Джанин Фрост - Темнейшее объятие ночи (ЛП)

Рафаэль оказался сверху меня, его крылья простирались и нависали над нами словно темный навес. Их концы опускались вниз по обе стороны от него, а мягкие края перьев щекотали мне бока. Каким — то образом крылья поддерживали его, освобождая руки. Он схватил меня за бедро и шею одновременно, его рот требовал меня в горячем поцелуе, пока он приподнимал мои бедра.

— Да, — судорожно выдохнула я, почувствовав, как плотная и твердая его часть продвигается в мой центр.

А потом я буквально задохнулась от проникновения его плоти, его жар наполнил меня с толчком, с которым он полностью вошел в меня. Его рот приглушил крик, сорвавшийся с губ, когда он начал двигаться, а то глубокое внутреннее трение разожгло мое желание, превратив его в ад. Я вцепилась пальцами в его спину пониже крыльев, наслаждаясь жесткий ритмом его толчков, выгибаясь, чтобы он оказался еще глубже, одновременно задаваясь вопросом, смогу ли я выдержать это.

Он потянулся вниз, обхватывая мою грудь и сжимая сосок с чувственной грубостью, пока другая его рука удерживала мои бедра захватом, и я не хотела, чтобы он ослаблял его.

Твердая шелковистость его кожи, эти глубокие невероятные толчки, пульсация в моем соске, требовательная страсть его губ… всего этого было слишком много. Трепет восторга превратился в дрожь, когда я закричала, а мое лоно сжалось от экстаза, что лишь усиливало каждый длительный толчок, пока меня не затрясло от силы оргазма.

Его рука оставила мою грудь, он обхватил меня за бедра обеими руками, а его толчки стали быстрее и тяжелее. Я прервала наш поцелуй, чтобы сделать судорожный вдох, закончившийся стоном от интенсивности движений Рафаэля. Почти вслепую я потянулась за его гладкую спину, находя те рубцы между новыми широкими участками плоти, поддерживающими великолепие его крыльев.

Рафаэль выгнулся, отбрасывая назад голову и двигаясь еще быстрее. Наши голоса превратились в серию стонов — его еще более хриплые, чем мои — когда он еще больше увеличил свой темп. Я была за пределами мышления, потерявшись в минном поле ощущений, которые посылали все больше взрывов наслаждения по моим нервным окончаниям, пока, наконец, он не издал гортанный крик. Его тело сжалось, в то время как пульсация жара наполняла мое лоно, заставляя меня тоже закричать. Последовали более глубокие толчки, увеличивающие во мне волны удовольствия, пока, наконец, Рафаэль не замер, опустив голову мне на грудь и делая неровные вдохи.

Мои глаза затрепетали, закрываясь, пока я продолжала задыхаться, а блаженство — бежать сквозь меня. Спустя несколько минут Рафаэль потянулся губами к моей челюсти, целуя ее.

Его руки начали ласкать меня, когда последний трепет восторга все еще угасал во мне. Он немного сдвинулся, но я не хотела, чтобы он отрывался от меня, поэтому обхватила его талию ногами, протестующе промычав.

Его смех защекотал мне шею, когда он скользнул к ней губами.

— Ненасытная, да? Мне это нравится.

— Мне нужно, чтобы ты оставался так… хоть еще чуть — чуть, — выдавила я, делая паузу, потому что до сих пор задыхалась.

— Мара. — Его руки обхватили мое лицо. — Ты моя супруга. Я буду оставаться в таком положении очень — очень долго.

Даже несмотря на удовольствие, которое вызвали эти слова, по позвоночнику побежал страх. Я так ужасно хотела, чтобы было так, как он сказал, но что если, когда я открою свои глаза, его останутся такими же, как и прежде? Не будет никаких искорок света, отмечающих его как принадлежащего, потому что он был неправ насчет меня? Лучше мне столкнуться с ордой Чистокровок, чем увидеть это. Мое сердце просто не выдержит.

Что — то влажное скатилось по моему виску, и я затаила дыхание, когда почувствовала, что он смахнул мою слезу.

— Мара, — хрипло произнес он. — Не сомневайся во мне ни на миг дольше. Открой глаза.

Я сделала сбивчивый вдох.

— Рафаэль, если они не…

— Я твой, — оборвал он меня, покрывая поцелуем мои губы. — Я уверен в этом больше, чем в чем — либо еще. А теперь открой глаза, чтобы тоже в этом убедиться.

Очень медленно я сделала, как он сказал. Его темные крылья — первое, что я увидела. А затем мое сердце начало бешено отстукивать, когда я встретила невозмутимый сапфировый взгляд.

Слезы тут же переполнили мои глаза, размывая черты его лица, но это не имело значения.

Я увидела достаточно. Смех вырвался из меня, а я сильнее обхватила его руками, должно быть, наполовину раздавив его.

— Я же говорил, — пробормотал он, сжимая меня в ответ, но намного более нежно.

Спустя секунду я отодвинула его, моргая, чтобы прояснить взгляд и снова увидеть те пять огоньков в его глазах. Для меня они были прекраснее корзинки, полной алмазов.

— Я собираюсь сделать тебя очень счастливым, — пообещала я скрипучим от эмоций голосом.

Его смех стал еще более хриплым, а руки начали спускаться вниз по моей спине.

— Я тоже намереваюсь сделать тебя счастливой, но на сей раз медленнее.

Я лежала на груди Рафаэля, его крылья исчезли за исключением тех рубцов, украшающих позвоночник. Его голос прервал мирную тишину.

— Выстрел транквилизатором. Очень умно.

Внутри я съежилась, но на деле не дернулся ни один мой мускул. Я чувствовала себя так, будто после последних пары часов мое тело находилось в состоянии постоянной эйфорической летаргии.

— Прости. После всего, что я слышала, и после того, как узнала, что ты лгал мне об определенных вещах, я подумала, что ты мог быть Чистокровкой. То, что ты Падший, даже как — то и в голову мне не пришло.

Он оставил поцелуй на моем плече.

— Как и большинству людей. Поэтому мне и удалось скрывать, кто я, так долго.

Я перевернулась, чтобы посмотреть на него.

— Я рассказала своей семье ужасные вещи о тебе. Среди других важных мероприятий я должна сразу же разъяснить им все. Я не хочу, чтобы они принялись стрелять в своего будущего зятя, лишь завидев его.

Намек на усмешку изогнул его губы.

— Нет, так не должно быть. — Затем его выражение стало серьезным. — Я уже догадался, что ты вернулась в Ноктюрну, намереваясь рассказать всем, что узнала обо мне. Что произошло? Эштон так неожиданно поймал тебя в лесу?

— Нет, меня подставил Джек, — сказала я, проклиная саму себя, вспомнив, что произошло. — Я доверяла ему, поэтому рассказала о тебе, думая, что если получу его поддержку, другие Частичные с большей вероятностью поверят мне. Но он вырубил меня, и я очнулась, когда он стоял, хихикая, на берегу, а Эштон тянул меня в реку к другому барьеру.