Жена с Изъяном.Месть бездушному дракону - Эйрена Космос

даже не беднеет. Хороший знак.

– Настоящие драконы? С крыльями и хвостами? Как в Игре Престолов? – удивляется она.

– Не такие. Эти драконы превращаются в людей и лучше с ними не встречаться. Ничем хорошим это не закончится, – произношу я, ненароком вспоминая мужа.

Да, от ящеров лучше держаться в стороне.

– Охренеть, – шепчет арканитка.

– А еще перестань употреблять в своей речи земные слова. Не дай Бог, нас это выдаст, – вздрагиваю я и моя реакция не остается незамеченной.

– А что будет, если узнают?

– Если бы мне знать. Так что лучше о нашем попаданстве помалкивать. Этот мир жесток, а к женщинам особенно. А теперь тебе необходимо сосредоточиться и вспомнить ту, в чье тело ты попала, – внимательно смотрю я на Катрин. – Помнишь? Кто эта девушка?

Внезапно арканитка вздрагивает и начинает стремительно бледнеть. Так, она явно вспомнила что-то не очень приятное.

– Ну что, вспомнила? – начинаю волноваться я.

– Да, – дрожащим голосом произносит Катрин. – Я…

Глава 20

С замиранием сердца я смотрю на испуганное личико Катрин, чувствуя непреодолимое желание защитить эту хрупкую девушку. Её глаза, полные боли и страха, буквально разрывают мне душу.

– Расскажи, это очень важно, – мягко говорю я ей, стараясь вложить в голос всю теплоту и поддержку.

– Я помню только обрывки, и то смазанные. – Она обхватывает себя руками. – Ту девушки звали Катариной, и она что-то скрывала. Эта тайна буквально душила её каждый день. А ещё она жила в постоянном страхе. Она очень сильно кого-то боялась.

– Ты помнишь, как оказалась в том лесу? – Я подхожу ближе, чувствуя, как сердце колотится от волнения.

На мгновение Катрин замирает, и я замечаю, как её хрупкие плечи начинают дрожать. От этого зрелища к горлу подкатывает ком.

– За ней кто-то гнался. Кто-то большой и опасный. Затем нападение и сильная боль, а дальше – пустота. – Девушка начинает плакать.

Сердце разрывается от жалости к этой малышке. Душа буквально кричит от несправедливости происходящего. Кто знает, какая жизнь её ждёт в теле этой арканитки. Но ясно одно: нужно скрывать свою личность.

А ещё необходимо поговорить с Уолтером, чтобы не болтал о том, при каких обстоятельствах мы обнаружили арканитку.

– Нам нужно держаться вместе, – произношу я с твёрдой решимостью. – Я хоть и не скрываюсь, но жизнь хозяйки этого тела была не сахарной. Мало того что мачеха обманула с наследством, так ещё и муж вышвырнул на улицу, обвинив в измене.

Про покушения я не говорю. Девочка и так едва держится, так нечего пугать её ещё сильнее.

– Если хочешь, то расскажи о себе. – Я хочу немного разрядить гнетущую атмосферу.

– Я… Я поздно возвращалась домой после вечерней смены, – сообщает Катрин, уходя в себя. – Когда шла по парку, то внезапно почувствовала резкую боль в боку, затем удар по голове … и всё.

Холодный ужас пронзает всё моё существо.

Мамочки! Ужас какой! Эту малышку в нашем мире убили?

Как же наши судьбы похожи…

– Нам дали второй шанс. Понятия не имею, кто и зачем, но послушай меня. – Я подхожу к арканитке. – Мы воспользуемся этим шансом. Мы вырвем у судьбы счастливую жизнь.

Глаза Катрин наполняются слезами, а губы начинают дрожать. В этот момент она кажется такой беззащитной и ранимой.

– Правда? – едва слышно спрашивает она.

Какой же она ещё ребёнок... От этой мысли внутри всё сжимается от нежности и желания защитить (повтор).

– Правда, – ни минуты не сомневаясь, произношу я с железной уверенностью.

Внезапно позади нас раздаются аплодисменты. На мгновение внутри всё холодеет, а страх ржавыми иголками прошивает насквозь. Кровь стынет в жилах от того, что я вижу перед собой.

Что за?!

– Ну здравствуйте, мои девочки, – звучит насмешливый голос. – Рад с вам…

Не успевает существо договорить, как в следующий миг Катрин с диким криком и кочергой в руке несётся на это…

Откуда она взяла это орудие? И, что важнее всего, кто это существо?

К крику Катрин присоединяется истошный визг существа.

– Да как ты смеешь угрожать великому Оргосу?! – истошно визжит невысокого роста старик, его пышная борода трясётся от ярости, а глаза наливаются кровью.

Сначала я приняла его за безобидного домового, но от его яростного, полного ненависти взгляда сердце болезненно сжимается, во рту пересыхает от страха.

– Я прекрасно помню тебя, старик! – с неистовой яростью кричит Катрин, надвигаясь, словно разъярённая львица на сжавшегося в углу старика. – Я видела, как ты стоял над моим истекающим кровью телом! И никогда не забуду этот взгляд превосходства, когда ты смотрел на умирающую меня!

Что?! От шока у меня перехватывает дыхание. Катрин его знает?!

– Кто вы? – Мой голос звучит обманчиво спокойно, хотя колени предательски дрожат, а сердце готово выпрыгнуть из груди.

– Я тот, кто даровал вам жизнь в этом мире! – с невыносимым высокомерием вещает старик, выпрямляясь во весь свой небольшой рост. – Я БОГ!

От такого заявления я застываю. И не только я – Катрин так и замерла с высоко поднятой кочергой.

– А какие есть доказательства, что вы не лжёте? – Я недоверчиво щурюсь, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Да, он знает о нашем происхождении, но откуда нам знать, что этот Оргос не водит нас за нос? Пусть докажет, что именно он перенёс нас сюда!

– Ты смеешь обвинять меня во лжи?! – Старик задыхается от праведного гнева, его лицо наливается багровой краской. – Вот ты. – Его пронзительный взгляд буравит меня насквозь. – Жалкая старуха в своём мире, которая оказалась не нужна ни собственному сыну, ни мужу! Твой муженёк заменил тебя молодой красоткой, а потом собственноручно отправил на тот свет!

Каждое его слово, словно отравленный кинжал, вонзается прямо в сердце. Слышать жестокую правду невыносимо больно. Я изо всех сил стараюсь не вспоминать свою прошлую жизнь, но от этого боль не становится меньше.

– Хочешь знать, что сейчас творится в твоём мире? – с садистским наслаждением ухмыляется божок, наслаждаясь моими страданиями.

– Понятия не имею, – цежу я сквозь зубы, из последних сил сдерживая рвущуюся