Учёная заноза для лорда-дознавателя - Маришка Вега

развод. Ведь жена предала его, разрушила всё, что было ему дорого. И это правда.Но я — не она. Я лишь невольный свидетель, увидевший чужую жизнь во снах. Ночь за ночью я проживала её дни, а потом… проснулась в её теле.Теперь я — та, которую ненавидят. Та, которой больше не верят. Та, которая готовит на своего мужа покушение.Но я не убийца и не предательница!

Глава 17

Лавиния Вайли

Вот он час расплаты!

У меня дыхание перехватило от слов Дениэла, когда он признался в слепоте, только через несколько секунд дошло, что он винит в этом какое-то заклинание, которого не ощущает, и я судорожно выдохнула.

— А ты видишь? — Вдруг спросил он, и я немного опешила, а потом стала быстрее брать себя в руки не до размышлений сейчас.

— Вижу, — осторожно ответила ему.

— Значит, меня зацепило, так как я шёл первым и на остальных оно не распространяется.

— Надеюсь, я-то не маг, но могу сказать, что магии ведьм здесь тоже не ощущается, — авторитетно заявила ему.

— Рад слышать, тогда иди вперёд и говори, что ты видишь на записывающий кристалл, заодно и я послушаю, — махнул он мне рукой.

— Э, если ты уверен, то, конечно, подвинься чуть левее, и я пройду, — стала протискиваться вдоль стеночки.

Когда обошла мага и повернулась лицом, чуть не вскрикнула, глаза у него застилала тьма. Я-то думала, он просто не будет видеть, а здесь будто его магия взбунтовалась против него.

— И чего молчим? — Раздражённо спросил напарник. — Ты боишься вида крови и готовишься рухнуть в обморок? — Иронично изогнул он бровь, при нынешнем его виде выглядело более чем зловеще, поэтому я судорожно сглотнула и помотала головой, вспомнила, что он не видит, и шлёпнула себя по лбу ладошкой от маразма ситуации, чуть не сплюнула на пол от досады, это вообще не женственно, но от ситуации хотелось взвыть, но вспомнила про улики. — Нет.

— О, ты вспомнила обо мне, большое тебе спасибо! Столько непонятных звуков, океан безмолвия и, наконец, это «нет»! — Его слова просто сочились ядом.

— Я осматриваю место, что без толку молоть языком?! — Вспылила я. — Ты хуже дитя малого, минуту сам постоять не можешь! О, прости, ты боишься темноты? Взять тебя за руку?

— Да ты просто неторопкая черепашка, — протянул он, я тёмный маг и тьма моя подруга!

— Вот и пообщайся с ней, а я пока побуду нашими глазами на месте преступления, если ты перестанешь меня отвлекать! — Рявкнула я, уже не на шутку разозлившись. — Это моё первое дело, а здесь слепой напарничек без чувства юмора и времени!

Наступила долгожданная тишина, но мне легче не стало, теперь и вовсе стало не по себе, но делать нечего, и я действительно осмотрелась.

Кабинет был разгромлен, такое ощущение, что кто-то взял себе за труд не оставить ни единого листа не перевёрнутым. Кресла были вспороты, шторы сорваны, все ящики вывернуты, а бумаги из них усыпали пол. В центре всего этого безобразия стояло кресло, на подлокотниках которого болтались обрывки верёвок. Капли крови были разбрызганы вокруг этого места.

— Надо полагать, его связали и пытали, — ворвался в мои мысли голос Дениэла.

— Что?

— На кресле сидел муж потерпевшей, ведь никто более в доме не проживает, как я понял.

И только сейчас до меня дошло, что я в какой-то момент стала говорить вслух, как меня и просил напарник, а он делал выводы из моих слов.

— Как думаешь, рыдать хозяйка уже перестала? Расспросить бы её, — с досадой проговорил лорд-дознаватель.

— Пойдём посмотрим и узнаем, — внесла и я мудрое предложение, — а там по обстоятельствам решим.

Мы вернулись в гостиную, где ничего не изменилось, но хозяйка выглядела получше, так что есть шансы с ней пообщаться.

Дениэла мне пришлось вести под руку, чтобы он мог передвигаться по дому, но он от этого совсем не был счастлив, поэтому его напряжение ножом можно было резать.

В гостиной я посадила его в кресло, и у горничной едва не случился обморок, когда она увидела глаза дознавателя, а хозяйка дома, видимо, подзабыла о собственных горестях.

— А что такое? — Спросила она у меня, указывая в сторону мага.

— Не обращайте внимания, это от сложного тёмного ритуала, скоро пройдёт, просто не дотрагивайтесь до лорда, и всё будет хорошо.

— Э, как скажете, — заторможено отозвалась она. — Может, чаю, а то я что-то совсем о манерах забыла. Кити?

Горничная с больши́м энтузиазмом покинула нас, обойдя тёмного мага по большой дуге, сколько позволяли стены комнаты.

— Миссис Тристок, — взял слово, молчавший до этого напарник, — чем занимается ваш муж?

— Он владеет ювелирными магазинами в столице, — почти с гордостью отозвалась хозяйка и поправила колье на шее.

— У вас были денежные трудности? — Уточнил напарник.

Жена ювелира удивлённо на него посмотрела, но он, конечно, этого не увидел, как-то беспомощно взглянула на меня.

— Не знаю, Генри никогда не обсуждал дела со мной. Я занимаюсь домом и девочками, но ничего не смыслю в его деле.

Судя по камням на её шее, последний кусок хлеба они не доедали, но мало ли.

— Происходило ли что-то необычное в последнее время?

— Ну, мой муж много работал, и в последнее время я совсем редко стала его видеть, что меня расстраивало. Наши дочери очень скучали по нему.

— Они взрослые?

— Нет, им по пять лет, близняшки. Что же им сказать? — Опять заплакала миссис Тристок.

— Пока ничего не говорите, раз нет тела, то, возможно, ваш муж жив?

— Вы думаете?!

— Я не делаю поспешных выводов, нет смысла, — холодно отозвался мой коллега.

— Ваш муж работал один? Может быть, был компаньон?

— Насколько я знаю, нет, только поверенный в делах, помогал Генри с бумагами, счетами и тому подобным, — неопределённо махнула она рукой.

— Мы опечатаем комнату, никто туда не сможет войти, так что советую всех в доме предупредить, чтобы обошлось без травм, — отрешённо сообщил дознаватель.

Именно этот момент выбрала горничная, чтобы войти. Услышав слова тёмного мага, она вскрикнула, уронила поднос, стала извиняться и собирать осколки.

— Кити! — Шикнула на