Орден Скорпионов - Айви Эшер

и жестко, его бедра шлепают о мои ягодицы, и я подпрыгиваю на его идеальном члене.

– Еще, – требую я, и тянусь к Курио и Тареку.

Курио оставляет дорожки поцелуев по всему моему телу, целует меня до беспамятства, а его ловкие пальцы ласкают мою грудь. Тарек же оказывается между моими бедрами.

– Ты хочешь, чтобы я вошел в твою тугую, влажную, сладкую маленькую киску, Осет? – спрашивает Тарек, и я сжимаюсь так сильно, что Риалл стонет.

– Да, наша соулмейт очень хочет, чтобы ты трахнул ее идеальную щель, – соглашается Риалл, тянется ко мне спереди и начинает медленно поглаживать мой клитор.

– Чувствуешь там пустоту, любовь моя? Хочешь, чтобы я ее заполнил?

– Мне нужен твой член в моей киске, Тарек, пожалуйста, – наполовину умоляю, наполовину приказываю я.

– Черт, ты идеальна, – мурлычет Курио и смотрит, как его брат начинает погружаться в меня.

Тарек вжимается в меня, и Риалл замирает. Тарек хватает меня за бедра и погружается так глубоко, как только может, и я стону от удовольствия.

– Обхвати меня губами, Лунный Лучик, – приказывает Курио.

Он оказывается перед моим лицом, и желание капает с головки его члена. Я наклоняюсь вперед и облизываю его, берусь за основание и забираю его в рот, постанывая от восторга, когда наконец-то все мои «скорпионы» погружаются в мое тело. Я впиваюсь пальцами в задницу Курио, чтобы он трахал мой рот так, как мне нравится, и во мне растет новый оргазм. Тарек и Риалл подстраиваются под его ритм, и теряю голову от умопомрачительного удовольствия. Каждый «скорпион» наполняет и растягивает меня, и мне так хорошо, что сводит с ума и подводит к очередному оргазму. Он вырывается из моего горла стаккато, пока Курио трахает мой рот.

– Я уже близко, – хрипит Риалл, его широкие ладони сжимают мою грудь, а его губы прижимаются к моему плечу.

Какое-то извращенное предвкушение охватывает меня, когда я слышу стон Курио:

– Я пытаюсь держаться, но, черт возьми, я не могу. Это слишком хорошо, я чертовски близко!

– Нам всем в тебе так хорошо, родная. Ты идеальна для наших членов, – мычит Риалл.

Его толчки становятся все более дикими, а затем его клыки вонзаются в мое плечо, он заливает мою задницу своей спермой – и это восхитительно. Риалл рычит, пьет мою кровь, и каждое движение его губ заставляет меня сжиматься вокруг него и Тарека. Он снова кусает меня, и от этого я разлетаюсь на мелкие кусочки удовольствия. Они превращаются в хлопья пепла, а затем собираются в единое целое и прорываются прямо в мою сердцевину, взрываясь сильным, всепоглощающим оргазмом, что потрясает до глубины души.

Курио вскрикивает и глубоко погружается в мой рот, и я проглатываю его удовольствие. Тарек вбивается в меня все быстрее и быстрее, член Курио упирается мне в горло, и я удовлетворенно хмыкаю – Курио смотрит на меня так, будто я достойна поклонения. Медленно он вынимает член, и я вылизываю его дочиста, пока он бормочет бессвязные похвалы, а затем падает на кровать и ложится на бок. Он тяжело дышит, но его карие глаза смотрят на меня мечтательно – он удовлетворен и счастлив. Он откидывает с лица влажные пряди длинных волос и смотрит, как Тарек вбивается в меня.

Риалл отрывает губы от моего плеча и покусывает мочку моего уха. Он оттягивает мои соски в идеальном ритме с толчками Тарека.

– Мы твои, моя кровь, – шепчет он мне на ухо, и Тарек разводит мои колени так, чтобы войти глубже и под другим углом. Он нащупывает во мне ту самую сладкую точку, и я вскрикиваю. Наслаждение поднимается во мне – я чувствую себя храмом, построенным в честь и во славу «скорпионов».

– Да, – кричу я, – вы мои! – И в ту же секунду Тарек входит в меня так глубоко, что все, что мне остается, – это вопить: – А я ваша! – И очередной оргазм взрывается во мне, уничтожая и воскрешая меня.

– Да, так, на хрен, и есть, – соглашается Тарек, с рычанием кончая, а затем падает на нас с Риаллом.

Я ворчу по его весом, а Риалл смеется, что заставляет два члена, все еще находящиеся внутри меня, двигаться. Я стону от удовольствия, проносящегося по моему телу, и откидываюсь назад, прижимаясь к твердой груди Риала, пытаясь перевести дыхание. Мои разум и тело погружаются в озеро неразбавленной эйфории, из которого мне не захочется вылезать.

– Ты невероятна. Просто охренеть, – хрипит Тарек, выходит из меня и перекатывается на сторону, не занятую разморенным телом Курио.

Риалл перекатывает меня на бок и выходит из моей попки, тепло его и спермы начинает вытекать из меня, и я издаю удовлетворенный стон. Я зарываюсь в подушки и погружаюсь в блаженство, но тут же удивленно вскрикиваю и смотрю вниз: между моих бедер мелькает рука Курио. Он буквально втирает сперму братьев в меня, и в его глазах появляется темный, развратный блеск.

– Просто хочу, чтобы ты была наготове, Лунный Лучик, – говорит он мне, и в его голосе – обещание чего-то прекрасного. – Никто из нас даже близко не подошел к тому, чтобы сегодня оставить тебя в покое.

– Хорошо, – радостно щебечу я. – Потому что я вас не оставлю в покое никогда.

Я вглядываюсь в лицо каждого из «скорпионов», и эмоции захлестывают меня – я так благодарна им, что они боролись за меня. Что они не сдались, когда я пыталась оттолкнуть их, когда я говорила им, что никогда не буду их, что не останусь с ними. Они знали то, чего не знала я, – что мне суждено было принадлежать им, а им – мне.

Между нами больше нет тайн и секретов. Нет больше стен и оговорок. Я знаю, кто я теперь, и это не потому, что я раскрыла тайну своего прошлого и того, как я сюда попала. Это потому, что три «скорпиона» заглянули мне прямо в душу и полюбили все, что увидели. И научили меня любить свою душу.

Мы – торговцы смертью, что бродят в тенях.

Мы вершим судьбы других.

Мы – Орден Скорпионов, и наше время пришло.

Эпилог

– Тиллео, – шепчу я на ухо хозяину Приюта.

Он дергается, но не просыпается. Я улыбаюсь «скорпионам» и сильнее прижимаю кинжал в виде скорпионьего хвоста к его горлу. Для фейри, тренирующего убийц, Тиллео не слишком бдителен. Я осматриваю темную комнату и оцениваю роскошную, богатую обстановку.

От возвращения сюда у меня мурашки бегут по коже. Я стою так близко к Тиллео, что все мои инстинкты вопят в тревоге, но я больше не