Похититель разбитых сердец - Эля Рин

кусок лимона и осколок иллюзии, который я все никак не могла оттуда выловить.

После того как мы вышли из кабинета директрисы, я поняла, что разговор был ужасно тяжелым. У меня дергался глаз, а при мысли о том, чтобы идти на вокзал, садиться на электричку и ехать куда-то в темноту, хотелось просто расплакаться. Срочно требовалось тепло и спокойствие. Только где их взять?

– Скажи, – задумчиво спросила я у эльфа. – А если кто-то захочет перенестись из этой части филармонии в другую… которая обычная? Для этого надо выйти из здания и зайти обратно?

– Нет, зачем, – удивился Сид. – Можно сделать это в любом месте. Только лучше, чтобы свидетелей не было. А что? Решила, что все-таки хочешь послушать оперу?

– Нет, – я невольно улыбнулась. – В детстве тетя любила водить меня в театр, а потом падала в обморок, когда на вопрос «Что тебе там понравилось?» я отвечала «Буфет!».

– Понял, – отозвался эльф, подхватил меня под руку, ускорил шаг, а потом резко рванул вбок – так, что меня занесло на повороте – и толкнул неприметную дверь подсобки. Мир вокруг пошел волнами, я растерянно моргнула, и мы оказались в широком коридоре с красной ковровой дорожкой. Как будто кто-то сменил мне линзы в невидимых очках. Цвета стали ярче, линии четче, исчезли лишние тени и отражения.

– Ух ты, – я оглянулась, но позади был обычный коридор. Ни следа той двери, через которую мы только что прошли.

– Антракт вот-вот начнется, но если поспешим, то успеем до очереди, – сказал Сид. – Я угощаю.

И мы действительно успели, а еще заняли маленький круглый столик у окна – так что теперь я могла спокойно получать бутербродное удовольствие и одновременно любоваться на город.

– Э-эй? Как тебе? – повторил Сид.

– А, что? – отозвалась я, сделав глоток чая и чувствуя, как мелкая противная дрожь где-то под ложечкой наконец отступает. – Что именно? Бутерброды? Филармония?

– Элина, конечно, – усмехнулся эльф.

– Не знаю, – я прикусила губу. – Ты говорил вроде, что все станет понятнее… Только теперь наоборот, я чувствую себя совсем по-дурацки.

– Почему?

– Потому что вы говорили об очевидных для вас вещах, ничего не объясняя. Как будто я предмет мебели!

– Нет, – нахмурился Сид. – Никто не считает тебя мебелью. Даже наоборот. Ты показалась Элине… очень важной. И она наговорила такого, чего люди обычно от нее не слышат.

– Раскрыла тайны следствия? «Студенты умирают, а руководство вуза бездействует!» Свежие новости, во всех газетах города, так?

Сид поморщился:

– Мне жаль, что тебя это коснулось. Именно поэтому я не советую тебе идти к нам учиться.

– А я и не собиралась.

– Вот и отлично. Тогда завтра встречаемся в это же время, и все будет так, как я обещал.

– Без всяких подвохов? – прищурилась я.

– Без всяких, – кивнул эльф. – Вот увидишь, сразу станет лучше.

– Да куда уж лучше, – медленно и неискренне улыбнулась я. – Новые города, необычные переживания, удивительная архитектура. Последнюю неделю мир только и дарит мне впечатления. Экстремальный тур: «Всё включено», где «всё» – это действительно всё. Я вот только надеюсь, что там, в квартире, нет воющего по ночам призрака. А то многовато веселья на отдельно взятую меня.

– Могу проводить, – заявил Сид.

И вправду проводил: вызвал такси, доехал со мной до Дивногорска, заглянул в квартиру, сообщил, что все чисто, и тут же ушел.

И на что я вообще надеялась?..

Закрыв за эльфом дверь, я села на пол прямо в прихожей и долго истерически смеялась. То ли над собой, то ли над ситуацией в целом… не знаю. Просто так.

Проснулась я уже после полудня.

Организм решил отоспаться за все предыдущие ночи, когда я летела, плакала, волновалась и в целом занималась делами, которые не слишком сочетаются с отдыхом. Казалось, я только разделась и устроилась на диване, который неожиданно оказался удобным и очень уютным, решительно отогнала от себя мысль, что совсем недавно здесь спала… нет-нет, подумаю об этом завтра! И – хоп! – за окном уже яркое солнце, желудок сводит от голода, во дворе орут воробьи. Я прищурилась, потянулась и привычно подумала, что кто-то проспал будильник на телефоне…

Стоп.

Нового телефона у меня до сих пор не было.

Тогда что это звенело с утра?

Фантомное воспоминание о необходимости подниматься в девять?

Так. Если бы я была телефоном, то…

Я свесилась с дивана и привычным движением запустила руку туда, куда по закону подлости падают все вещи, накануне заботливо уложенные на соседнюю тумбочку. В поддиванную темноту. И даже почти не удивилась, вытащив наружу простенький кнопочный phillips, из тех, которые могут по месяцу без подзарядки жить. Вот он и… жил. В то время, как его хозяйка – уже нет.

Взяв телефон двумя пальцами, как скользкую опасную жабу, я отнесла его на кухню и устроила на подоконнике. А потом начала решительно сдирать с окна скотч, так, словно это было наиважнейшим занятием в мире.

Просто мне срочно надо было понять.

Смогу я здесь оставаться?

Или надо искать новое место для жилья?

Потому что красный скотч, как ни удивительно, нервировал больше всего.

Даже больше, чем знание о…

Когда я оторвала последнюю полоску, солнце ослепительно блеснуло в стеклах странным серебристо-сиреневым лучом, я зажмурилась, отвернулась, а когда открыла глаза, то на мгновение провалилась в тот самый искаженный, сдвинутый мир, что и вчера в филармонии. В нем разбросанные по всей кухне листы с записями выглядели удивительно органично, в их хаосе прослеживалась явная структура, и с первого взгляда становилось понятно, где лежат самые главные расчеты, а где черновики, на которые можно не обращать внимания. Я шагнула вперед и вытащила из раковины один из чертежей, особенно похожих на мои сны, перевернула и увидела, как на сероватой бумаге проступают буквы. В отличие от записей, которые я пыталась разобрать накануне, тут повествование было абсолютно понятным.

Я прочитала одну фразу, вторую… и тут реальность снова сдвинулась, и меня выкинуло обратно в обычный мир, где на подоконнике лежал гигантский комок скотча, а рядом с ним жужжал чужой телефон. Я подошла и осторожно посмотрела на крошечный черно-белый экран. Звонила некая Арина.

«Арина, – только что прочитала я. – Если ты это читаешь, значит я не послушала твоего совета. Прости, пожалуйста, но я не могла не попытаться. Но мне не хотелось бы, чтобы наши зелья и формулы пропали зря, поэтому вот как их найти…»

Я поднесла телефон к уху и сказала:

– Привет. Только это не…

– Привет, – перебили меня. – Я тоже не Арина. Но ты только не клади трубку, ладно?

Встретились