Второй ребёнок короля - Лилия Орланд
Велейн снова исчез во дворе. А Лута, окинув меня взглядом, подошла к шкафу. Затем сунула руки в его недра и вытащила аккуратную стопку одежды.
— Держи, должно подойти, — она сунула всю стопку мне и добавила сверху белое пушистое полотенце. Интересно, как она умудряется сохранять его белоснежным в таких условиях?
Велейн вернулся в дом. А мы, наоборот, вышли на улицу.
Я остолбенела на пару мгновений, а затем усиленно замотала головой.
— Я не буду тут мыться!
Задний двор дома выходил на улицу, достаточно оживлённую в этот ранний час. Мимо прошли два человека, слегка размытые пеленой, но тем не менее я могла разглядеть очертания их фигур и чёрные плащи, развевающиеся от быстрой ходьбы.
— Почему? — делано удивилась Лута.
— Здесь даже нет ограды! Я буду на виду у каждого, кто пройдёт мимо!
Такой подставы я не ожидала ни от хозяйки дома, ни тем более от воина, который за минувшую ночь несколько раз спасал мне жизнь.
Лута снисходительно улыбнулась. Моя очарованность ею тут же исчезла. Это какая-то западня? Я доверилась незнакомцу, потому что у меня не было выбора. И теперь придётся за это расплачиваться.
Лута расхохоталась.
— Видела бы ты выражение своего лица, — отсмеявшись, она вытерла выступившие слёзы. А потом произнесла совершенно серьёзно: — Деточка, это убежище, а я его хранительница. Никто не может смотреть сквозь мой морок. Да и зайти разрешено лишь тем, кому я саморучно выдала амулеты. Иначе ты в жизни не найдёшь это место.
Я сразу поверила её словам. С такой ярой убеждённостью они были произнесены. Лишь один вопрос не давал мне покоя.
— А как же королевский маг? Он тоже не сможет?
Лута снова захохотала.
— Ты забавная малышка. Я попрошу Арьеда оставить тебя здесь.
Отвернувшись и словно бы потеряв ко мне интерес, она подошла к большой бочке, придвинутой к стене дома. Рядом на лавке стоял таз с деревянным ковшом.
Лута опустила руки в бочку и что-то негромко забормотала, одновременно закручивая воду по спирали. Я поняла, что передо мной творится магия, но сумела различить лишь лёгкое сияние, идущее от воды.
— Всё! — Лута отряхнула ладони, оросив траву веером брызг. — Я сделала погорячее, чтобы ты не замёрзла. Воду можешь использовать всю. Он себе ещё наносит.
Она кивнула на колодец, притаившийся за высокой горой поленьев.
— Спасибо, — пробормотала я, всё ещё растерянно оглядываясь и прижимая к себе стопку белья.
— Мойся смело, Лидия Марград. Увидеть тебя можем только мы с Арьедиком, — она усмехнулась. — Но мы не будем. Обещаю за ним приглядеть. Если, конечно, ты сама не хочешь, чтобы он потёр тебе спинку.
Я покраснела, мучительно стараясь сохранить сдержанное выражение лица. Кажется, хранительница убежища отыскала себе новый предмет для насмешек. Надеюсь, Велейн не собирается оставить меня здесь? Эта женщина способна кого угодно довести до белого каления.
Я дождалась, когда она, посмеиваясь, вернётся в дом и закроет за собой дверь. А затем снова огляделась. Людей на улице не было видно, да и слова Луты меня убедили. И всё равно раздевалась я очень медленно, уж слишком непривычной и неожиданной оказалась ситуация.
Но постепенно успокоилась, немного расслабилась. Во двор не доносились звуки с улицы. Да и Велейн с Лутой сидели в доме, не стремясь нарушить моё уединение.
Поэтому я тщательно промыла волосы, щедро нанося на них ароматную мыльную массу из оставленного на лавке горшочка. Воздух ещё не успел прогреться, но вода была приятно горячей. И я до покраснения тёрла кожу, стремясь вымыть из неё въевшийся тюремный запах. А затем с удовольствием поливала себя из ковша.
Потом растёрлась пушистым полотенцем и оделась. Волосы пришлось обернуть, поскольку у меня не было гребня. И я, и Лута о нём не подумали.
Я открыла дверь, намереваясь войти и попросить у хозяйки расчёску, как вдруг услышала своё имя.
— Ты уверен, что Лидия Марград — та, за кого себя выдаёт? — это спросила Лута. А я-то думала, что понравилась ей.
— Что заставило тебя сомневаться? — ответ Велейна заставил сердце забиться чаще.
— Уж слишком она милая и наивная, а ещё вежливая, что зубы сводит. Не бывает таких.
Я прямо представила, как Лута загибает пальцы, перечисляя мои недостатки. Вот уж никогда не думала, что вежливость можно счесть таковой.
— Тебе не угодишь, — Велейн усмехнулся.
— Лучше расскажи, где ты её подобрал, такую грязную и вонючую. Чую, история меня позабавит.
А вот мне совсем не показалось забавным, как Лута обо мне отзывается. Даже если я слишком наивная, это не позволяет меня оскорблять.
Я открыла дверь шире и вошла в дом. Остановилась в проёме второй комнаты, в нескольких шагах от говоривших обо мне гадости и устремила на них негодующий взор.
— А вот и наша любительница подслушивать чужие разговоры, — Лута ничуть не прониклась моим возмущением. Вперилась в меня ответным взглядом, в котором сквозило презрение.
— Я не… я не хотела подслушивать… я просто… — меня охватило смущение.
Лута намеренно так говорила, чтобы я выдала себя. Глупая, глупая Лидия! Ты не просто наивная, но ещё и очень недалёкая!
Разумеется, они не стали ждать, когда я вымоюсь. Обсудили меня сразу же, как остались наедине.
И всё равно это было очень жестоко по отношению ко мне. Вежливость — не преступление, и я не заслужила подобного отношения.
Меня это разозлило. Злость пришла так внезапно, что я растерялась, и позволила ей меня захватить.
— Если вам интересна история грязной оборванки, можете спросить её напрямую!
— Именно это я и собираюсь сделать, — усмехнулась хозяйка дома, глядя на меня. Взъерошенную, раскрасневшуюся, сжимающую подол чужого платья.
— Хватит! — молчащий до этого Велейн наконец подал голос. Вроде даже и не повысил, но среагировали мы обе.
Я снова смутилась. Не ожидала от себя такой склочности. А Лута резко сменила выражение лица и манеру поведения.
— За гребнем пришла? — даже голос стал иным. Из него исчезли презрительные нотки.
Я так удивилась этой метаморфозе, что не сразу разобрала вопрос. Всё же Лута — мастер перевоплощений. Какой же из этих образов настоящий?
Не дождавшись ответа, женщина поднялась из-за стола и двинулась ко мне. Не доходя пары шагов, она остановилась. Я уже напряглась, что снова что-нибудь выкинет. И напряжённо наблюдала, как Лута распускает завязки занавесок, разгораживающих комнаты.
Когда плотная ткань сомкнулась, мы остались одни.
— Не дрожи, — она прошла мимо, добавив тихо: — Я тебя проверяла.
— Что?
— А ты что думала? Может, ты засланная. Провела Анвара. Проникла в убежище…
Меня поразили подобные
