Линдси Пайпер - Заклятие короля

Ему было известно, какими привычками она обзавелась. Когда она спит. Когда моет свое тело. Когда тренируется.

А тренировалась она почти все время.

С тех первых дней после ее прибытия, когда все свелось к спорам, она регулярно ела и следовала установленному им распорядку. Растяжки. Тренировки с весом. Кардиоваскуляр­ные. Она даже придумала способ качать пресс, зацепившись ногами за верхнюю перекладину двери своей камеры. За не­делю она добилась прогресса, превратившись из слабого су­щества в женщину с практически неограниченной силой.

Он взглянул сквозь решетку двери в коридор, ведущий к ее сырой темной комнате. На ночь он отключал лампы, но время от времени оставлял их гореть. Тренировка способно­сти адаптироваться к любой ситуации. Только благодаря сво­ему обостренному зрению он мог рассмотреть ее движения. Лето прищурился и сосредоточился. Едва заметные в темноте движения ее тела за работой казались сексуальными, тан­цующими тенями. Каждый напряженный выдох отдавался В его груди. Она охнула. Глотнула воздуха. Выругалась.

Слишком слабые для человеческого слуха, эти звуки су­ществовали только для Лето.

В лишенной света комнате он вспоминал, как она выгля­дит без одежды. Звуки ее тренировки вплетались в его поч­ти безупречную память.

Он мог заставить ее так дышать под ним.

Они могли трахаться. Жестко. Агрессия и бой придали бы сексу особую остроту. А после они лежали бы вместе, пе­реплетя уставшие потные руки, и отдыхали, как после две­надцатичасовой тренировки. Нежность осталась для более мягких людей в более благоприятных условиях.

Он жаждал высвобождения, которого не давал даже бой.

От ее размеренных напряженных выдохов у него встал. Он помнил ее обнаженную плоть. Чувственные бедра, упру­гую грудь. Плоский живот. Длинные грациозные ноги.

И шрамы. Шрамы, которые она получила не в битве.

Сила воспоминания шипами вонзалась в основание его че­репа. То, что с ней сделали, было постыдно и отвратительно.

Он резко выдохнул. Дурак, Дракон тебя подери.

Прошлые мучения ничего не значили при подготовке к Клет­кам. Вполне возможно, что она стала сильнее, выдержав неиз­вестно что в лабораториях доктора Астера. Он будет исполь­зовать ее прошлое, чтобы превратить ее в воина, а не гадать, какую боль она пережила.

Она была из тех, кто выживает любой ценой, и тем силь­ней его злила загадка ее дара. Как так случилось,что она по­святила себя боевым искусствам и при этом не использова­ла самое мощное оружие в своем арсенале? С тем же успехом она могла быть человеком на боксерском ринге. Гости Асте­ров не спускались под землю ради такой обыденной чепухи. С их разочарованием придется справляться ему, не ей.

До боли сжав кулаки, он заставил себя сосредоточиться на целях сегодняшней ночи, отбросить все остальное. Он будет давить, давить, давить, пока что-нибудь не сломается. Или пока они не сплавятся в одну команду.

— Решил проверить, как у меня дела?

Нинн подошла к решетке по наклонному коридору, чтобы встретить его по ту сторону двери. То, что она смогла при­близиться незамеченной, застало Лето врасплох. Она ли на­столько хороша или он так глубоко ушел в свои мысли? Ее гладкая золотая кожа блестела от пота. Одри разделась, оста­вив только белье и облегающий топ. Простой белый хлопок. Влажный от пота. Облегающий. Ее груди, живот и крепкие бедра заворожили его не хуже загадок и вопросов.

— Ты дала мне повод решить, что тебе не помешает при­смотр, — сказал он. По потоку холодного воздуха Лето по­нял, что он тоже вспотел. Толкнул охранника, глазевшего на гибкую блондинку с разворота журнала. — Мы будем прак­тиковаться в Клетке.

Это была не просьба.

Страж у решетки пожал плечами, хотя его громоздкий полный доспех почти что скрыл это движение. Охранников одевали частично как наемников из спецназа, частично как средневековых воинов. Эти двое вполне могли оказаться и тем, и другим.

То, чего Лето не видел сам, трудно давалось его восприятию. Его мать отказывалась оставаться одна и последовала за сво­им молодым мужем в подземный комплекс, в надежде начать все заново и поднять семью. Его отец не верил в образова­ние во внешнем мире и не отпустил туда Лето на учебу. Так было решено, что он станет воином Клеток. Его будущее бы­ло определено сразу, а вот Йету и Пэлл готовили к выходу из тьмы для того, чтобы они могли найти мужей среди Пяти кланов. Йете удалось, Пэлл так и не дожила до возможности воспользоваться этим шансом.

И все же мать была удивительно талантливой учительни­цей во всем, что касалось жизни на поверхности. Она учила этому всех своих детей, в том числе и Лето. Она настаивала на том, что ему необходимо понимать устройство мира за темными стенами картеля. Глубоко в темном уголке созна­ния он до сих пор сомневался в том, что узнал. Это же были слова, а не конкретные факты, которые можно было прове­рить на практике и воспринять самому.

Охранники из Таунсендов и Кавашима носили свою, осо­бую униформу, но Лето редко обращал внимание на детали. Он вспоминал о других картелях и их воинах только когда объявляли расписание поединков Конфликта. Когда Лето требовалось узнать все, что только возможно о противнике, которого необходимо победить, он пользовался услугами Килгора.

Нинн провела ладонью по шее, вытирая пот.

— Тренироваться сейчас? Я уже собиралась спать.

— Я могу оставить тебя здесь. Но мне казалось, ты не от­кажешься от дополнительной порции. — Он приподнял на­крытый поднос.

Пару раз моргнув от нескрываемого удивления, Нинн слег­ка выпрямилась.

— И какой на сегодня план?

Она больше не называла его сэр. Как бывало обычно, ког­да она подчинялась. Он не знал, как трактовать ее сегодняш­нее настроение. Или свое. Во всех остальных аспектах она могла бы быть идеальным неофитом: быстрая обучаемость, отличные навыки, мощная мотивация к успеху.

Могла бы быть.

Как и он мог бы и должен был отвести взгляд от ее груди в то время, как охранник защелкивал кандалы на ее руках. Она вскинула подбородок — характерное движение, которому она наверняка научилась среди людей. Оно подчеркива­ло грациозность ее шеи, пухлость нижней губы, ширину ее мягких округлых скул. Она смотрела на него прищуренны­ми синими глазами — словно сверху вниз. Строгая грациоз­ность не ограничивалась ее шеей, она была присуща всему телу, и тело искушало его. Манило. Оно было полно силы и состояло из плавных округлостей. Сила и женственность. Нинн из клана Тигони была вызовом в постели не меньше, чем в битве Клеток. Лето хотел коснуться ее голой талии, по­гладить ее ягодицы, запустить пальцы между ее бедер. Он ощутит пальцами ее влагу. Он попробует ее на вкус. И она ощутит его, использовав по назначению свой упрямый рот.