Сердце мстителя - Тиффани Робертс

путешествие за пределы земной орбиты было для терран не более чем мечтой. Предки Саманты всего за несколько поколений до этого смотрели в ночное небо и видели недостижимое.

Любой задержки в развитии человечества было бы достаточно, чтобы Аркантус и Саманта никогда не встретились. Столько событий должно было произойти совершенно определенным образом, чтобы он нашел ее, а шансы на то, что Арк и его пара встретятся друг с другом, были настолько невообразимо малы, что граничили с невозможностью.

Блядь. Я скучаю по ней.

— Мы занимались этим весь день, — сказал Урганд. — Сколько еще мест в твоем проклятом списке?

Аркантус поднял единственный палец.

Урганд издал прерывистый вздох облегчения и возблагодарил все высшие силы, которые могли его слушать.

— Не за что, — сказал Аркантус, прежде чем тронуться в путь и помахать друзьям рукой.

Они продвигались по улице, проходя мимо других магазинов и контор. Театр с большим шатром стоял поперек проезжей части. Сотни людей выстроились снаружи, и пешеходы просто обтекали их. Над головой длинными потоками проносились ховеркары, некоторые из них отрывались, чтобы опуститься в специально отведенных зонах для приземления.

Из голокомма Арка донесся сигнал сообщения. Подняв запястье, он посмотрел вниз. Его сердце сжалось, когда он увидел сообщение от Саманты.

Я скучаю по тебе.

Он оскалил зубы в рычании и заставил себя отвести взгляд от этих трех маленьких слов. Ей было больно, гораздо больнее, чем могло передать это короткое сообщение. Все внутри него кричало о том, чтобы вернуться к ней. Если бы она только знала, как сильно он скучал по ней в ответ, как его убивало находиться так далеко от нее, как сильно болело его сердце из-за того, что он не видел ее улыбки каждое утро.

Но Саманта с самого начала была причиной, по которой Аркантус оказался здесь.

Еще один сигнал вернул его внимание к голокомму.

Это прозвучало слишком навязчиво? Я стараюсь не быть такой. Я знаю, что ты работаешь. Просто это… Это первый раз, когда мы вот так разлучены, и я очень, очень скучаю по тебе, Аркантус.

Сделав долгий, медленный вдох, напечатал ответ, каждое слово которого заставляло его сердце сжиматься чуть сильнее.

Я тоже это чувствую, мой цветок. Каждую секунду. Знай, что бы я ни делал, мои мысли только о тебе. Я скоро поговорю с тобой… и я вернусь домой так быстро, как только смогу.

Когда троица достигла места назначения, Аркантус сказал:

— Подождите здесь. Урганд, я разрешаю тебе сделать перерыв, — он указал на воргала, — но только на пять минут. Понятно?

Урганд ухмыльнулся.

— О, сейчас я как прервусь, седхи…

— Секк'тхи, держи его в узде.

— С радостью, — ответила она.

Ухмылка воргала стала шире.

— Меня не покидает ощущение, что я стал катализатором чего-то, что не мог предвидеть, — покачав головой, Аркантус вошел в ювелирный магазин.

Вооруженный охранник, стоявший сразу за дверью, приветствовал его коротким кивком. Аркантус ответил таким же кивком, прежде чем медленно обвел взглядом магазин. Витрины располагались по трем сторонам комнаты, а в промежутке между ними стояли другие. Приглушенный верхний свет только усиливал эффект множества свободно плавающих голографических прожекторов в каждом шкафу, которые заставляли предметы внутри ярко блестеть.

Он узнал часть конструкций и материалов — некоторые из них казались почти универсальными, охватывающими множество культур по всему космосу. Многие другие были ему незнакомы, за исключением смутного ощущения… терранского происхождения.

Одернув полы своего пиджака и засунув руки в карманы, Аркантус прошел вглубь магазина, по пути изучая выставленные товары. Ювелирные изделия были распределены по цветам камней. Он отказался от прекрасных пурпурных, потрясающих синих, ярких зеленых и глубоких, насыщенных красных тонов, отказался от бриллиантов, золота, платины и серебра. Ничто не привлекало его внимания, пока он не дошел до небольшой секции украшений с черными опалами.

На каждом камне были разноцветные облака: красные, зеленые, синие, желтые, оранжевые, которые переливались в зависимости от того, под каким углом он на них смотрел. Узоры на некоторых из этих опалов напоминали туманности и галактики, кружащиеся в пустоте космоса.

Женщина-терранка с седеющими волосами подошла с другой стороны прилавка.

— Добрый вечер. Я могу вам чем-нибудь помочь?

Аркантус одарил ее улыбкой.

— Да. Я хотел бы заказать кольцо для своей пары.

Она улыбнулась в ответ.

— У нас здесь широкий выбор. Может быть, один из них подойдет как то, что вы ищете?

Вынув руки из карманов, он активировал голокомм.

— Я не очень хороший художник, но, — он открыл изображения, над которыми трудился по дороге в отель тем утром. — Я хотел что-то подобное. Возможно ли такое сделать?

Женщина оперлась рукой о прилавок и наклонилась ближе, чтобы изучить изображения. Ее глаза заблестели.

— Это не должно стать проблемой. У вас есть на примете камень и огранка? Бриллианты традиционны для Терры.

Он небрежно махнул рукой.

— Слишком просто. И меня гораздо больше интересует личный смысл, чем вековой обычай, — вытянув руку, он постучал по крышке витрины с черным опалом. — Один из этих.

Ювелир вывела голоэкран над прилавком, используя его для ввода деталей, когда попросила Аркантуса предоставить более конкретную информацию. В течение нескольких минут она создала модель кольца и развернула голограмму в воздухе между ними.

Выражение лица Аркантуса смягчилось, и что-то теплое и крепкое обхватило его сердце.

— Идеально.

Широко улыбнувшись, ювелир сказала:

— Эта работа, безусловно, будет уникальной. Не могу дождаться, когда увижу готовое изделие, — она просмотрела еще несколько пунктов, пока голографическая модель медленно вращалась. — Все должно быть готово в течение двух недель.

— Хм. Оно мне нужно гораздо раньше.

— Это наш стандартный срок для изготовления индивидуальных заказов, сэр, и я уверяю вас, качество и мастерство исполнения стоят гораздо более длительного ожидания.

Аркантус кивнул, снова окидывая взглядом черные опалы.

— Я приду через три дня.

— Сэр, это…

— Моя пара покинула Терру в поисках новой жизни. Ей было нелегко здесь. Но это не сломило ее, и она цепляется