось мне в бедро.

— Ой, — снова сказала я, услышала чье-то ругательство, но тут же понеслась дальше.

— Мы почти на месте, Мак.

Когда мы остановились, я скривилась и потерла локоть. Неудивительно, что Дэни вся в синяках.

— В следующий раз давай просто пройдемся, а?

— Шутишь, что ли? Двигаться, как я, — это же самая крутая штука на свете! Я обычно не такая неуклюжая, просто сегодня из-за тебя из комнат вышло много народу и они все о тебе говорят. Я эти коридоры сердцем чую. Я во сне могу по ним промчаться, но хреновы люди сегодня путаются под ногами.

— Может, тебе удастся уговорить их сигналить, когда они собираются повернуть, — сухо сказала я. — Знаешь, как вы сигналили, когда развозили почту на велосипедах.

Ее лицо просветлело.

— Думаешь, они будут это делать?

Я фыркнула.

— Сомневаюсь. Мы явно не в числе их любимчиков. — Я осмотрелась по сторонам. Мы находились в большом зале, где стояли составленные буквой «П» столы и десятки стульев. — Почему ты принесла меня сюда и что…